Тень на странице - Ирина Фуллер

Удивленно моргнув, она уточнила:

— Он присоединился к вам?

Почему-то ей представлялось, что Эдик одиноко поплелся домой, задетый в лучших чувствах — от этого в ее душе неприятно ворочалось легкое чувство вины. Но, оказывается, страдал он недолго. Возможно, она не успела до этажа дойти, когда он уже решил, с кем и как проведет время.

— Ну, — кивнул Аврелий, — видимо, когда ты его отшила, он не захотел уходить. Позвонил кому-то из своих, приперся, трындел без остановки.

— Я его не отшивала, — заметила Констанция, сама не зная, зачем.

Как будто бы хотела таким образом извиниться перед Эдиком. Она понимала, что поступила грубо. Не когда отказалась от близости, разумеется, а когда весь вечер охотно поощряла его, чтобы просто уйти практически без каких-либо объяснений. Наверное, нужно было сразу разобраться, чего хочет, и не морочить парню голову.

Аврелий, несмотря на тяжелое состояние, коротко рассмеялся и сразу скривился от боли. Сделав большой глоток воды, он все же пояснил:

— Эдуард, конечно, говорил, что вы разбежались потому, что ты не в его вкусе…

— Аврелий, — одернула его Мила. — Не обязательно пересказывать все, что говорил этот идиот.

Констанция изумленно выдохнула тихое “ха”, но затем вернулась к кофе. Ее это скорее рассмешило, чем оскорбило.

— Почему это? Пускай знает! Вот мне интересно, если ты не в его вкусе, че ж он тогда весь вечер тебя обхаживал? Да у него слюни до пола текли, когда он на тебя смотрел, — продолжал Аврелий. — И вдруг такое озарение!

— Уверена, он говорил так просто потому что выпил лишнего, — попыталась смягчить ситуацию Мила.

Должно быть, не хотела травмировать Констанцию.

Аврелий в ответ на ее слова обозвал Эдика не самым лестным словом, отчего даже Кинг, наконец, оторвался от созерцания своей каши. Он бросил взгляд на стажера, затем прямо посмотрел на Констанцию. Она же покачала головой, умиляясь горячности Аврелия. Напрасно он так переживал. Эдик вел себя глупо, потому что хотел сохранить лицо в глазах коллег. Люди слабы. Люди слишком зависимы от чужого имени. Люди совершают ошибки.

…Да, низко, недостойно. После этого разговора, Констанция не стала бы продолжать общение с таким человеком, но и настоящей злости к нему не испытывала.

— Возможно, он не врал, — заметила она и сделала глоток черного кофе, — возможно, он любит более энергичных девушек. А я вчера так устала, что хотела просто лечь спать… Очень мудрое решение, как я понимаю, глядя на вас троих. Кажется, я единственная выспалась и готова защищать честь и достоинство нашего департамента.

Она закончила завтрак и собиралась выйти из-за стола, но Кинг опередил ее. Он проворно встал, протянул ей ладонь и галантно помог подняться. Констанция удивленно вздернула бровь, на что Артур лишь загадочно хмыкнул. Его зеленые глаза снова смеялись, и ей оставалось лишь догадываться, почему.

Эпизод 5. Глава 10

Центральная Библиотека имени Книжникова республики Татарстан располагалась недалеко от Кремля, в маленьком особняке, похожем на резную шкатулку. Самой приметной деталью был круглый эркер с ажурным балкончиком и вытянутым куполом.

Внутри оказалось уютно, без размаха советского конструктивизма, как в Петербурге, и без стеклянных просторов московского отдела.

— Как это прекрасно, — выдохнула Констанция, любовно проведя пальцами по монитору одного из компьютеров.

— А ведь вы занимались разработкой СУПа? — уточнил Павел Борисович. — Помню ваше имя из отчетов.

— Констанция — это вообще наш солнечный лучик, — заверил его Аврелий. — Ударник труда, висит на досках почета, на целых двух! И в Москве, и в Питере! Столько персонажей, сколько ловит она, почти никто не ловит, только вот разве что Артур Кинг. Но он не так хорош собой. А Констанция у нас и умница, и красавица…

— Аврелий, — процедила она сквозь фальшивую улыбку, чуть повернувшись к стажеру.

Их небольшую питерскую группу сопровождали несколько местных книжников. Вероятно, слова стажера адресовались им. Но Эдика среди них не было, поэтому какую цель преследовал Аврелий, оставалось загадкой.

Правда, в эту же минуту Эдик вошел в небольшой читальный зал с парой коллег.

— Ну, у нас столько досок нет, — отозвался тем временем Павел Борисович, тоже улыбаясь слегка неестественно, — но достойные, ткс-скать, представители имеются. Вот, например, Эдуард Сафин!

Он протянул руку, приглашая Эдика подойти ближе.

Тот лениво приблизился, почти не глядя на Констанцию. Она тоже не стремилась наладить зрительный контакт, просто мечтая, чтобы эта неловкая сцена завершилась, и они разошлись.

— Вот, наш самый, ткс-скать, выдающийся охотник, — с чрезмерной торжественностью заявил Павел Борисович, и казалось, сейчас он подхватит кисть Эдика и взметнет его руку вверх, как это делают с чемпионами после нокаута.

— А, ну, по казанским меркам он, наверное, хорош… — протянул Аврелий.

Констанция медленно повернулась к нему и выдавила сквозь зубы: “да замолчи ты”. Зачем стажер провоцировал людей, ей все еще было неясно, но, судя по недовольному гулу, делал он это успешно.

— Господа, — подал голос Кинг, — пожалуйста, не надо такой острой реакции. Аврелий только хотел сказать, что мы знаем о достоинствах Констанции, и не знаем, есть ли достоинство у Edward.

Мила хихикнула.

Констанция была совершенно уверена, что он специально произнес все с жутким британским акцентом, а имя и вовсе произнес на английский манер, чтобы прикрыть унизительный комментарий плохим знанием русского языка.

Трудно сказать, обмануло ли это кого-то, но коллега Эдика выглянул из-за его плеча и заметил:

— Ну, если бы тут кто-то не болел за Динамо, узнал бы сам.

Эдик шикнул на своего приятеля, и Констанция решила не отвечать. Они взрослые люди, в конце концов.

Но Артур, который, очевидно, не знал слова “продинамить” и, возможно, был не в курсе всех смыслов собственного высказывания, вопросительно глянул на Аврелия. Тот что-то шепнул ему на ухо.

— О… то есть,этодостоинство — единственное? — как будто бы Аврелию сказал Кинг, но услышали все.

Эдик сжал челюсти. Констанция бросила на Артура возмущенный взгляд: чего они с Аврелием вспетушились?

— Все мы просто работаем на благо Библиотеки, — сказала она сдержанно Павлу Борисовичу. — Поэтому такие поездки, как эта, конечно, бесценны. Такая возможность поделиться опытом и перенять опыт коллег…