Германизация Украины - Эрик Стейнхарт

территорий Советского Союза, где немецкая гражданская администрация запрещала деятельность немецкого духовенства, в Транснистрии религиозная политика оставалась в ведении Румынии. Вместо запрета католической церкви румынские власти защищали ее от Хоффмайера. Вмешательство губернатора Алексяну стало знаковым. Возможно, из-за угроз безопасности Пигера, Глазер обратился за помощью к папскому нунцию в Бухаресте и румынским властям. Сохранившиеся документы лишь частично проливают свет на события. Из них известно, что 8 февраля 1942 года Кассулло написал Хоффмайеру, отстаивая права католической церкви в Транснистрии в целом и жалуясь, что зондеркоманда R запретила местным священникам проводить рождественские мессы в частности[728]. В начале марта 1942 года Хоффмайер ответил Кассулло и направил копию письма Алексяну, что говорит о том, что румынская сторона тоже поднимала эти вопросы перед зондеркомандой R[729]. Хоффмайер, несомненно, был искренен, когда писал Кассулло: «Я также обеспокоен развитием католического служения в Транснистрии и наблюдаю за ним с большим вниманием», – но, вероятно, его мотивы сильно отличались от намерений папского нунция. По словам Хоффмайера, он отказал Глазеру в проведении богослужений на прошлое Рождество, поскольку тот не смог доказать, что его деятельность в Транснистрии одобрена церковным начальством[730]. Кроме того, Хоффмайер жаловался, что «доктор Глазер не предложил ни одного конструктивного предложения по развитию упорядоченной католической церкви. Прежде всего за все это время он не смог назвать ни одного католического священника, который был бы готов взять на себя обязанности в Транснистрии на длительный срок»[731]. На взгляд Хоффмайера, Пигер, по-видимому, был лишен искренности.

Несмотря на попытки Хоффмайера представить свою деятельность в благовидном свете, он остро реагировал на поддержку католической церкви со стороны Румынии. Румынская опека носила как бюрократический, так и материальный характер. Вопреки желаниям зондеркоманды R, в 1941–1942 годах гражданская администрация Румынии систематически предоставляла католическим священникам, включая неудобного отца Пигера, разрешение на служение в Транснистрии[732]. Почему православные румыны оказали поддержку немецкой католической миссии – не вполне ясно. Однако, по-видимому, румыны поддерживали Глазера именно потому, что его миссия раздражала зондеркоманду R. Затяжная вражда между румынами и СС приводила к таким необычным альянсам.

Потерпев поражение в противостоянии с католической церковью, Хоффмайер отступил. Спустя несколько недель после ответа Кассулло и Алексяну зондеркоманда R направила распоряжение районным подразделениям, в котором говорилось, что «всякая борьба с церковью должна быть прекращена»[733]. Руководство также предостерегло своих подчиненных: «Прежде всего воздержитесь от всяческих ребяческих издевательств и насмешек в адрес католической церкви»[734]. По крайней мере на публике зондеркоманда R пообещала прекратить свою антикатолическую кампанию в Транснистрии.

Однако распоряжения зондеркоманды R не означали прекращения Культуркампфа, а лишь предписывали его замаскировать. Маловероятное заявление Хоффмайера в марте 1942 года Кассулло о том, что Глазеру «предоставлена свобода выполнять свои пастырские обязанности», было ложью[735]. То же самое служебное распоряжение, которое формально смягчало антикатолическую риторику, одновременно ужесточало скрытые ограничения в сельских немецких поселениях Транснистрии, где зондеркоманда R обладала полной властью. Районным подразделениям было приказано ограничить католическое богослужение: католические учебники запрещалось распространять, а уже распространенные следовало изъять. За исключением крещений и похорон, богослужения можно было проводить только по выходным, чтобы не мешать сельскохозяйственным работам. Священникам также запрещалось проводить крещения или венчания без контроля со стороны СС – вероятно, потому что эти таинства могли размыть расовые и этнические границы[736]. Также планировалось исключить «влияние католической церкви на выбор имен»[737]. Кроме того, указывалось, что «распространение розариев, расписаний исповеди, икон и прочего не может быть запрещено, но является нежелательным»[738]. Борьба зондеркоманды R с католической церковью продолжалась и в 1943 году. В июне того же года Хоффмайер сообщил подчиненным, что добился от Глазера отзыва чрезмерно активного отца Т., которому впредь было запрещено проповедовать[739]. Таким образом, несмотря на уступки румынскому давлению и отказ от наиболее открытых нападок на католическую церковь, Хоффмайер продолжил тайную антикатолическую кампанию.

В то же время зондеркоманда R по-другому отреагировала на деятельность протестантской церкви в Транснистрии. Подобно своим католическим собратьям, протестантские пасторы прибыли в регион при поддержке германской армии. Некоторые из них, в том числе Генрих Реммих, были уроженцами этого края, для которых, как и для Пигера, операция «Барбаросса» стала шансом восстановить связи с местными фольксдойче[740]. Эти первые, почти случайные визиты протестантских капелланов вермахта вскоре сменились более устойчивым присутствием. В воскресенье, 7 декабря 1941 года, менее чем через два месяца после захвата Одессы румынскими и немецкими войсками, протестантские священники без какого-либо очевидного согласования с зондеркомандой R вновь освятили церковь Святого Павла в Одессе[741].

Хоффмайер, судя по всему, не предпринял немедленных действий против протестантов. Возможно, это объясняется тем, что в Германии католическая церковь представляла собой более влиятельную политическую силу, тогда как протестанты не воспринимались как серьезная угроза. Согласно сохранившимся военным документам, Хоффмайер обратил внимание на протестантскую церковь лишь тогда, когда потерпел неудачу в борьбе с католиками. Союз последних с румынами, вероятно, повлиял на его позицию в отношении протестантов. Опасаясь, что протестантское духовенство может заключить аналогичный союз с румынской администрацией, Хоффмайер санкционировал создание протестантской пастырской службы для фольксдойче Транснистрии – шаг, позволивший ему контролировать богословие этой церкви.

Чтобы подчинить себе протестантскую церковь в Транснистрии, Гофмайер заключил соглашение с Немецким христианским движением в Германштадте (Сибиу)[742]. Это движение, представлявшее влиятельное меньшинство в составе Немецкой евангелической церкви, стремилось примирить национал-социализм с протестантским богословием, что предполагало отказ от еврейских корней христианства. Его румынский филиал – Трансильванская протестантская церковь – был создан епископом Вильгельмом Штеделем, убежденным нацистом и ярым представителем Немецкого христианского движения. Родившийся в 1890 году, Штедель получил типичное для трансильванских саксов богословское образование, учился в Йене, Будапеште и Берлине. Служивший полковым капелланом в Первую мировую войну, он позднее проникся фёлькиш-национализмом и стал сторонником национал-социализма. Будучи одним из инициаторов нацификации молодежного движения фольксдойче в регионе, он состоял в фашистской Немецкой народной партии Румынии. Хотя его политическая активность сначала привела к отстранению с должности епископа, на волне нацистских настроений в Трансильвании он был восстановлен в церковной иерархии и избран епископом в феврале 1941 года. В этом качестве Штедель укрепил влияние Немецкого христианского движения в Трансильванской протестантской церкви, создав в Германштадте филиал Института по изучению и искоренению еврейского влияния из немецкой церковной жизни, основанного в Йене[743]. Под руководством Штеделя Немецкое христианское движение стало новой протестантской ортодоксией в Трансильвании – идеологической позицией, которую сам Штедель сохранял и после 1945 года