Крымская война на окраинах Российской империи - Алексей Васильевич Шишов

Силистрия по своему местоположению служила для турецкой стороны опорным пунктом Нижнего Дуная и прикрывала собой кратчайший путь от Дуная к Константинополю. Крепость была расположена на низменном мысе дунайского правобережья, ниже которого река образует ряд мелких болотистых островов.

К началу Восточной войны турки крепость обновили и сделали ее в фортификационном отношении гораздо более мощной: в ней появилась внутренняя цитадель и оборонительное кольцо, состоявшее из десяти внешних фортов. Самым мощным из них являлся Араб-Табиа. Он был выдвинут вперед и занимал господствующую над Силистрией высоту. В цитадели находился 12-тысячный гарнизон. Вне крепости находилась армия Омер-паши пока примерно такой же численности; от нее осажденные получали помощь.

Осада крепости началась 25 марта 1854 года. Сразу создать блокадное кольцо не удалось из-за малых сил, и потому гарнизон Силистрии сумел получить по берегу и реке требуемое усиление и снабжение. В начале мая он уже насчитывал 18 (или 20) тысяч человек. 22 апреля на Дунайский театр войны прибыл генерал-фельдмаршал граф Иван Федорович Паскевич-Эриванский, князь Варшавский, который возглавил осаду турецкой твердыни.

Военный историк старой России А.М. Зайончковский в своем труде о Восточной войне писал о силах русской армии, привлеченных к осаде крепости Силистрия, следующее:

«Ко времени начала осады Силистрии князь Варшавский имел сосредоточенными у этой крепости 56 батальонов, 30 эскадронов, 15 сотен, 192 полевых и 52 осадных орудия, 2 парохода, отряд канонерских лодок, 3 артиллерийских парка, осадный инженерный и понтонный парки общей численностью до 65 тысяч человек, силы, какие еще никогда не были собраны в предшествовавшие войны с Портой ни против одной из турецких крепостей.

Впоследствии сосредоточенные против Силистрии войска последовательно возросли до 77 батальонов, 68 эскадронов, 27 сотен при 266 орудиях общей численностью до 90 тысяч человек».

Блокадное кольцо вокруг Силистрийской крепости создавалось не только на левом берегу, но и на правом, валахском берегу. Там позицию заняла 8-я пехотная дивизия. Были заняты ближайшие к крепости острова на Дунае: острова Солган и Гопа – Камчатским егерским полком, Голый – Вознесенским уланским полком. Мост через реку Брач прикрыли Кременчугским егерским полком с легкой батареей.

Назначенный вести осадные работы под Силистрийской крепостью инженер-генерал Карл-Александр Андреевич Шильдер является одним из самых известных военных инженеров той эпохи. Начальник инженеров действующей армии был хорошо знаком с турецкой дунайской твердыней. Именно во многом благодаря его таланту русская армия в 1829 году овладела Силистрией: обошлось без кровавого штурма, русские сумели взломать фортификационный пояс вокруг крепости. И султанский гарнизон, оказавшись в безвыходном положении, капитулировал.

За тот успех полковник К.А. Шильдер был пожалован императором Николаем I Военным орденом Святого Георгия Победоносца 3-й степени. Для людей его чина такая боевая награда была не частой. В Крымскую войну он, уже генерал-инженер, вновь оказался под обновленными крепостными стенами Силистрии, опять возглавив осадные инженерные работы. Помощником ему в должности траншей-майора стал полковник Э.И. Тотлебен, которому суждено было стать одним из героев обороны Севастополя.

Осадные работы против вражеской крепости начались с ведения параллели (траншеи) к центральному форту Араб-Табиа, с расстояния в 1000 сажен. То есть вне дальности артиллерийского огня с форта. Ежедневно на земляные работы назначалось свыше тысячи – полутора тысяч человек. В осадных работах имелось много сложностей, отчего у Шильдера «расстройство нервов к этому времени достигло высшего напряжения».

