Комиссар и комбриг. Армейско-партизанские мемуары - Герасим Алексеевич Кирпич

Во-первых, тексты Г. А. Кирпича доказывали и подтверждали справедливость слов моего деда, потому, в них мелькало и его имя, и описанные им события, а части из дедовой «Повести о Великой войне» касательно встречи и судьбы отряда Суворова даже приведены в пояснениях и дополнениях к книге Кирпича.

А во-вторых – в них давалась исчерпывающая информация о том, как появился и развивался сам отряд «Чекист», как он жил и чем занимался. Поразительные в своей безыскусной правдивости, ошеломляющие сведения «из первых рук» никого не могут оставить равнодушными, ибо воспроизводят стереоскопическую панораму той, уже исчезнувшей жизни, но странным образом до сих пор будоражащей и направляющей нас сегодня в дни уже нашей войны – СВО.

Итак, вкратце о содержании книги «Немеркнущая слава» Г. А. Кирпича.

Младший лейтенант пограничник Герасим Кирпич, попав в окружение под Шкловом, сумел связаться с райкомом Компартии Белоруссии. По его указанию остался в тылу врага и сумел организовать мощное партизанское движение в тех местах. Мы читаем о бесконечных трудностях, которые молодой офицер талантливо и успешно преодолевал, создавая, выковывая свои боевые порядки.

В июле 1942 года бригада состояла из 9 отрядов, трёх отдельно действующих групп и полностью контролировала пять районов.

В августе 1942 года «чекисты» уже подорвали 30 вражеских паровозов, 307 вагонов с немцами и военным снаряжением, уничтожили 14 платформ с танками и артиллерией, истребили около 4 тысяч гитлеровских солдат и офицеров.

А в декабре 1943 года из бригады Кирпича было выделено 3 отряда численностью 500 человек для организации новой партизанской бригады, но при этом в бригаде «Чекист» всё равно осталось 1850 человек! В наградном листе на предоставление к званию Героя Советского Союза Г. А. Кирпича сказано, что из блокировки он всегда выводил свои силы с небольшими потерями.

28 июня 1944 года партизанская бригада «Чекист» соединилась с танкистами генерала Бурдейного в районе деревень Гоенка – Задний Бор Круглянского района и 8 июля прошла военным парадом по улицам Могилёва. Партизанскими соединениями уничтожены до 12 тысяч гитлеровцев и изменников Родины, пущено под откос 265 вражеских эшелонов, взорвано 372 авто- и бронемашины, разгромлены десятки фашистских гарнизонов. Бригада контролировала огромный район междуречья Днепра и Березины, насчитывала более 2500 бойцов и командиров, многие из которых пополнили части Красной армии и прошли победный путь до Берлина.

За заслуги перед Родиной сам Г. А. Кирпич был награжден орденами Красной Звезды (1942), Суворова II степени (1944), «Знак Почета» (1944), медалями «Партизану Отечественной войны» I и II степени, «За победу над Германией», «За трудовые заслуги», Войска Польского, юбилейными.

30 сентября 1994 года Герасиму Алексеевичу Кирпичу присвоено звание почетного гражданина города Шклова.

Мы читаем, как от мелких стычек, «комариных укусов» для гитлеровцев, операции «чекистов» выросли до ведения полномасштабных боевых действий, нанёсших оглушительное поражение врагу, включая пленения немецких офицеров и генералов. И всё это действо развёрнуто в динамике, расцвечено бытовыми картинами. Автором переданы нам целые диалоги действующих лиц с их характерными особенностями, приведены точные цифры военного учёта, имена участников партизанского движения, подпольщиков и всех, помогавших изгнать смертельного врага с нашей земли, – имена героев: живых и павших смертью храбрых…

Мне было приятно видеть, что мемуары двух партизан: командира бригады «Чекист» и моего деда, комиссара отряда, дополняют друг друга, создавая более цельный и зримый образ тех горячих дней.

Полный текст воспоминаний Г. А. Кирпича можно прочитать в книге, изданной Шкловским районным историко-краеведческим музеем, а здесь, по разрешению директора музея Л. В. Силивёстровой, я привожу яркие выдержки, тем или иным образом связанные или дополняющие или поясняющие повествование моего деда, Пичугина М. П.

Нет в России семьи такой,

Где б не памятен был свой герой…

Горячий, чистый всплеск бескомпромиссного патриотизма того поколения, ушедшего, но присутствующего в нашей крови и генетической памяти, очищает душу и омывает раны уже этой, современной нам войны с тем же извечным врагом.

Так пусть картины той войны, бережно нарисованные словом партизанского командира, окрасят наш литературный небосклон алой зарёй восхода.

Ирина Николаевна Пичугина

Немеркнущая слава

ПРИСЯГА БЕЛОРУССКОГО ПАРТИЗАНА

«Я гражданин Союза Советских социалистических республик, верный сын героического белорусского народа, присягаю, что не пожалею ни сил, ни самой жизни для дела освобождения моего народа от немецко-фашистских захватчиков и палачей, я не сложу оружие до тех пор, пока родная белорусская земля не будет очищена от немецко-фашистской нечисти.

Я клянусь строго и неуклонно выполнять приказы своих командиров и начальников, строго соблюдать военную дисциплину и хранить военную тайну.

Я клянусь за сожжённые города и деревни, за кровь и смерть наших жен и детей, отцов и матерей, за насилие и издевательства над моим народом жестоко отомстить врагу и не останавливаться ни перед чем, всегда и везде смело, решительно, дерзко и беспощадно уничтожать немецких оккупантов.

Я клянусь всеми путями и средствами активно помогать Красной Армии, повсеместно уничтожать фашистских палачей и их пособников, тем самым содействовать скорейшему и окончательному разгрому кровавого фашизма.

Я клянусь, что скорее погибну в жестоком бою с врагом, чем отдам себя, свою семью, белорусский народ в рабство кровавому фашизму.

Я клянусь, что слова моей священной клятвы, данной перед товарищами-партизанами, я скрепляю собственноручной подписью и от этой клятвы не отступлю никогда.

Если же по своей слабости, трусости или по злой воле я нарушу свою присягу и изменю интересам народа, то пускай умру позорной смертью от рук своих товарищей».

Собственноручная подпись.

От Буга до Днепра (хождения по мукам, 1941 год)

На западной границе в 1940-м и первой половине 1941-го годов было явно неспокойно: часто шалили банды, агенты абвера, на подготовку и формирование которых Вильгельм Канарис не скупился и большими группами засылал в наш тыл. …Наплыв вооруженных банд и агентуры всех мастей возник в первой половине 1941 года. Нашим пограничным заставам и оперативным группам приходилось беспрерывно вести борьбу с диверсантами. Перевес постоянно был на нашей стороне, в чём во многом нам помогало местное население, у которого наши пограничники и офицеры пользовались большим авторитетом и уважением. С помощью местного актива в районе Чижева и Замброва Белостокской области только нашему подразделению маневренной группы, которое мне пришлось возглавлять в марте – апреле 1941 года, удалось ликвидировать около 40 вооруженных до зубов бандитов и их главаря, которые были посланы провести диверсии на важных военных объектах. Аналогичные задержания были и на других участках 88-го Шепитовского и 89-го Брестского погранотрядов. После операции по ликвидации бандитских групп