Штурмовик Прибылой - Владимир Дмитриевич Пронский

отделение. И эта маленькая начальная должность никак на него не повлияла, все уважали его совестливость и неумение выслуживаться перед начальством. А как о нём заговорили, когда он спас пленного «укропа», хотя вполне мог прикончить его, но, значит, Бог в душе есть – не позволил отнять жизнь у беззащитного. Так что же теперь произошло, когда он поднял руку на человека, и не просто поднял, а совершил преступление, лишив его жизни? Да, человек этот, похоже, был поганец из поганцев, но всё равно, даже из-за угрозы расправиться с детьми, вправе ли он был совершить суд над ним тогда, когда он ещё не совершил ничего? Антон пытался понять, что двигало Семёном в ту роковую для него минуту, и не мог найти объяснения. Вспомнился эпизод в кафе, когда трое оболтусов пытались наехать на них, и как тогда Семён вскипел, готов был уже на многое: ведь неспроста сунул руку в карман, якобы хватаясь на нож.

Антон не из пустого любопытства пытался понять Прибылого. Хотелось по-простому сослаться на участие в боях, мол, повлияла неутешительная подноготная войны: страдания, пот, кровь и слёзы, но ведь не у него одного это всё было, и он совершил то, что совершил. Конечно, во многом повлияло поведение жены, общая атмосфера в семье Чернопутов. Он, насколько понимал Безруков, оказался в ней посторонним элементом, от этого вся жизнь его смешалась, начиная от первого побега из семьи на фронт и заканчивая теперешним случаем. Семён, наверное, и сам не понимал этого, но это было так, и взгляд со стороны только подтверждал реальность. Размышляя о товарище и придя к неожиданному для себя заключению, Антон окончательно понял, что это не вина Семёна, а его беда, а попавшим в беду людям всегда помогают. Без этого нельзя. Именно поэтому Антон, как только ему позвонила рыдающая Ольга и сообщила о товарище, тотчас сам позвонил знакомому из УМВД и попросил узнать о задержанном Прибылом и хоть что-то прояснить. Сказав, что перезвонит, тот пропал на час, но всё-таки нехотя отозвался:

– Думаю, переживать особенно не стоит… Твой кореш признался во всём, сам вызвал полицию. Уж так совпало, что к этому дню в Москве приняли закон, по которому находящихся под следствием можно мобилизовать на СВО, при их согласии, конечно. У твоего знакомого уже есть туда две ходки, так что и третья не помешает. Больше у тебя ничего нет ко мне?

– Нет, спасибо! – Антон поблагодарил и понял по тону, каким спросил напоследок бывший подчинённый брата, теперь занявший его место, что больше никогда не позвонит, не будет мельтешить перед чужим, в общем-то, человеком, последним вопросом всё сказавшим.

Разобравшись с собственными мыслями и чувствами, Антон при первой же встрече с Антошкой назначил дату, когда подадут заявку в загс, а потом распишутся. Он знал, что порадуется его мать, отец, повторно закодировавшийся, теперь сказав, что навсегда, потому что и самому тошно стало. Безруков уже жил у Антонины, благо квартира позволяла, сдружился с его сыном Егором, первое время называвшим Безрукова дядей Антоном, а потом просто Антоном, как ровесника. Общаясь с ним – подвижным и непоседливым, играющим за местную детскую футбольную команду – Антон всё чаще вспоминал Ольгиного сына, Женьку, и Семёна с ними, и вполне очевидно выходило, что в этом у них схожесть судеб. Только в одном различие: судьба не подарила тестя в лице Чернопута, не устроила проверку на прочность, если можно так сказать о судьбе Семёна, за которого Антон всё более переживал, понимая: случись что, другого такого Семёна у него не будет.

А заявку в загс Антон с Антониной подали и очень сожалели, что Ольга и Семён не погуляют у них на свадьбе.

9

О многом передумал Семён Прибылой в эти дни, но ничего не знал о переживаниях Антона, о скорой его свадьбе. Другое его больше беспокоило: своя собственная судьба. Уж середина октября, а он всё валялся на шконке. Его изредка водили к следователю, он знал, что завели дело против матери Терентьевского, но его это сильно не волновало. Другой вопрос терзучил: «Когда отправят на СВО?» Он спрашивал об этом, но Соловьёв лишь хмыкал:

– Не спешите… Любой документ должен вылежаться.

– Резину протянем, и СВО закончится, и отправится тогда зека Прибылой по этапу! – говорил Семён, позволяя сказать о себе в ироничном ключе.

– Не будьте эгоистом, подследственный Прибылой! – В тон отвечал следователь. – Вы что, хотите, чтобы война бесконечно тянулась? – И добавлял уже серьёзно: – Давно бы пора ей закончиться – сколько бы жизней сохранили. А насчёт своей судьбы не беспокойтесь. Команда желающих повоевать почти сформировалась, так что скоро повезём вас в военкомат на медкомиссию и прочие процедуры. Так что всё нормуль, Семён Иванович! Готовьтесь! «Шторм V» ждёт всех желающих.

– Это что-то новенькое, два года назад, когда утопал в грязи окопов под Временной такого подразделения что-то не помню? И какие задачи стоят перед этим «Штормом?»

– Штурмовать позиции противника. Не хило, да?

– Откуда это известно?

– Нас проинформировали, чтобы мы своим подследственным разъяснили, чтобы они потом в отказ не пошли. Ну так что? Ещё есть время дать задний ход…

– Что-то раньше такого не слышал от вас.

– Слышали, слышали, Семён Иванович, но мимо ушей пропустили, поэтому и не поняли. Так что готовься стать штурмовиком. А что, всегда на виду, о них только и говорят по телевизору: то город на Донбассе освободили, то два села под Курском отбили. – Он взял лист с каким-то текстом. – Вот, могу зачитать. Слушайте: – В отличие от Шторм Z, контракты Шторм V заключаются на 1 год с автоматическим продлением до окончания СВО. Особенность этих контрактов заключается в том, что участники выходят из ИК по условно-досрочному освобождению (УДО), а не по помилованию, так же, как и подследственные из СИЗО получают условное освобождение по недавнему принятому закону. Такие бойцы приобретают статус военнослужащего, заключившего договор. Полное освобождение и погашение судимости такие люди получат только в случае получения госнаграды или увольнения по основаниям, которые разрешены в военное время: конец войны, потеря здоровья или достижение предельного возраста. Это намного более жесткие условия, чем те, которые предлагали заключенным ранее. И ещё: с такой категорией лиц, как у вас, заключают не контракты, а именно договора, в которых вы обязуетесь бесплатно защищать Родину взамен снятия судимости или прекращения следствия по вашему делу.

– Вот и прекрасно! – долбанул по столу кулаком и прищурился Семён. – И нас по телевизору покажут! – От такого подробного объяснения