Октаверум. Сборник хоррор рассказов - Настя Полос

Поспешив кое-как отряхнуться, она едва не подпрыгнула, услышав за спиной хруст. Еще один. Застыв как вкопанная, Агнес отчаялась до такой степени, что пожелала удавиться до смерти прямо сейчас. Хруст прозвучал еще ближе, и, не выдержав, девушка с громким криком обернулась.

На нее смотрел старый, с торчащими во все стороны клочками шерсти, кот. Глаза ярким желтым светом смотрели на девушку, что от облегчения засмеялась. Вытирая рукавом слезы, она не могла перестать хохотать.

– Как же ты меня напугал!

Однако кот смотрел на нее слишком долго и странно, а потом и вовсе пошел на девушку.

Агнес перестала смеяться, боясь, что от избытка сменяющихся друг за другом чувств потеряет сознание. Она попятилась, совсем не понимая, чем вызвана такая тревожность. То был лишь зверь! Но эти глаза…

Неожиданно кот свернул и прыгнул в сторону. Агнес повернулась за ним и шумно выдохнула.

Перед ней растелилось семь свежевскопанных могил, заставленных деревянными кривыми крестами. Стоило девушке их увидеть, как могильный хлад заполз под ее одеяние, вызывая дрожь.

Агнес шагнула ближе, словно это могло дать ответы на вопросы, но рядом раздался голос:

– Агнес.

Напуганная до смерти за этот день девушка обернулась и тут же выдохнула:

– Марика!

– Ты кричала, я подумала, что случилась беда, и поспешила прийти.

Облегчение накатило такой волной, что Агнес даже осунулась.

– Здесь был кот, он…

Агнес собиралась указать на животное, но то бесследно исчезло, хотя мгновение назад восседало меж могил.

– …был здесь, – закончила она.

– Вполне возможно, сюда затесался бродяжка, но не вздумай его подкармливать.

– Да, да. Конечно.

Агнес вновь взглянула на могилы, и любопытство обуяло ее.

– Захоронения весьма свежи, однако я не слышала о чьей-то смерти.

– Ох, то очень печальная история. Пойдем, я расскажу тебе об этом случае. – Монахиня двинулась вперед, но вдруг застыла и, не оборачиваясь, произнесла строгим голосом: – Тебе не стоит бродить здесь и мешать покою усопших. Эти места не для прогулок.

Агнес чуть было не начала объяснять, что забрела сюда случайно, но вовремя прикусила язык, увидев, что Марика уже пошла вперед.

– Прямо перед твоим приездом произошел несчастный случай. Святой отец вместе со своим сопровождением хотел посетить наше аббатство, однако в дороге произошло несчастье и их настигло дикое зверье.

– Зверье? – удивленно вскинула брови Агнес.

– Ночные дороги коварны. – Марика покачала головой. – Никто не выжил. Очень жаль.

Агнес!

Слово ударило в спину девушки.

Вечерние чтения молитвы, как и всегда, проходили в главном зале. Прежде Агнес всегда уводила взгляд от трещины в кресте, но сегодня смотрела прямо на нее. В душе играла буря, смешивая реальность и вымыслы, давя на девушку. Губы Агнес не прекращали шевелиться, произнося беззвучные строки молитвы усердней прежнего.

Сердце билось с удвоенной силой, предчувствуя ночь. Отчего-то Агнес знала, сегодня случиться нечто страшное. Возможно, придет новый кошмар, а возможно, намного похуже. Ужас накатывал волнами, заставлял руки дрожать, отчего четки меж пальцев постоянно постукивали. В глазах отражалось пламя десятка свечей.

В такие дни вера человека должна только крепнуть, однако Агнес ощущала, как та, наоборот, все больше покидала ее. Молитва не успокаивала, но Агнес продолжала упорно зачитывать ее про себя.

Когда все закончилось, Агнес на негнущихся ногах поплелась в свою комнату, застыв на пороге, так и не решив открыть дверь. Крест, спрятанный в одеждах, больше не внушал защиты. Агнес замерла. Каждая мышца в ее теле натянулась струной.

Ей чудилось, что за этой дверью притаилось ужасающее зло, которое вот-вот поглотит ее. В сознании вспышками проносился сон, где уродливая тварь восседала на девичьем теле.

Ладонь нехотя потянулась к ручке. Сердце билось где-то в районе горла. Уши заложило, и только пронзительный гул, метающийся в коридоре, достигал слуха.

