Античный Чароплет. Том 5 - Аллесий

научиться контролировать — это кратно более простое дело, чем проделать эти же манипуляции с маной. Поэтому сначала ученик пользуется простыми техниками Храма, направленными на развитие именно второй оболочки, потом начинает использовать ману. А так как траты второй не отражаются столь плачевно на индивиде, нежели первой, то она почти мгновенно опережает по объему задействованную жизненную силу, ведь от праны даже аколиты используют лишь малую безопасную долю, а не весь доступный объем. Это над седьмой оболочкой можно издеваться, как карта ляжет, лишая ее энергии подчистую. А вот со второй такие фокусы чреваты последствиями.

Мне бы хотелось пойти с Агастом по более сложному, но при этом и более перспективному пути. Вершина развития Храма — брахманы. Они впечатляли. И, говоря откровенно, превосходили шумерских мастеров и многих магистров, будучи еще и более многочисленными. Но из-за особенностей оперируемых энергий брахманы никогда бы не выдали сами по себе что-то подобное Длани Шамаша. Гуру Храма, быть может, и мог бы. Некоторые из них. Но все же шумерские архимаги их превосходили. И это несмотря на долгую жизнь. За счет объемов жизненной силы брахманы жили крайне долго, пусть даже постоянные ее траты им этот бонус существенно сокращали. То есть, говоря проще, до уровня брахмана или шумерского мастера храмовником быть существенно выгоднее. Потом, на уровне шумерского магистра, ситуация постепенно меняется. И уже на вершине, когда речь идет о могуществе архимагов, храмовники существенно уступали моей родной магической традиции. Однако имелось тут одно исключение — могущественный дух-спутник. Если брахман мог найти могущественного и необычного спутника, то его потенциал возрастал кратно. Он буквально, объединяясь с духом, становился чем-то подобен магической твари из числа крайне опасных. Концепция своеобразная, но эффективная. Самой опасной тварью, очевидно, был гуру. На что способен сейчас Брафкасап — мне не особо понятно. Но прошлый гуру, например, мог контролировать погоду, обращаться живым облаком, накрывать целые города собой и обращать их в промозглые кладбища. Я только слышал, что когда-то он таким образом подавил бунт еще против отца Сварнрааджа, когда тот только взошел на трон. В городе остались трупы столь холодные, что постепенно покрывались инеем. Вода в лужах была жидкой, но стоило ткнуть в нее мечом — превращалась в лед. И еще долго все вокруг было холоднее окружающей среды.

Попытки восстановить воспоминания на Парифате даром не пропали. Описания напоминали метастабильные состояния, когда жидкость может быть перегрета выше точки кипения, оставаясь жидкостью, или наоборот — охлаждена ниже точки кристаллизации, сохраняя жидкую форму.

Еще прошлый гуру неплохо управлялся с птицами, чувствовал все то, что находится с подветренной стороны. Всю обстановку на тысячи шагов. Был практически неуязвим к молниям и электричеству и вроде бы хорошо управлялся с ним сам. Свободно летал, мог уменьшать вес объектов и многое-многое другое.

Другой момент, что кто-то подобный спутникам прошлого гуру или той же Огненной Кобре Абтармахана встречается крайне редко. И еще реже готов сотрудничать с храмовниками в частности и с людьми в целом. Такие существа требуют постоянной подпитки, из-за чего брахманы на самом деле не живут под полтысячелетия — постоянные траты жизненной силы на регулярной основе все-таки съедают их. А без сильного спутника большинство так и остается сатьянами. Парадоксально, но без постоянных трат праны эту самую прану довольно сложно развивать после определенного порога…

Мальчишку уже начали учить управлять силой. А сам он был, что не вызывало удивления, талантливым парнем. Отчего некоторым объемом маны вполне себе владел. Проблема его была в том, что он в принципе не мог использовать эту силу отдельно от праны. Не понимал, как. Не направить, не обратить своим желанием, не зацепить ей воду, чтобы ею управлять, а высвободить чистую ману и вложить туда мысль, намерение, которое воплотится в реальность. Такого он не мог.

Первое освобождение из кандалов привело к немедленному нападению. Впрочем, я чего-то такого и ожидал. Поэтому наложил на Агаста заклятие растущей боли, бросив его обратно в темницу. Как я успел убедиться — парень он был умный. Потому сообразил, что указания следует выполнять. Кроме того, Красная не против была мне подыграть, отчего мальчишка был куда сговорчивее. Не знаю, что там было под Ракануджаром, но к Альфире он привязался, а потому не хотел, чтобы она получала плетей за его промахи и непослушание. Кажется, он вообще решил, что я прихватил магичку, только чтобы наказывать ее вместо него — слушаться заставлять. Ну, мне-то какая разница…

Было бы крайне интересно выяснить, что такого произошло между моментом, когда Агаст покинул Бхопалар, и моментом, когда я прикончил половину его сопровождающих. Насколько мне известно, Альфира, Мирун и Сайам участвовали в нападении на него и даже ранили… Так почему он так беспокоится за теневичку?.. И сверкает на меня глазами? Мне категорически непонятно.

За время моего нахождения дома я снизил тяжесть Пепельного Отголоска до восьмидесяти восьми единиц. Это было сопряжено с небольшим повышением структурной сложности, но главное — я словно вновь задышал полной грудью. Судя по всему, это Ме стало практически пределом, который моя душа могла выдержать. И будь оно еще хоть немного тяжелее, я бы просто начал агонизировать и умирать. Более того, получи я его не в клинике, где уход за пациентами поставлен идеально, а в менее подходящих условиях — и моя аура просто не сумела бы адаптироваться к новым реалиям. Сейчас же я от этой предельной нагрузки отошел, вернувшись к стабильному максимуму, который не “передавливал” мою душу. И это было просто замечательно.

Еще одним неожиданным эффектом стала ломка от алхимических составов ЭКЧ. О таком эффекте предупреждали, но все-таки он пришел нежданно. Мне уже казалось, что его и вовсе не будет. Дело в том, что корпус на постоянной основе усиливал своих бойцов зельями и снадобьями, повышая, и существенно, физические возможности. Гибкость, выносливость, силу, скорость реакции… У меня в статусе эти усиления отражались в скобках. И были очень существенны:

Сила: 30 (+4)

Ловкость: 34 (+3)

Выносливость: 33 (+3)

Интеллект: 34 (+1)

Дело в том, что алхимия ЭКЧ имела накопительный эффект. Она достаточно медленно “набирала обороты”, но и эффект проходил тем медленее, чем дольше и стабильнее были приемы зелий. Эффект ломки начинался, когда процесс усиления тела останавливался и начинал стадию регресса. В моем случае это заняло около полугода, так как я только-только начал работать в Корпусе. Теоретически каждые полгода я должен заступать на службу, так что