ЭКТАБОН. Теория Хаоса. Том I - Дин Констаповски

Гловер собирался ответить ей, но вдруг услышал шорохи и скрипы со второго этажа.

Выхватив револьвер из кобуры, он глянул на женщину.

— Бэка, кто в доме?

— Никого, — протянула она, обеспокоившись и взяв с кухонной тумбы нож.

Гловер медленно подобрался к лестнице наверх. Однако шумы стихли. Но он всё ещё держал ствол в руках, целясь перед собой.

Звуки повторились. Из комнаты дочери Энтроусов.

Детектив медленно схватился на серебряную округлую ручку тёмной двери и провернул. Дверь открылась без единого скрипа.

Сильный мороз прошёлся по коже. Запах сырости и озона ударил прямо в нос. Но был нюанс, ветер, задувающий в открытое на распашку окно, подгонял очень знакомый запах. Гловер за милю узнал бы его. Это был порох. Закалённый детектив схватился за грудь.

— Что с тобой? Чейз? — подхватила его Бэка, когда он чуть не упал с ног на пол подростковой спальни, украшенной мрачными плакатами рок и инди групп.

— В-всё нормально, — Гловер пришёл в себя, прислонившись спиной к стене, осматривая комнату. — Ты тоже чувствуешь запах пороха?

— Да… Странно пахнет. Но с тобой-то что? Ты в норме? — она прошла вглубь комнаты, но прежде чем закрыть окно, она на мгновение вгляделась во тьму лесов.

— Я в норме. Просто вспомнил кое-что неожиданно. Я поехал домой. Позвони, когда муж вернётся, — Гловер сглотнул ком в горле, закончив фразу хрипотой и лёгким откашливанием.

— Тут явно кто-то был, — тревожно заметила Бэка. — Вдруг мне что-то угрожает?

— Не беспокойся. Я приставлю к дому патрульных, — сказал он. — Кстати, о тех дневниках. Отдать их сейчас не могу, как ты просила. Пусть Мигель сам со мной свяжется.

— Хорошо.

* * *

«22:52»

— До встречи, Чейз, — теплота её голоса вызвала лёгкое негодование у него. Она провожала его с крыльца, когда вдруг, в небе послышался рёв мотора.

Они синхронно вскинули головы. Тёмную синеву звёздного неба прорезал силуэт падающего самолёта-кукурузника, оставляющего за собой густой, чёрный шлейф дыма. Он пикировал прямо на них. Гловер и Бэка замерли, парализованные зрелищем. Детектив уже понял, что домой он сегодня точно не поедет. Глухой, сокрушительный удар сотряс землю. Ослепительный взрыв разорвал тьму в паре миль от дома Энтроусов. Ударная волна дрожью прошла под ногами.

Гловер и Бэка застыли на месте, пошатнувшись от содрогнувшейся земли.

— Боже… — судорожно перекрестилась Бэка.

Спустя секунд двадцать, со стороны центра города послышались сирены спецслужб.

ГЛАВА 33 | До третьей метки…

«21 сентября 1668 года»

«Пятница»

«00:01»

«Дом Маргарет»

Эрик, держащий в руках диктофон и стучащий нервно пальцем по пластику, сидел на грубом деревянном табурете, не сводя тяжёлого, уставшего взгляда с Фэйрис. Девушка, сжавшись, сидела на соломенной постели и абсолютно пустым, мёртвым взглядом смотрела в пустоту. Старушка Маргарет подоспела с небольшим тазом тёплой воды и хлопковой тряпочкой, бережно и, как могло показаться, по-матерински принялась обмывать девушке лицо, перемазанное в чужой крови.

В хижине было тепло, но озноб так и не отпускал никого из них… из них двоих — Фэйрис и Эрика.

В воздухе висел удушливый, усыпляющий запах сушённой полыни и дыма от очага, но для Эрика он не мог сбавить тот запах гнили и крови. Казалось, этот смрад навсегда застрял в его голове, в памяти… Но одно радовало: тошноту и рябь в глазах после избиения как рукой сняло.

— Ничего не болит? — трепетно спросила Маргарет Эрика.

— Всё хорошо. Спасибо.

— А у тебя, милая? — задала она тот же вопрос и Фэйрис. Но та и глазом не повела. Она застыла в том моменте. И вот, в мелькающем свете свечей, на бледном лице некогда беззаботной девушки-подростка подступила тихая слеза, но лицо при этом не выдавало никаких эмоций.

Маргарет, закончив бережно стирать кровь с щёк Фэйрис, принялась за её руки.

Эрик решил оставить их. По крайней мере, нужно было освежить голову. Он вышел за дверь прямиком на улицу под навес крыши хижины.

Скрип двери раздался прежде чем он вышел под проливной дождь, который шумно бил по навесу крыши.

Щёлк. Короткий, сухой звук начала записи на диктофоне показался в полумраке леса неестественно громким, чужеродным.

Журналист поднёс устройство к разбитым губам, собираясь надиктовать ход событий, но слова острой болью застряли в горле. Подходящих слов просто не было! Абсолютно. Его прагматичный разум, всегда искавший логику и факты, окончательно дал трещину, разбившись о первобытный ужас этой ночи. Такого он никогда не видел, и даже не мог подумать о том, что это может быть началом чего-то более пугающего. Эрик медленно опустил руку и нажал на кнопку «Stop», с пугающей ясностью осознавая: то, что безвозвратно сломалось в этой девочке совсем недавно, не сможет описать ни одна статья в мире. «Что уж какой-то там журналист, которого сочтут за безумца?».

Пар изо рта исходил сбивчиво в такт дыханию. Руки пребывали в треморе вот уже продолжительное время.

Рядом, прямо под окном хижины в тени стоял неприметный табурет. Эрик сел на него, не протерев и воды с него. А убрав диктофон в карман выпачканных в грязи джинсов, приложился руками ко лбу и упёрся локтями в колени, тяжко выдыхая.

«Неужели он это прошёл как и я? Где же он?»

Мысли о брате отдавались болью в голове Эрика. Не давали сконцентрироваться на первостепенных задачах. А ломота в теле лишь усиливала эти ощущения.

Эрик закрыл глаза, представляя последние дни перед отъездом в Эктабон. «Что было бы, если бы решил не поехать сюда?». Всё и до этого начало обретать странный вид… Странности преследовали Эрика. Мысли… Эти безбожно давящие мысли казались ему петлёй на шее.

Внезапно раздался шорох где-то из леса, заставивший Эрика резко встать и всмотреться. Но он, конечно, никого не обнаружил. Однако чувствовал на себе чей-то взгляд, от чего почувствовал, как каждый волос на его теле встал дыбом.

Он вернулся в хижину сразу после этого.

* * *

Фэйрис, как и прежде, сидела неподвижно и уже смотрела на глиняную кружку с травяным отваром в своих руках, словно всё ещё видела на бледных пальцах липкую, горячую кровь Эстебана. Эрик заметил, как руки её мелко дрожат. Затем заметил, как она едва уловимо раскачивается взад-вперёд, словно баюкая саму себя.

Эрик переглянулся с Маргарет. Что делать в таких ситуациях, они оба не знали.

Старушка держала в руках одеяло, собираясь укутать замерзшую и пережившую ужас последних часов девушку, но