Ливонская война. Шведский период 1570-1583 - Сергей Николаевич Бирюк

Что касается городов, то Турку должен был выставить 40 всадников, Пори – 20, Раума – 10, Гельсингфорс – 15 и Выборг – 15, все в полном вооружении.

Каждый священник и церковнослужитель должен был предоставить одного всадника. Слуги духовенства должны были быть верхом. Даже те оруженосцы, которые имели некоторый доход от казны, должны были сопровождать армию в походе.

Жители, которые зимой путешествовали по Швеции в качестве торговцев, а летом жили в Финляндии, должны были быть зачислены в армию. Ибо король слышал, что, давая в долг свои товары, они берут непомерные проценты и тем самым обманывают и обедняют всех, кто торгует с их людьми.

Юхан III написал губернатору Савонлинны Арвиду Тавасту, что тот должен взять 1000 всадников из провинции Савонлинна, держать их в резерве и затем отправиться в поход.

Герман Флеминг во время своего визита в Стокгольм предложил королю взять в поход не более 3000 крестьян из Финляндии. Эта количество показалось королю слишком низким. Он считал, что в такой большой стране, как Финляндия, можно собрать больше людей, тем более что во многих местах на одном хуторе жило шесть или даже восемь крестьян. Поэтому он приказал губернаторам собрать большее количество людей, а именно 4000 человек из Выборгской и Савонлиннской провинций и 2000 человек из других провинций (Остроботния, Сатакунта, Турку, Хямеенлинна, Раасепор и Порвоо). Таким образом, общая численность крестьян составила 6000 человек, помимо солдат, выставленных от городов, церквей, воевод и других. Через пару недель король уже требовал взять 6000 человек из Выборгской и Савонлинской провинций, а также прислать столько же людей из других провинций[290].

Не позднее 10 августа все должны были собраться в Выборге. Тех, кто не подчинился приказу, того ждало наказание: священники лишались доходов и должностей, купцы и другие мещане – домов, дома сборщиков налогов должны были отойти государству, а арендаторы королевских земель, помимо других наказаний, должны были получить штраф в шестнадцать талеров.

Фогты должны были помочь в сборе войска, и, кроме того, каждый должен был действовать в своем округе таким образом, чтобы 20 сборщиков налогов и 60 арендаторов королевских земель обеспечили войско одной крепкой лошадью с седлом и уздечками.

Осенью 1576 г. финским воеводам, жившим на берегу моря, было приказано построить корабли для перевозки королевских грузов в Ревель, Выборг и другие места. В июне 1577 г. им сообщили, что они должны держать эти и другие корабли в резерве для похода в Россию до тех пор, пока они не понадобятся главнокомандующему Герману Флемингу.

В разгар подготовки похода Юхан III получил письмо от царя, который в то время готовился к завоеванию Ливонии, с предложением продлить перемирие. После вторжения русских в Уусимаа король сообщил царю о своем недовольстве нарушением мирных договоров. Иван не стал возражать, сообщив о желании сохранить перемирие с Финляндией в силе до 6 декабря. Эрик Бернгтссон Сланг, комендант Выборгского замка, знавший о предложении царя, спросил Юхана, как ему действовать на границе. Король ответил, что ему ясны замыслы царя, с помощью которых он хочет лишь выиграть время. Поскольку поход должен быть осуществлен в это время, ни о каком перемирии не может быть и речи. Чтобы русские не узнали о здешних планах, нужно распространить слух, что король склоняется к перемирию и что в Выборге каждый день ждут от него письма по этому поводу.

Юхан III решил, что это очень хорошая возможность для осеннего похода. Ему сообщили, что царь умер, а два его сына ссорятся между собой за власть, и тогда король приказал Андреасу Нильссону, коменданту Выборга, вступить в переговоры с гарнизонами Орешка и Корелы о сдаче Швеции без боя. Король также получил информацию о том, что часть русской армии была направлена против татар, которые якобы вторглись в Россию, и что шведские военачальники в Эстляндии нанесли русским большой урон.

Как мы знаем, эти слухи оказались беспочвенными. В то самое время, когда король думал, что Иван IV умер, тот с середины июля до середины сентября находился в своем триумфальном походе по Ливонии.

Согласно более конкретным инструкциям, данным Юханом III главнокомандующему, экспедицию лучше всего было направить в Ингерманландию, а оттуда – в Нарву, где Флеминг должен был сжечь деревянные укрепления и по возможности весь город. Из Нарвы маршрут должен был пролегать как можно ближе к Новгороду. Обратный путь должен был пролегать через Ореховский и Корельский уезды, и Флеминг должен был оставаться там, насколько это было возможно, долго, до самого конца зимы[291].

У короля были все основания, учитывая предыдущие кампании, часто напоминать Герману Флемингу, что он должен удерживать своих людей от совершения жестоких поступков. Среди прочего Юхан писал ему: «Когда вы достигнете вражеской земли и Бог дарует вам успех, вы должны убедительно предостеречь своих солдат от убийства детей, стариков, нищих, священников и обитателей монастырей, которые не могут себя защитить, и от изнасилования женщин, чтобы Бог в своем гневе не лишил нас своего благословения, но милостиво даровал нам победу».

В середине июля Юхан III приказал Герману Флемингу собрать войска и без промедления отправиться в поход. Хенрик Хорн должен был помочь Флемингу в выполнении этой задачи. Флеминг, однако, выразил мнение, что поход не может быть подготовлен так быстро, как просил король, но Юхан III не прислушался к его возражениям.

Трудно определить общую численность войск Флеминга. Из кавалерии, вероятно, три эскадрона, не считая лейб-гвардии главнокомандующего в количестве 65 всадников, участвовали в походе, а именно: придворный эскадрон Бернгта Иварссона, состоявший из 9 офицеров и чиновников и 216 всадников; финский (главный) эскадрон Мартина Бойе: 10 офицеров и 273 всадника; Уппландский эскадрон Мартина Ларссона: 8 офицеров и 155 всадников. Таким образом, в армии Германа Флеминга было около 800 всадников.

Финский дворянский эскадрон, в котором служил 131 всадник, в то время еще оставался в Финляндии. Часть этого эскадрона должна была находиться при главнокомандующем, другая часть была направлена в Выборг в качестве гарнизона.

Согласно сохранившимся документам, летом 1577 г. в Финляндии находилось девять рот, или около 3400 пехотинцев. До сих пор нет точных сведений о том, какие именно пехотные подразделения отправились в поход. Однако скорее всего у Флеминга было больше войск, чем указано здесь, поскольку в письме к нему король сказал: «Мы ожидаем, что вы, со всей нашей военной мощью, нанесете врагу в сто раз больший урон, чем тот, что был нанесен в Эстляндии».

В Финляндии на тот момент располагались следующие пехотные подразделения: норрландские роты Ларса Олафссона и Кристера Нильссона, общей численностью 720 воинов; рота Свена Эрикссона из Вестергётланда, 200 воинов; бывшая рота Андреаса Хаконссона из Выборга, 148 воинов; 4 новые финские роты, 2000 воинов[292].

Мартин Андерссон, Бенгт Юханссон и Израиль Паульссон упоминаются как начальники крестьянских отрядов, сопровождавших армию. Арвид Хенрикссон Таваст привел 800 крестьян из Саво.

В августе армия отправилась из Выборга в Корельскую землю,