Сталинские соколы, на взлет! - Александр Александрович Бобров

и развала СССР, в Финляндии все громче начали звучать слова об «оборонительной победе» на Карельском перешейке: мол, только героические сражения на Вуоксе и за Выборгом позволили Финляндии выдвинуть свои условия, хотя, как доказано выше, – это блеф. Сейчас концепция «оборонительной победы» является в Финляндии официальной и общепринятой трактовкой событий лета 1944 года. По этой версии, в 1944 году Советский Союз хотел захватить и оккупировать всю Финляндию. Это ложное утверждение даже не ставится под сомнение. Таким образом, сражения при Тали – Ихантала, при Яюряпяя – Вуосалми и в Выборгском заливе спасли страну от полной потери независимости. Иногда утверждается, что СССР понес в сражениях на Карельском перешейке летом 1944 года такие потери, что чуть ли не запросил мира с Финляндией. В частности, Макс Якобсон, известный финский дипломат и историк, в 2000-е годы заявил, что «оборонительная победа открыла путь к миру».

В рамках такой версии совершается исторический подлог! Главное, замалчиваются договоренности, достигнутые на Тегеранской конференции великих держав. Западные политики превозносят Черчилля, но ведь есть его прямые свидетельства: «Рузвельт заявил, что нынешние финские лидеры были прогерманскими. Будь там другие руководители, мы могли бы чего-то добиться. По мнению Сталина, было бы лучше иметь других руководителей, но он не возражает даже против Рюти. Пусть приезжает в Москву кто угодно, хотя бы сам дьявол. Он не боится чертей.

Я выразил надежду, что маршал Сталин подойдет к вопросу о Финляндии с должным учетом возможности вступления Швеции в войну во время нашего общего наступления в мае.

Сталин согласился, но сказал, что он не может отклониться от нескольких условий:

– Восстановление договора 1940 года.

– Ханко или Петсамо (здесь он добавил, что Ханко был предоставлен Советскому Союзу в аренду, но что он предложит взять Петсамо).

– Компенсация натурой до 50 процентов причиненного ущерба. Размеры можно обсудить позднее.

– Разрыв с Германией.

– Изгнание (в русском переводе – интернирование!) всех немцев.

– Демобилизация (в американском протоколе – реорганизация армии).

Насчет компенсации я ответил, пишет далее Черчилль, что ущерб причинить легко, но возместить его очень трудно, и что для всякой страны плохо оказаться данником другой. Сталин сказал, что финнам может быть предоставлена возможность оплатить причиненный ими ущерб, скажем, за пять – восемь лет». Как видно из протокола Тегеранской конференции, вызвал разногласия только меркантильный вопрос, а все военные и политические решения были единодушно одобрены, как только Сталин подтвердил намерения ограничиться границами 1940 года. Так оно и вышло.

Однако теперь в Финляндии советский ответ на финский запрос о мире после падения финского Выборга в июне 1944 года истолковывается однозначно как требование безоговорочной капитуляции. Никто не желает сравнивать в публичном пространстве условия перемирия, предложенные в марте, и те, на которые согласилась Финляндия в сентябре 1944 года. Эта ложная версия снимает много неудобных для Финляндии вопросов. Главный: нужно ли было вступать в войну в 1941 году, потерять 48 000 человек убитыми, напрягать все силы страны пять лет – для того, чтобы в 1944 году вернуться к Московскому мирному договору, только на худших условиях? Нужно ли было отвергать советские требования в конце марта 1944 года и принять почти такие же, только худшие после стольких людских жертв и разрушений?

Необходимо отметить, что героизация и культ сражений второго этапа Выборгской наступательной операции, в ходе которой финской армии удалось остановить наступление Ленинградского фронта, имело и положительный эффект. Финские ветераны войны получили в постсоветские годы гораздо больше признания и уважения, чем в период до 1991 года. Ну, и, конечно, в финских СМИ, в государственных учреждениях невозможно себе представить того публичного бреда, который позволили себя Невзоров и Пархоменко в библиотеке имени Маяковского.

С другой стороны, и в советской историографии традиционно замалчивалась и принижалась роль сражений после 20 июня 1944 года. Взятие Выборга представлялось как конечная цель наступательной операции. Тем более что уже легендарным стал ответ Сталина на вопрос маршала Говорова: надо ли готовить наступление на Хельсинки? «Наша цель – не Хельсинки, а Берлин». Так оно и вышло…

7. О чем шумят сосны

Позиционная война – устойчивое понятие и мучительное состояние, знакомое и по Первой мировой войне, и по Великой Отечественной, и по военным событиям на Донбассе и в Новороссии: противник создал мощную линию обороны, крупные операции не проводятся, сводки становятся однообразными, но солдаты переносят огромные тяготы и гибнут.

Итак, мой отец был ранен во время затухающего Луцкого (потом Брусиловского) прорыва в предгорьях Карпат, а старший брат погиб при выполнении боевого задания на устоявшейся линии фронта, на бывшей границе с Финляндией.

Бои над останками героев

В глухом лесу недалеко от Мустоловской высоты, на реальной местности с незаживающими ранами от рухнувшего горящего самолёта, я до конца осознал, что здесь, на передовой 10-й стрелковой дивизии финнов, два года без одного месяца – до удара советских войск 11 июня 1944 года, две зимы и два лета шла рутинная армейская жизнь. То, что называется позиционной войной – с артобстрелами и вылазками, примитивным бытом и укреплением позиций прямо на обломках самолёта и на останках лётчиков – того, что осталось после бушующего пламени и страшного удара машины в складках алюминия и в одном сапоге с несрезанным голенищем. Но сначала надо было доказать, что это были остатки именно этого экипажа…

На памятнике в Лемболово в граните высочена первая неточность: «12 июля 1942 года…» В военных донесениях было указано, что самолёт капитана Алёшина упал западнее шоссе, а памятник поставили – восточнее. Более того, сохранилась Книга боевых потерь 44-го скоростного бомбардировочного авиационного полка (44-го СБАП). Согласно заведённым правилам, в таких книгах в отдельной графе указывают: «Захоронен там-то». Но про каждого из членов экипажа Алёшина в книге записано: «Выбыл из состава полка». И ни слова – о месте захоронения. В документах на сайте ОБД «Мемориал» про каждого из них написано: «Не вернулся с боевого задания», а в графе «где похоронен» у всех стоит прочерк. То есть точное место захоронения экипажа однополчанам известно не было.

Поисковик Герман Сакс обнаружил, что в военных архивах отсутствует акт о списании самолёта. Каждый самолёт, если он после аварии не подлежал восстановлению, необходимо было списать. А если акта не было, это обозначало, что представители штаба не попали к месту падения машины и не смогли оценить её повреждения. То есть место тарана тоже не было найдено. Откуда же уверенность, что самолёт упал именно возле железнодорожной платформы? В