На Херсонском направлении - Владимир Георгиевич Нестеренко

Егорычев хотел спросить, знает ли лейтенант, кто из госпиталя будет находиться в машинах, какой состав? Но передумал, чего, пожалуй, точно не знает и сам полковник Санин. В госпитале десятки врачей, и его Сладу, хирурга, куда попало посылать не станут. Цель поездки медиков не имеет значения для начштаба или командира полка. Зачем о ней будут сообщать военным? И все же он подумал: «А вдруг там будет Слада, и я своими действиями буду незримо для неё охранять команду медиков. А она не будет об этом ничего знать. Потом только узнает из моего рассказа».

Бакатов, этот чертов экстрасенс, неожиданно сказал:

– Не факт, что в этой поездке будет твоя Слада Святославовна. Нечего об этом думать.

Егорычев выпучил на него глаза, хотел резко ответить ему, но видел, что напарник не подкалывает его, а вполне серьезно советует не волноваться, поскольку дело впереди не пустяковое, и переживать о неизвестном не стоит, лучше всеми мыслями быть в предстоящем сражении с коварным и настойчивым противником. Настроить себя только на победу, на решение непредвиденного в ходе операции. И если мысль о жене будет сидеть в душе занозой, то ты, считай, ранен, и толку от тебя как с козла молока. Здесь же он, в расчёте, первая единица, и от собранности твоей очень многое зависит. Ответить не успел. Раздался голос Гладышева:

– Внимание, «Канюк», проверка связи, как слышите, приём?

– На связи «Канюк», слышу нормально.

– Выходим на исходную, приготовиться к запуску.

– Есть на исходную, – ответил Егорычев.

Операторы взяли приготовленные к старту беспилотники, специальные очки и все необходимое для разведки, вышли из фургона, направились на площадку запуска.

Несмотря на нанесённые опознавательные санитарные знаки, на маршруте машин вскоре появились вражеские беспилотники. Средства оптической разведки обнаружили район запуска дронов. Туда немедленно устремились разведчики Гладышева. Операторам удалось определить, что они были запущены с кузова бортовой машины, которая после запуска аппаратов укрылась неподалеку в гараже разрушенного здания. Тут же были переданы координаты цели артиллеристам «Грома», а над нашими санитарными машинами взорваны дымовые шашки. Тем не менее по белесому облаку противник нанес удар реактивной установкой «Град».

Операторы Гладышева засекли реактивные вспышки, и новые координаты цели переданы артиллеристам. Расчёт гаубицы «Грома» сделал несколько выстрелов. И то, что произошло на позиции врага, верилось с трудом. Тем не менее беспилотники зафиксировали ужасающую картину. Снаряды гаубицы попали в середину боевого порядка трёх установок, которые собирались вести огонь по Каховке. От удара стал детонировать пакет реактивных снарядов, пошла цепная реакция, ракеты, разлетаясь, стали уничтожать стоящие соседние установки.

Второй огневой удар расчёт старшего сержанта с позывным «Гром» совершил по гаражу разрушенного здания, где укрылась машина, с которой, по предположению операторов, были запущены разведывательные дроны. Выпустили по цели несколько снарядов, чтобы наверняка уничтожить укрывшихся там нацистов.

Несмотря на дымовую завесу и быстрый отход машин в сторону ветра, куда стало смещаться облако, одна машина попала под сильную ударную волну и дважды перевернулась.

– Не уберегли медиков, Слава, не уберегли! – закричал Бакатов, – одна «Газель» на боку. Ничего святого нет у этих укропов!

У Егорычева защемило сердце. Кто из медицинских работников служил в качестве «приманки» для проведения задуманной штабом полка операции по ликвидации преступников? С точки зрения международного права, люди, напавшие на машины с охранными красными крестами, махровые преступники. Егорычев не допускал, что там окажется его Слада. В то же время знал, какая она мобильная и легкая на подъём и вполне могла быть там. Он подогнал аппарат к потерпевшим на сколько мог ближе и увидел, что машина завалилась на правую сторону. Боковая дверь прижата к земле, находящимся в салоне людям, если они там есть, можно выбраться через задние двери. Но оттуда никто не выходил, а было видно, что кто-то копошится возле кабины. Ещё удалось разглядеть, что крыша очень помята, значит, «Газель» кувыркалась от ударной волны и осталась лежать на правом боку. Если в салоне были люди, да и в кабине тоже, то от удара и перевертывания могли изувечиться и даже погибнуть. Этот человек, что возле кабины, скорее всего водитель, едва живой и не может что-то предпринять для оказания помощи своим пассажирам. Дымовая завеса окончательно растаяла, аппарат завис над полем, и Егорычев увидел, как к поверженной машине катит вторая по бездорожью. Вот она остановилась, из неё высыпали люди, больше всего женщины, и бросились к своим товарищам, оказывать помощь.

– Кто эти женщины? – с дрожью в голосе спросил Бакатова Егорычев – Мы с тобой там, рядом, всё видим, но помочь ничем не можем. Вдруг там моя жена?

– Слава, не будь эгоистом. Кто бы там ни был, там наши девушки. Мы выполнили свою задачу. Ты видел результаты ударов «Грома». Без нас с тобой и Гладышева не обошлось.

– Не обошлось, но я не эгоист. Боль родного человека приносит боль вдвойне, разве ты этого не понимаешь?

– Понимаю. Просто наберись мужества. Это война, страшная, как все войны. И мы с тобой участники. Надо возвращать аппараты на базу.

– Ты прав, прости за минутную слабость.

– «Канюк», что вы там раскисли с «Беркутом»? – раздался строгий голос Гладышева. – Операция завершена, возвращайте аппараты на базу.

Посадив разведчиков на землю и прибрав их в фургон, Егорычев заторопился в блиндаж. У него было только одно желание: выяснить, кто находился в разбитой «Газели». Помочь мог только старший лейтенант Биркин. Старший сержант сдержанно, но чувствовалось его нервное волнение, обратился к связисту.

– Товарищ старший лейтенант, не в службу, а в дружбу, как участника совместной операции запросите, пожалуйста, у госпиталя: кто находился в пострадавшей «Газели»?

– Для какой цели?

– Боюсь, как бы там не оказалась моя жена.

– Другие тебя не волнуют? – хмыкнув сердито, ответил Биркин, но, увидев за спиной Егорычева лейтенанта Гладышева и Бакатова с напряженными лицами, решился на звонок в госпиталь. – Давай попробуем, но могут отказать.

– Если откажут, – торопливо сказал Егорычев, – попробуйте выяснить вот по этому позывному. Жена дала мне его на крайний случай.

– Ты считаешь, крайний случай налицо?

– Так точно!

Биркин включил резервную коротковолновку.

– Не будем гусей дразнить, давай позывной, ответит жена или кто-то еще?

– Это дежурный пост в хирургии. Спрашивать надо хирурга Гордиенко.

Биркин кивнул головой. Рация ожила, парни замерли в ожидании.

– Первый пост слушает, назовите пароль?

Старший лейтенант раскрыл папку с паролями по дивизии, армии и тихо назвал какие-то цифры.

– Какая у вас информация?

– Пострадала «Газель», кто в ней находился?

– Номер машины?

– Он нам неизвестен. Хирург Гордиенко в поездке?

– Да. Что с ней случилось?

– Пока