Агнес знала: когда она откроет двери – ее не станет.

Дверь щелкнула, со скрипом отворилась.

Внутри было пусто и спокойно.

Агнес осмотрела каждый темный уголок и облегченно выдохнула, ничего не обнаружив.

Сетуя на свою несдержанность, девушка приготовилась ко сну, зачитала молитву и легла спать.

6.

Агнес!

АГНЕС!

Девушка резко села в кровати, чувствуя, как кровь забурлила в венах. Ночное платье прилипло к телу. Ледяные капли стекали по позвоночнику. Она судорожно дышала, оглядываясь во тьме комнаты. Ничего не найдя, Агнес все равно не могла успокоиться. Зубы стучали друг об дружку.

Внезапный стук в окно заставил девушку спрыгнуть на пол. Глаза впились в ночь, но ничего не смогли увидеть.

Агнес!

Она обернулась на звук. Мурашки холодом пробежали по коже, заставляя волосы встать дыбом.

Агнес!

Правую сторону обдало ветерком, девушка мигом обернулась.

Вновь никого.

Дрожащими руками она выудила из-под подушки крест и крепко сжала. Не в силах положить его на кровать, как она делала это всегда, Агнес закрыла глаза и встала на колени.

– Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя Твое, да придет Царствие Твое, да будет воля Твоя и на земле, как на небе.

Щебет молитвы был тих, но с каждым словом набирал мощь.

Однако стук не прекращался и, словно вступив в бой, старался заглушить звуки ее голоса.

– Хлеб наш насущный дай нам на сей день. И прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим.

Девушка прочитала молитву три раза, крепко сжимая крест, что, казалось, теперь следом останется на ее ладонях.

– Агнес!

Такое четкое прозвучало совсем рядом.

Девушка затряслась, но не открыла глаза, начиная молитву в четвертый раз. Слова запинались, зубы стучали, а тело ощущало небывалый холод.

– Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя Твое, да придет Царствие Твое, да будет воля Твоя и на земле, как на небе.

– Агнес, мы здесь! Мы пришли за тобой!

Детский голосок был так хорошо знаком ей, но ужас не желал отпускать, сжимая сердце в кулак.

– Агнес, нам страшно! Помоги нам!

В этот раз девушка не выдержала и повернулась.

Из окошка на нее смотрели ее брат и сестра. Те, кто был ей самыми близкими из всех детей. Агнес растила их с пеленок и крепко привязалась. И сейчас, видя их лица, ощутила изумление вперемешку с радостью.

– Что вы здесь делаете?

Агнес прервала молитву и поднялась, чувствуя, что онемение начало проходить. Она сделала несколько шагов, воодушевленно вглядываясь в лица детей.

А потом остановилась.

Ее брат и сестра радостно улыбались и тихонько постукивали по стеклу. Глаза лучились весельем, лица пестрили ожиданием. Но чем дольше Агнес не шевелилась, тем громче становились стуки.

– Агнес! Агнес, впусти нас!

– Агнес, нам холодно!

– Агнес!

Улыбки медленно сползали, кривя рты в едва уловимом оскале.

Агнес попятилась.

– Агнес! Впусти нас! АГНЕС!

Дети, что смотрели на нее, что просили впустить… Мало того что должны были каким-то образом преодолеть столь далекое расстояние до монастыря, но и залезть на третий этаж, где располагалась комната девушки.

– Агнес! – голос ее брата стал угрожающим. – Ты впустишь нас?

– Агнес! – повторила сестренка. – Почему ты не открываешь нам?

Стук становился все сильней и настойчивей.

– Ты нас бросишь, Агнес? Нам же холодно! Ты хочешь, чтобы мы замерзли?

– Ты уехала и бросила нас!

– Агнес, ты злая! Ты бросила нас! Папа очень зол! Он бил нас! Из-за тебя, Агнес! Впусти, нам больно!

– Папочка наказал нас! А еще он наказал маму! Он положил ее в землю, но она сказала, что ей не холодно! Она сказала, что ты согреешь ее и нас! Агнес, впусти меня!

Дети, что изначально радостно приветствовали ее, теперь смотрели на нее кровожадным, обезумевшим взглядом. Их лица бежевыми пятнами выделялись в ночи. Ладони продолжали стучать.

– Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя Твое, да придет Царствие Твое, да будет воля Твоя, и на земле, как на небе.

Агнес, трясясь всем телом, начала отступать, спотыкаясь. Она не могла отвернуться, не могла отвести взгляда.

Мальчик