Как начинаются войны - Дмитрий Юрьевич Пучков

был видеоролик, как очень умеренный оппозиционер из свободной сирийской армии, это главный прокси американский, вырезает сердце живое из солдата и начинает его жрать. Свободная сирийская армия — это символ умеренной оппозиции. Вот это — сирийская оппозиция. К сожалению.

Дмитрий Пучков: А ведь есть ещё и радикалы.

Александр Сотниченко: Есть ещё и радикальная оппозиция. Про это тоже прекрасные ролики можете посмотреть.

Что происходит дальше? Сначала это были офицеры, насмотревшиеся «Аль-Джазиры». К сожалению, телевидение в Сирии это телевидение Советского Союза образца 1989 года. Но в Советском Союзе не было спутниковых тарелок, а там они есть, и есть у каждого. И каждому в уши «Аль-Джазира», «Аль-Арабия» и многие другие каналы, которые спонсируются саудовцами, катарцами, американцами и так далее, в уши льют: «Демократии нет!», «Права человека отсутствуют!»

Дмитрий Пучков: А в Саудовской Аравии демократия, надо понимать, есть?

Александр Сотниченко: Нет, на самом деле там есть другое. Самое главное, что многие сирийцы ведь ездили в Саудовскую Аравию и Катар работать. Там было очень много денег. А это, знаете ли, работает не хуже, чем «Аль-Арабия» и «Аль-Джазира». И реально сирийцы купились на всё это дело. Они выходили на мирные демонстрации, а кровавый сирийский режим пытался их подавлять. Сажал в застенки, часто кого попало наказывал и всё такое. Разумеется, сейчас очень многие сирийцы, когда я с ними беседую, говорят, вот надо было в 2011 году как-то пожёстче всё подавить. Сейчас они это признают, а тогда ведь все были против Асада. Я помню: «Как он нас достал. Это вчерашний день. Да здравствует революция!» И все верили, что сейчас придут нормальные демократические силы.

А у демократических сил — я имею в виду зарубежные демократические силы — были совершенно конкретные планы. Главные демократические силы это, безусловно, Саудовская Аравия. Для них Сирия представляет особую опасность, потому что Сирия — лучший друг Ирана.

Вот теперь представим. Иран после американского вторжения, Ирак попадает под влияние Тегерана, это уже две соседние страны. А дальше ещё и Сирия. Появляется единое геополитическое пространство от Каспийского моря до Средиземного. И Иран в случае чего может вывести трубу прямо в Средиземное море, только подгоняй танкеры и наливай.

Дмитрий Пучков: А вот эти басни про трубу из Катара?

Александр Сотниченко: Сейчас расскажу, это отдельная тема. Представляете, для саудовцев это каково? Сейчас что смогут сделать саудовцы? Предположим, Иран начинает торговлю нефтью через Персидский залив, саудовцы могут перекрыть залив в любой момент. Что, кстати говоря, и было сделано американцами во время Ирано-иракской войны. А если будет прямая труба в Средиземное море, фактически это прямой выход: вот она — Европа, вот она — Северная Африка. Для них и для саудовцев это смерти подобно, для них Иран главный геополитический соперник.

Дмитрий Пучков: Поэтому деньги надо давать на любой бардак.

Александр Сотниченко: На любой бардак! В том-то и дело. Вот эти силы заинтересованы в бардаке, именно саудовцы. Катар и Турция — немножко другое. Катар союзник Турции, Турция — союзница Катара. У турков с катарцами действительно очень хороший проект. В Катаре очень много газа, реально, много товарного, очень дешёвого. Если провести трубу из Катара через Иорданию: Катар-Саудия-Иордания-Сирия и дальше прямо в Турцию, то Турция может выбирать. Хочешь, у «Газпрома» покупай, хочешь, у Катара. Разумеется, Катар ближе, там свои люди, и главное, что в Европу этот газ тоже можно будет поставлять. Таким образом, Турция получает деньги за транзит, сидит на трубе и только считает деньги.

Дмитрий Пучков: Я считаю, нам такая труба не нужна.

Александр Сотниченко: Разумеется, потому что тогда на «Газпроме» можно ставить крест, поскольку у Европы будет реальная альтернатива «Газпрому». Сейчас её нет. И у Турции её нет. Турки сейчас говорят: «Мы можем отказаться от российского газа». Не могут! Сейчас из Азербайджана строится труба, из иракского Курдистана строится газовая труба, но все вместе они не могут обеспечить даже половины газа, который они покупают из «Газпрома». Так что если мы зимой перекроем газ, у турок альтернативы не будет.

Есть, конечно, газотранспортный флот у Катара, но при нынешних ценах на нефть и газ, газотранспортный флот утрачивает рентабельность.

Дмитрий Пучков: То есть если газ сначала сжижить, потом налить в специальные корабли, потом куда-то отвезти, потом там нужны специальные терминалы.

Александр Сотниченко: Они все есть, сейчас Катар уже всё построил, залез в огромные долги.

Дмитрий Пучков: У себя.

Александр Сотниченко: Оно и в Европе есть, но это реально очень дорого. Просто очень дорого и при нынешних ценах это нерентабельно совершенно.

Проект на самом деле хороший. Берём власть, строим трубу, торгуемся с «Газпромом», сидим на трубе, всё замечательно, но вот только режим Асада не падает и не падает.

Смотрите, первого февраля Эрдоган сделал заявление перед европейцами по поводу беженцев. Беженцев сирийских в Турции более двух миллионов человек. Они-то ломанулись туда, думая, что немножко посидят и вернутся на коне, а выяснилось, что возвращаться-то некуда. Там идёт война, и до сих пор она продолжается. Лагерей, которые построили турки и саудиты, не хватает катастрофически. В лагерях в лучшем случае около трёхсот тысяч. А их два с лишним миллиона. Эти беженцы — несчастные, в Стамбуле голые дети выпрашивают деньги — всё как положено. Всё как вы себе представляете, вот так оно и есть.

Турция, конечно, с этим не справляется. Конечно, Турция — большая страна, семьдесят с лишним миллионов человек, но Эрдоган буквально первого числа заявил, что уже потрачено девять миллиардов. Для турецкой экономики это очень большая сумма.

Второй момент. Представляете, сколько денег требуется, чтобы содержать все дипломатические представительства в Стамбуле, выступать от имени оппозиции, информационная политика там, специальные каналы на Сирию и так далее? Это всё очень дорого. А уж я молчу, сколько стоит кормить оппозиционеров. Я имею в виду тех, которые реально воюют в Сирии. Стоят они, кстати, недорого. Знаете, сколько получает боевик?

Дмитрий Пучков: Нет.

Александр Сотниченко: Значит, в Исламском государстве они все мотивированы там и далее, они получают чуть больше пятидесяти долларов.

Дмитрий Пучков: В месяц?

Александр Сотниченко: В месяц. Как вы, готовы умирать за пятьдесят долларов?

Дмитрий Пучков: Видимо, где-то в других местах получают ещё меньше.

Александр Сотниченко: Нет, это минимум. Средняя зарплата у боевиков, именно у сирийских, от двухсот до четырёхсот.

Дмитрий Пучков: А что же их заманивает тогда в это Исламское государство?

Александр Сотниченко: Исламское государство — это очень высоко идеологизированная структура, которая базируется на очень высоком уровне пропаганды и социальной справедливости. Если ты живёшь в Исламском государстве, то твои дети бесплатно ходят в школу и получают там бесплатные завтраки, обеды и ужины, всё