Кровавое месиво: Мерзкие истории - Торстен Шайб

бледного оттенка - будто кто-то присыпал ее тальком. Дрожа, он тянет к ней руку. Корявые пальцы, заканчивающиеся чересчур длинными грязными ногтями, исследуют ее черты. Указательный палец проскальзывает сквозь сомкнутые губы. Конрадт стонет. Закатывает глаза. Между бедер вспыхивает сверхновая.

Путешествие продолжается. Под ее топ и бюстгальтер. Груди - удобные. Прекрасно ложатся в ладонь. Соски твердеют - и похоть побеждает. Конрадт наклоняется и отодвигает мешающую ткань. Его язык заползает под мышки. Вкусовые рецепторы передают изысканный букет соленой влаги с оттенком мускуса. Он надолго там не задерживается. Влажные спирали блестят на торсе жертвы, когда он перебирается к груди. Наконец он сосет правый сосок. Дженнифер стонет. Ее тело напрягается.

Хватит!

Конрадт стягивает с нее джинсы и укладывает как надо. Ее упругая задница так и лыбится на него. Теперь его очередь. Он быстро расстегивает ширинку, и его хлопковые штаны падают, как DAX во время финансового кризиса. Его член - копье из плоти и крови. Головка темно-фиолетового цвета, пульсирует, как после змеиного укуса. Без промаха он находит анус и протискивает свою мужскую плоть сквозь восхитительно тесный выход прямой кишки.

Его встречают блаженным теплом и слизистой влагой. Сощурившись, он вбивает, держа такт как метроном. Долго это действо все равно не длится. Ягодицы сжимаются, когда он кончает. Раскаленная лава выстреливает из семявыводящих протоков. Вмиг его гордость съеживается. Молочно-белая сперма провожает его отступление из царства внутреннего и наружного сфинктера. Он вытирает ее и облизывает пальцы. Своя сперма - неплоха на вкус. Непонятно, чего бабы вечно ноют.

Убрав все следы, одев девушку и одевшись сам, он достает из багажника чистящие средства: абразивное молочко с ароматом цитруса, интенсивный шампунь с эффектом антидождя, спрей-очиститель, дистиллированную воду. Даже две губки, пару резиновых перчаток и синий мусорный пакет.

Тщательность, с которой он действует, заставила бы покраснеть любого профессионального автомойщика. И как быстро он работает! Не проходит и пятнадцати минут - решетка радиатора и капот сияют как новые. Довольный, Конрадт бросает обе губки туда же, к кускам кожи, лоскутам одежды и луже полусвернувшейся крови. Затем - перчатки. Наконец он тщательно завязывает пакет. Остатками дистиллированной воды удаляет немногие следы на полевой дороге. Темное пятно остается, но его примут за остатки животного.

Удовлетворенный и насытившийся, он убирает вещи обратно в багажник. Когда ему приходится отодвинуть Дженнифер, он отворачивается - и встречается взглядом со статуей Мадонны. По затылку ползут мурашки.

Снова за рулем, он сначала глубоко вздыхает. Ну и ночка! Однако она еще не кончилась. Уже поздно - а Отец ждет пополнения.

Он сдает назад, выбирается с полей и направляется в сторону Ладенбурга. И тут же ему навстречу попадается патрульная машина. К счастью, сидящие в ней не проявляют интереса. Возможно, они едут на угол Шлоссгартенштрассе и Винкупштрассе, где размазаны остатки прыщавого малолетнего идиота. Мысль о том, что два быка только что проскочили мимо преступника и понятия не имеют, кто это был, - радует Конрадта. А если бы они его все же остановили?

Его глаза сужаются. Губы надуваются.

- "Глок 19", - бормочет он. - Хорошее, компактное оружие. Надежное. Не слишком тяжелое. 9 мм "Парабеллум", экспансивные.

Его голос изменился. Стал хриплым, монотонным, чертовски жутким.

* * *

Система раннего оповещения его организма вырывает Ларса из царства живых. Будто кто-то переключил тумблер: налево - глубокий сон, направо - злое пробуждение.

Внутренний регулятор Ларса так резко ушел вправо, что он выскакивает из сиденья, распахивает дверь и на четвереньках ползет по гравию - прежде чем внушительный поток переработанной пищи и пищеварительных соков получает долгожданную свободу. Неаппетитный процесс повторяется трижды; обрамленный головокружением и мерзкой пульсацией за лбом. Под конец его кишки хоть и сокращаются, но где ничего нет, там и взяться нечему. Ларс вытирает остатки тыльной стороной ладони и тяжело поднимается. Поначалу он стоит на чертовски шатких ногах, но с каждым вдохом чувствует себя все лучше.

Значит, рвотный кашель был не зря. Только это дурацкое ощущение шершавости на языке в придачу с жжением желчи - бесит. Но и от этого есть средство. Из кармана штанов Ларс выуживает помятую пачку "L&M" и закуривает. В голове пустота, пока он смолит бронхи. Рассеянный взгляд блуждает по огням города и звездам на небе.

Пока он не замечает приближающуюся машину.

Инстинктивно он затаптывает бычок и прячется за своей тачкой. Зачем он это делает - сам не знает, но чутье подсказывает: правильно. Осторожно выглядывает из-за капота.

Серебристо-серый "БМВ" останавливается у старого складского ангара. Фигура, выбирающаяся из машины, иначе как замызганной не назовешь. Лысина, обрамленная сальными прядями до плеч. Цвет волос? Какой-то серо-коричневый - хрен знает. Борода под стать.

Ларс вдруг вспоминает тот дурацкий спич из "Джерри Магуайра". Любимый фильм Лизы. "Ты делаешь меня цельным". Именно эти три ебаных слова лезут Ларсу в голову, когда он замечает на роже того типа дикую поросль. Замызганный - часть вторая. Добавь к этому драное пальто, старый свитер с полосами, как тестовая таблица, потертые вельветовые штаны и пару видавших виды рабочих ботинок - и портрет жуткого бомжа готов.

Только бомжи не ездят на серебристо-серых транспортных средствах Баварских моторных заводов.

И еще они не достают безжизненных молодых девушек из багажника.

Вместо алкогольного опьянения Ларса накрывает другой угар - адреналиновый. Базовое чувство неприкрытого страха, которое воюет с гормоном, бешено выбрасываемым надпочечниками. Результат? Потеет как свинья, трясется как осиновый лист, пульс учащается, внимание обостряется. Полный комплект.

А, да - и еще Ларс любопытен. Хотя часть его центральной нервной системы отчаянно молит его свалить подобру-поздорову и вызвать быков, в итоге побеждает желание прикоснуться к тайне. Ларс хочет - нет, он просто обязан узнать: у этого типа правда с собой девушка? Она мертва? Или просто без сознания? Что он собирается с ней сделать? Зачем он тащит ее в ангар? И главное - он все это себе придумывает или это взаправду?

Узнать можно только одним способом.

Ларс выходит из укрытия и, пригнувшись, шмыгает к забору. Тот не заперт. Довольно беспечно для потенциального психопата/убийцы/насильника. Кем он окажется для Ларса? Поживем - увидим. В любом случае, стоило бы прихватить свой мобильник.

* * *

Теперь очередь Дженнифер. Теперь она может орать в свое удовольствие. Теперь у нее кровоточат десны. Теперь лопаются сосуды в глазах.

Отец тщательно и по-своему особому осмотрел ее. В каждое важное отверстие ее тела он засунул свой палец. Когда после тщательной проверки ануса его палец оказался покрыт липким