Голубь Святой Софии - Виктор Григорьевич Смирнов

года в Ставке Верховного главнокомандующего завершалась разработка Ленинградско-Новгородской операции, которая должна была стать началом серии наступлений, вошедших в историю войны под названием «Десять сталинских ударов». Целью операции, в которой были задействованы войска Волховского, Ленинградского и 2-го Прибалтийского фронтов, был разгром группы армий «Север» и полное снятие блокады Ленинграда.

Частью общего плана стала Новгородско-Лужская операция. Она состояла из трех этапов. Сначала предполагалось освободить Новгород, потом взять Лугу и двигаться дальше на Псков, откуда открывался прямой путь на Прибалтику. Помня о прежних неудачах, Ставка на этот раз отвела командованию Волховского фронта на подготовку Новгородско-Лужской операции целых четыре месяца.

Советским войскам противостояла немецкая группа армий «Север» под командованием генерал-фельдмаршала Кюхлера в составе 18-й и 16-й армий, поддерживаемых 1-м воздушным флотом. В течение двух с половиной лет противник совершенствовал оборонительные рубежи на ленинградском и новгородском направлениях.

К январю сорок четвертого года здесь была создана глубоко эшелонированная оборона, состоящая из сильных узлов сопротивления и опорных пунктов, соединенных системой траншей и ходов сообщения, прикрытых проволочными заграждениями и минными полями. На каждый километр фронта приходилось от 8 до 12 дотов и дзотов. В оперативной глубине обороны противник создал мощный оборонительный рубеж «Пантера». В крупные узлы сопротивления были превращены города Любань, Чудово, Новгород, Старая Русса.

Гитлер понимал политическое значение предстоящего сражения, от исхода которого зависела судьба союзной рейху Финляндии, Прибалтики и группы армий «Центр». Поэтому он категорически отверг предложение встревоженного Кюхлера отвести войска на линию «Пантера».

Особое внимание уделялось Новгороду, который был важнейшим узлом немецкой обороны. На совещании своего штаба командующий 18-й армии генерал Линдеман прямо заявил: «Если мы потеряем Новгород и Волхов, то проиграем войну».

Против Волховского фронта, которым командовал Кирилл Афанасьевич Мерецков, действовали шесть пехотных и три авиаполевых дивизии, танковые и артиллерийские соединения. На новгородском направлении оборону держали отборные гитлеровские части, и среди них знаменитая 28-я легкая пехотная дивизия, прорывавшая линию Мажино во Франции и первой вошедшая в Париж. Особым упорством в боях отличались штрафные батальоны СС из провинившихся нацистов.

Немцы опоясали Новгород цепью опорных пунктов. В качестве оборонительных сооружений использовали земляной вал Окольного города, монастыри, церкви, крепостные башни и кладбища. Основу обороны составляли бетонные доты, соединенные паутиной траншей. Все подходы были заминированы и опутаны колючей проволокой и спиралями Бруно.

3.

Главная роль в предстоящей операции по освобождению Новгорода отводилась 59-й армии под командованием генерал-лейтенанта Коровникова. В августе сорок первого Коровников возглавлял Новгородскую объединенную группу войск, пытавшуюся отбить захваченный немцами Новгород, в сорок втором был тяжело ранен под Мясным Бором. Генерал обладал огромным боевым опытом, прекрасно знал местность и не боялся отстаивать свое мнение перед начальством.

Замысел штаба Волховского фронта заключался в том, чтобы не брать Новгород в лоб, а обойти его с севера, перерезав пути снабжения. Когда план был уже почти готов, с неожиданным предложением выступил генерал Свиклин. Полунемец-полулатыш Теодор Андреевич Свиклин (настоящая фамилия Свиклиньш) в Первую мировую войну служил в Латышском стрелковом полку. После революции добровольно вступил в Красную армию, был политруком, комиссаром, затем возглавил войска противовоздушной обороны на Дальнем Востоке. В 38-м году Свиклина арестовали якобы за участие в заговоре военных, но в сороковом выпустили и восстановили в кадрах Красной армии. С началом Великой Отечественной войны Свиклин воевал на самых тяжелых участках фронта. В ходе Любаньской операции был тяжело ранен, а после госпиталя получил звание генерал-майора и назначение заместителем командующего 59-й армии Волховского фронта.

Идея Свиклина заключалась в том, чтобы одновременно с основным ударом с севера нанести вспомогательный удар с юга со стороны озера Ильмень. Это предложение многим показалось авантюрой. Наступать предстояло по тонкому льду, без артиллерийской подготовки, преодолев 15 километров открытого пространства. Все помнили, как прошлой зимой попытка наступления по льду озера возле села Коростынь обернулась массовой гибелью якутских стрелков.

Но Свиклин стоял на своем. Его главный аргумент заключался в том, что именно так рассуждал и противник, не ожидавший нападения со стороны озера. Южный участок фронта был укреплен гораздо слабее, чем северный. Его обороняла 2-я бригада Латышского легиона «Ваффен СС», снискавшая черную славу садистскими расправами с военнопленными и мирным населением, но не отличавшаяся боевыми качествами. После горячих споров предложение Свиклина было принято, а сам Теодор Андреевич получил назначение командующим южной группой.

Сразу после утверждения плана операции началась скрытная переброска войск, инженерная подготовка и обучение солдат и командиров. В тылу армии были воссозданы опорные пункты противника с такими же траншеями, дотами и заграждениями. Подготовка к операции велась в условиях строжайшей секретности, штабные документы готовились в единственном экземпляре и только от руки.

Особое внимание уделялось дезинформации противника. Надо было убедить немцев, что наступление начнется на чудовском направлении, где на левом берегу Волхова в сорок третьем году удалось захватить небольшой плацдарм. Проводилось демонстративное перемещение войск, делались проходы в минных полях, поднимались аэростаты наблюдения, по открытым телефонным линиям штабисты обсуждали ложный план наступления. Тем временем на действительном направлении главного удара все передвижения производились только по ночам, а сам генерал Коровников появлялся на передовой, переодевшись в солдатскую форму и оставив автомобиль далеко в лесу.

В конце концов немцы поверили дезинформации и стали перебрасывать на чудовское направление дополнительные резервы. Страшно досаждали противнику наши разведчики, возникающие неизвестно откуда и мгновенно утаскивающие часовых.

4.

Новый, 1944 год бойцы и командиры Волховского фронта встречали с особым чувством. Все понимали, что впереди решающие сражения и что для многих этот год станет последним годом жизни. Политработники рассказывали о зверствах фашистов на оккупированных территориях, показывали фотографии казней, сожженных деревень. Впрочем, убеждать бойцов особой необходимости не было. В войсках накопилось столько ненависти к врагу, что люди были готовы драться насмерть.

За двое суток до начала наступления штурмовые батальоны заняли исходное положение, сменив на участках прорыва обороняющиеся части. Ночью саперы сделали проходы в заграждениях и минных полях. 13 января провели разведку боем, чтобы обнаружить систему огня противника.

…Последнюю ночь перед наступлением генерал Коровников не сомкнул глаз. Рано утром наша артиллерия должна была нанести по позициям противника мощный удар. Генерал тревожился о том, что, разгадав наш замысел, немцы заранее отведут свои войска на вторую позицию, и тогда артиллерия ударит по пустому месту. Не радовала и метеосводка. Погода окончательно испортилась, метель и низкая облачность не позволяли использовать авиацию. Но военная машина была уже запущена, а обратного хода у нее нет.

В школе деревни Холынья генерал Свиклин давал последние указания сидящим за партами офицерам южной группы. Когда спустилась ночь, батальоны