Лабиринты моей Души. Книга 2 - Нора Ольвич

и красивой. Нас ожидает совместное чаепитие и обмен любезностями, затем через четыре дня запланирован выход в свет. В Лондон прибыла Венская оперная труппа. Говорю это с радостью: я люблю оперу и пойду вместе со взрослыми.

Девочка, ожидавшая любой реакции с моей стороны, напряжённой маской на лице, осмотрела моё расслабленное тело, а затем продолжила:

— Примерно через два дня после посещения оперы, нам представят матушку и сестёр сэра Энтони Гранта. Мы должны все вместе появиться в очередной воскресный день в садах Гайд-парка. Затем состоится оглашение венчания. И наконец, главное событие — венчание, торжество в кругу самых близких, учитывая нашу скорбь о герцогине Жаклин, и мы отправимся обратно в имение в горах.

Подложив несколько подушек, подуставшую спину, расположившись в изголовье кровати, я слушала план развлекательных мероприятий на ближайшее будущее. В принципе, меня всё устраивало. Визит матушки и сестёр сера Энтони я рассматривала как наказание, но без этого никуда. Даша, конечно же, просто обязана переехать к нам и жить со своей любимой кузиной до самого венчания.

— Почему принято считать, что женщина счастлива тогда, когда она непременно находится замужем?

— Я не знаю на этот вопрос ответа, матушка.

Мадемуазель Рене подняла голову от романа, прислушиваясь к нашему разговору.

— Если ты не знаешь его, моя дорогая, то, наверное, не знает никто.

— Возможно, леди Ада Бредфорд ответит вам что-то более интересное: она невероятно счастлива в браке, коммодор, он такой надёжный на первый взгляд мужчина.

— Я не собираюсь ей задавать такие вопросы, а тем более встречаться с кем бы то ни было из их семейства. Мы минимизируем этот момент в нашей жизни.

— Матушка, семья коммодора, наши соседи, и я уже познакомилась с его сыном, мне понравился Алан Бредфорд, у них есть своя конюшня в пригороде, и мы с ним поедем на прогулку верхом в парк.

«И всё же мне непременно нужно попасть к стилисту»!

«Иначе как по-другому можно развеяться и снять стресс? Или как раз для этого существует у кого-то супруг, который, подбросив массу дополнительных дел по дому и заморочив голову разными проблемами, не оставит время ни на что другое?»

* * *

Итак — это утро, я его, несомненно ожидала, и всё же по-своему боялась.

Утро в новом городе.

Новость о соседстве с семьёй лорда Бредфорд меня не порадовала, но и не огорчила. Я понимала, что Аннушка припасла её напоследок. Она стала вишенкой на торте в перечне всех новостей.

Прежде всего я хотела изучить дом, позавтракать, а после ознакомиться с новостями из Лондонской газеты. Занимательное издание, скажу я вам.

— Сын лорда — соседа, Алан… Сколько ему лет?

— Он старше меня, матушка, лет на семь, но он не считает маленькую соседскую леди-малявкой и говорит, что, возможно, у него скоро родится сестра или маленький братик.

Моя рука замерла на петельке, в которую я протянула очередную пуговку домашнего платья. В зеркале на меня глянуло отражение растрёпанной и всем недовольной «Наташи Ростовой».

— Итак, завтрак, а затем прогулка в экипаже по городу. Что вы там леди Анна-Мария, говорили про парк? Он открыт только по воскресеньям?

— Для конных прогулок, ваша светлость, только по воскресеньям. Впрочем, это можно как раз узнать из газеты. Я слышала, что пешие прогулки позволительны королевой в любые дни.

Мадемуазель Рене, задержав взгляд на моём внешнем виде, собралась сопровождать нас к завтраку.

— Матушка, думаю, князь Николай собрался в географическое общество к полудню, и мы можем совместить эти два мероприятия. Он заведёт нас в Hyde park, разумеется, а сам отправиться по своим делам. А после отправит экипаж за нами.

— Экипаж будет наёмный?

Звоночки тревоги забились колоколами в сознании. — А как же наш экипаж из Эдинбурга?

— Но разгрузка судна ещё не произошла полностью, матушка.

— В таком случае мы дождёмся её окончания. Сегодня прогуляемся в нашем личном парке возле дома. Девочки нахмурились, но не протестовали.

* * *

Все последующие дни мы обживались. Встреча с Дарьей Алексеевной за чайной церемонией прошла на удивление легко. Рената как-то очень быстро нашла с ней общий язык. Княжне нравился наш дом, небольшой сад вокруг него, и она на праве невесты заняла те покои, которые мне приготовили изначально. Сэр Энтони ничего не имел против этого, и будто не было тяжёлого года испытаний для него, он также восторженно смотрел на Дашеньку, поддерживая разговоры с дядюшкой Николаем. Его высокая фигура и громкий голос, привыкший отдавать команды всем ветрам назло на судне, заполнял пространство на пустующих этажах.

Для удобства мужчины были выделены гостевые покои на первом этаже с отдельным входом в торец двора, этим мы вовсе не нарушали этикет. Тратиться на гостиницу было неразумно, если, честно — цены в Лондоне на порядок возвышались над теми, к которым мы привыкли в Шотландии. Дом был большой, и отдельная его часть как раз была в самый раз пока ещё неженатому мужчине.

«— будто испытывала их судьба на крепость отношений, может, и к лучшему это, хотя главное испытание ещё впереди».

Я же обещалась кузине всё рассказать о своей врачебной практики с военными моряками и их начальником. И нам дневного времени, казалось, было мало. Я видела в её глазах немой вопрос, не один, а множество.

А после наедине… в спальне, при закрытых дверях меня будто прорвало. Я говорила и говорила под её грустное молчание. Вспоминала Владимира Афанасьевича и Жданку, барона, будь он трижды неладен. Плакала, утирала слёзы и вновь говорила о своих чувствах и разочарованиях в людях.

— Титулы, Даша, они не дают стопроцентной гарантии на безопасность. Люди врут, смотрят в глаза и врут, не помня доброго отношения к ним. Ты не представляешь, как это было в столице Шотландии, будто что-то утекало сквозь пальцы, я теряла контроль над ситуацией.

— Оленька, я боюсь вас с Аннушкой оставлять в Лондоне одних. Поедемте в Женеву. Мне кажется, это один из самых безопасных городов в Европе.

— С нами Рената и масса людей, проверенных временем. Лошади, экипаж, судно! Господи! Я не оставлю их, Даша, я обязана им жизнью. И в то же время я не могу вас с будущим супругом втягивать в эту историю. Мы покинем Англию, и дочь предлагает мне другой путь — запасной, как она говорит. Мы исчезнем на время для всех.

— Другой?

— Это