Император Николай I писал генерал-фельдмаршалу И.Ф. Паскевичу-Эриванскому из далекого города на Неве по два раза в неделю, интересуясь ходом осады сильнейшей турецкой крепости на Дунае. В письме от 11 мая самодержец писал главнокомандующему:

«Радуюсь очень, что ты велел приступить к осаде Силистрии. В теперешних обстоятельствах продолжаю полагать, что лучшего сделать нельзя. Пойдет ли осада спокойно – хорошо, выйдут ли турки с союзниками на выручку крепости – тем лучше, будет тогда случай их разбить.

Ты мне писал, что Шильдер обещает через две недели взять Силистрию, я доволен буду ежели и через четыре недели – и то хорошо!»

Осадные работы близились к завершению. 16 мая в темноте русские войска (2-я бригада генерал-майора Попова 8-й дивизии) предприняли штурм ключевого, хорошо укрепленного форта Араб-Табиа. Но перед этим турки, чувствуя опасность, совершили сильную вылазку из форта, но были отбиты контрударом двух пехотных батальонов, которыми командовал генерал Веселитский.

Вперед под барабанный бой пошли три батальона. Штурмующие сперва спустились в ров глубиной больше 3 метров, затем без лестниц взошли на глинистый крепостной вал такой же высоты. Солдаты штыками пробивали ступени в затвердившейся глине и восходили на вал Араб-Табиа, поражаемые ружейными пулями и картечными выстрелами пушек форта. Ночь оказалась плохим прикрытием атаки.

«Независимо от этих препятствий войска, воодушевленные присутствием старших начальников, лезли на вал, и по прошествии четверти часа все амбразуры с орудиями были в наших руках, и внутри Арабского укрепления завязалась та борьба не на жизнь, а на смерть, которая за какие-то минуты приводит к полной победе и поражению. Дрались банниками, прикладами, а то и просто схватившись друг с другом врукопашную, и не только нижние чины, но и офицеры…»

В ходе приступа получил смертельное ранение командовавший ими дивизионный начальник генерал-лейтенант Д.Д. Сельван. В критические минуты подкрепление к штурмующим батальонам не подошло, последовал приказ отступить: «Прозвучал тоскливый звук отбоя». На следующий день стороны заключили традиционное в таких случаях перемирие для уборки трупов и, возможно, тяжело раненных.

Неудачный приступ обошелся осаждающим потерями в 700 (или 933) человек нижних чинов и офицеров, в основном из состава посланной на приступ пехотной бригады. Потери среди генералитета, принявшего участие в штурме, оказались велики: погиб Сельван, ранения получили Веселитский, Костанда, князь Щербатов и был тяжело ранен граф Орлов.

Потери турецкого гарнизона (по официальной прокламации) составили всего189 человек, что весьма сомнительно. Об ожесточенности схваток за Араб-Табию в тот майский день свидетельствует такой факт: среди погибших в крепости оказался начальник силистрийского гарнизона Мусса Хулуси-паша, который считается «организатором турецкой артиллерии». Его сменил Гуссейн-паша, бывший комендантом Араб-Табии.

Император Николай I, ожидавший победных вестей с берегов Дуная, получив донесение о неудачной атаке Силистрийской крепости и больших потерях в людях, писал:

«Душевно скорблю о напрасной трате драгоценного войска и потерь стольких храбрых, во главе которых ставлю почтенного Сельвана, дорого заплатившего за свою излишнюю отвагу, но мир праху его: он умер геройскою смертью!»

В стане союзников неудачный штурм Силистрийской крепости, однако, вызвал большие опасения за ее ближайшее будущее. Французский командующий маршал Сент-Арно в тревоге писал: «Я боюсь, что крепость, решительно атакованная противником, не в состоянии будет долго сопротивляться».

Осада с ее инженерными работами и артиллерийскими дуэлями продолжилась. 28 мая генерал-фельдмаршал И.Ф. Паскевич-Эриванский был контужен (вражеское ядро упало рядом с его лошадью),