Меч Черный Огонь - Джеймс Логан

«Я потеряла своего отца так же, как и ты. Из-за убийц. Только я была там. Я видела, как это случилось. — В ее голове вспыхнули воспоминания: люди в масках, врывающиеся в дверь, сверкающие ножи, кровь на губах ее отца. — Я видела все».

— Я знаю. Блоха рассказала мне.

— Я так и не узнала, кто его убил. Или почему. — Она медленно вздохнула, пытаясь подавить старый пожар, разгорающийся внутри нее. — Не то чтобы я не пыталась. Но я так и не нашла ответов. — Она стиснула зубы. — Это сокрушило меня. И жжет до сих пор. Знать, что убийцы моего отца, возможно, все еще на свободе…

— Я понимаю, что ты чувствуешь. Я чувствую то же самое.

— Да?

Лукан нахмурился.

— Конечно.

— Тогда почему ты делаешь неправильный выбор? Почему ты упускаешь возможности, которые тебе были даны? — Ей пришлось приложить немало усилий, чтобы сохранить спокойствие в голосе. — Тебе подарили то, о чем я всегда мечтала. Шанс получить ответы. Этот ключ давал тебе возможность добиться правосудия. Отмщения. И ты отказался от этого ради того, чтобы хорошо провести время. Твои действия оскорбляют тех из нас, у кого никогда не будет такого шанса.

Лукан уставился на нее, казалось, не находя слов. Хоть раз в жизни.

В конце концов, он просто кивнул. «Я слышу тебя. И я больше не проявлю к тебе неуважения». Он шагнул к ней и протянул руку ладонью вверх. Знак уважения среди Сородичей. Ашра встретилась с ним взглядом, но не увидела и следа его обычного веселья. Она потянулась и положила свою руку поверх его.

Лукан улыбнулся.

— Теперь мы можем возвращаться. Вместе.

Они прошли через кухню, где Ашра воспользовалась уксусом, чтобы промыть порез на щеке. Она приложила его и к тому месту, где когти гуля вонзились ей в плечо. Рана оказалась не такой серьезной, как она опасалась. Милосердие Леди. С помощью Лукана она обернула плечо марлей, которой вполне хватит, пока они не вернутся к Разину. Она ожидала, что он отпустит шутку по поводу того, что она частично раздета, но на этот раз он молчал, пока обвязывал ткань вокруг ее плеча.

Когда они вернулись, Блоха все еще болтала с големом, рассказывая ему о уличной банде, с которой бегала, когда росла в Сафроне. Она была так поглощена своим рассказом, что даже не заметила, как они вернулись. Когда Ашра снова села на диван, Лукан внимательно осмотрел несколько бутылок, оставшихся на винных полках в погребе. Он вытащил одну и сдул пыль с этикетки.

— Румяна Тамберлина, — пробормотал он, скривившись, и поставил бутылку обратно на полку. — Кровь Леди. У некоторых людей нет вкуса.

— Ашра, — тихо спросила Блоха, когда Лукан отошел еще дальше, — что будет со Звяком?

— Звяком? — прошептала она в ответ.

Девочка постучала по голему острием своего деревянного меча, в результате чего раздался глухой металлический звук.

— Звяк. Слышишь?

— Что с ним?

— Мы не можем просто оставить его здесь. Мы должны взять его с собой.

— Мы не можем. У нас нет возможности переправить его через реку. Он потопит лодку.

— Может быть, твое кольцо теперь работает, — с надеждой сказала Блоха.

Ашра потерла свое кольцо. Девочка поникла в унынии, когда символ на его поверхности замерцал и погас. «Прости, маджин», — пробормотала она, и ее ровный тон скрыл беспокойство, которое терзало ее. Почему Разин и Тимур не активировали ее второе кольцо? Что-то было ужасно не так. Она это знала.

— Прости, Звяк, — уныло сказала Блоха. — Ты должен остаться здесь.

— Вот так-то лучше, — сказал Лукан из угла погреба. Он направился к ним с торжествующей улыбкой на лице и бутылкой в руке. — Красный парван, 23-го года выпуска. Мародеры, должно быть, не заметили этого. — Он нахмурился и посмотрел на голема. — Ты, э-э, не возражаешь, так?

Конструкт переставил ногу в положение да.

Лукан похлопал голема по металлическому плечу.

— Весьма признателен.

— Нам пора, — сказала Ашра, поднимаясь с дивана.

— Сейчас? — ответил Лукан, засовывая бутылку в карман пальто. — Я думал, мы собирались дождаться рассвета. Разин и Тимур рано или поздно активируют твое кольцо.

— Мы не можем полагаться на это. Нам нужно добраться до лодки. И мы должны идти сейчас, пока гули не вернулись.

— Но мы не знаем дороги. И, если гули обнаружат, что мы бродим в темноте… — Он пожал плечами, не вдаваясь в подробности. Они все знали, что во второй раз им не удастся сбежать.

— Звяк, — сказала Ашра, поворачиваясь к голему. — Наша лодка пришвартована у причала рядом с проспектом Семи Серебряных Святых. Это далеко отсюда?

Конструкт передвинул ногу.

Нет.

— Ты можешь отвести нас туда?

Да.

Ашра поймала взгляд Лукана и вопросительно подняла бровь.

— Хорошо, — уступил он. — Тогда пошли.

— Блоха, — сказала Ашра, переводя взгляд на девочку. — Ты готова?

— Думаю, да, — пробормотала та, опустив глаза.

Голем подошел к дверям и отодвинул засовы. Он медленно распахнул их и выглянул наружу. Затем повернулся и поманил их к себе.

— Вот и мы, — пробормотал Лукан, вытаскивая меч. — Еще раз в пролом. Он последовал за големом к двери, все еще слегка прихрамывая из-за раны.

— Держись поближе, — шепнула Ашра Блохе. Девочка мрачно кивнула.

Вместе они шагнули в холодную темноту.

Глава 26

РАЗУМНЫЙ ОБРАЗ ДЕЙСТВИЙ

На ходу Ашра осматривала темные дверные проемы. Окна. Переулки. Крыши. Она не позволяла себе ни минуты передышки. Было бы легко ослабить бдительность в присутствии голема, такова была очевидная сила создания, но их враг был быстр, хитер и многочислен. Достаточно было проскользнуть мимо конструкта и перерезать кому-нибудь горло страшным когтем.

Поэтому она продолжала наблюдать, ее глаза никогда не отдыхали. Звяк двигался быстро и тихо, его ноги были укутаны одеялами. Они без затруднений продвигались по темным улицам. Дыхание Лукана было прерывистым, перевязанная нога держалась, хотя стиснутые зубы свидетельствовали о том, что это стоило ему немалых усилий. Он споткнулся вскоре после того, как они покинули убежище голема, но предложение Ашры о том, что он мог бы позволить конструкту нести его, было встречено каменным молчанием, так что она оставила все как есть. Возможно, это было к лучшему. Если на них нападут, им нужно, чтобы все были готовы к бою.

Не то чтобы были какие-то признаки охотников. И, кроме отдаленного визга, не было слышно ни звука. Она могла только надеяться, что так будет продолжаться до тех пор, пока они не доберутся до лодки. Пока они бежали, время потеряло всякий смысл, как и всякое чувство направления, но голем, казалось, знал, куда он