Убрать Роммеля - Майкл Эшер

частью подготовки к наступлению. Роммель был воодушевлен октябрьскими успехами немцев в России, благодаря которым возрастало давление на Средний Восток, что снижало вероятность британского наступления.

«Наступление в Ливии будет рискованным мероприятием (для британцев),» — писал он в письме Люси от двенадцатого октября, — «и не окажет прямого влияние на положение дел в России. А если нам удастся взять Т. (Тобрук), то и здесь им не на что будет надеяться.»

Однако, Верховное командование итальянской армии все еще считало, и небезосновательно, что Окинлек готовится наступать в ноябре. «Дела», которые Роммель намеревался уладить в Риме, заключались в попытке убедить итальянцев в том, что они ошибаются: он хотел заручиться их поддержкой и до двадцатого ноября вернуться в Ливию, чтобы успеть к началу наступления на Тобрук. Окинлек, который изо всех сил старался подтолкнуть Роммеля к наступательным действиям и с этой целью создавал иллюзию усиления Девятой армии в Палестине, уже много недель назад получил сообщение от Ультры, о планах Лиса Пустыни ударить на Тобрук двадцать первого ноября. Именно поэтому они с Каннингэмом запланировали начало Операции Крестоносец на восемнадцатое ноября.

Роммель, как и планировал, вылетел в Рим первого ноября, в сопровождении своего друга Иоганнеса фон Равенштайна, командира 21-ой танковой дивизии. По прилету он немедленно отправился к генерал-лейтенанту Энно фон Ринтелену, немецкому военному атташе в Риме, где устроил отвратительную сцену. Он обвинил Ринтелена в пособничестве срыву наступления на Тобрук, не слушал никаких возражений, орал на атташе и обвинял его в трусости.

Выместив свой гнев на несчастном Ринтелене, он позвонил в Берлин генерал-полковнику Йодлю, начальнику оперативного отдела Верховного главнокомандования. В разговоре он выразил сожаление позицией Йодля, который был против наступления на Тобрук. Йодль указал на возможность британского наступления, однако Роммель сказал, что 21-ая танковая дивизия фон Равенштайна остановит атаку, в то время как сам Роммель займется Тобруком. Йодль спросил, может ли Роммель гарантировать благоприятный исход. Роммель, вообще не веривший в возможность наступления британцев, дал свое слово, после чего Йодль, наконец, сдался.

Роммель добился своего: наступлению на Тобрук был дан зеленый свет, его начало было перенесено на двадцать третье ноября.

Удовлетворенный успехом, Роммель приготовился наслаждаться отпуском с женой. В полдень пятнадцатого ноября, когда отряд Кейса скрывался в вади неподалеку от побережья, Роммель и фон Равенштайн с женами отправились на завтрак в гостинице Эдем. Люси в обществе графини фон Равенштайн тем утром осматривали достопримечательности и возбужденно обменивались впечатлениями о соборе Св. Петра и Колизее.

Некоторое время Роммель вежливо слушал их разговор, потом повернулся к фон Равенштайну и сказал: «Знаешь, я все время думаю о том, что нам нужно делать с теми пехотными подразделениями…»

Чуть позже они получили приглашение Верховного командования на просмотр фильм «Вперед на Бенгази», повествовавшем о наступлении итальянских частей, которые — без участия Африканского корпуса — отбросили британцев во время операции «Подсолнечник» (Sonnenblume). «Очень интересно и познавательно» — сухо прокомментировал Роммель впоследствии. «Мне всегда было интересно, что происходило в ходе этого сражения».

Через два дня, семнадцатого ноября, Роммель покинул Рим, однако у его самолета возникли проблемы с двигателем и его направили в Афины, где он остался на ночь. Когда штурмовая группа ворвалась в штаб в Беда Литтории, он находился в четырех сотнях милях от места событий. О начале Операции Крестоносец он узнал только после полудня восемнадцатого ноября, когда приземлился в Ливии, однако даже тогда он не поверил в начало наступления, посчитав это разведкой боем.

Однако, даже вернись Роммель на фронт семнадцатого ноября, Кейс и его бойцы не застали бы его в Беда Литтории. Здание, атакованное Кейсом, было резиденцией полковника Шлейзенера начальника Службы снабжения Танковой группы Африка, который занимал здание с дюжиной подчиненных, рангом не выше майора. Вокруг, в радиусе в четверть мили на итальянских виллах проживали около сотни офицеров и триста солдат из состава Танковой группы, по большей части это были водители, писари или посыльные. Позже утверждалось, что Роммель никогда не бывал в здании, однако начальник штаба Роммеля генерал-лейтенант Фриц Байерлейн в своих воспоминаниях о Зимней кампании 1941 года писал: «Ночью с семнадцатого на восемнадцатое ноября британские коммандос в ходе дерзкого рейда постарались уничтожить предполагаемый штаб армии в Беда Литтории — расположенный в двух сотнях миль за линией фронта. Рейд стал прелюдией к наступлению британцев. Здание на тот момент занимал персонал Службы снабжения, погибли два офицера и двое рядовых. Интересно отметить, что Роммель ранее действительно располагался в этом здании. Сам он занимал второй этаж, заместители располагались на первом. Вероятно, британцы узнали об этом из донесений разведки.»

Таким образом, информация была верной, однако нуждалась в уточнении. Байерлейн не упоминает, когда именно Роммель располагался в здании, однако сам Роммель в письме от двадцать восьмого июня просил Люси не беспокоиться о его здоровье, поскольку он сейчас живет в месте, расположенном на шестьсот футов выше уровня моря — то есть точно на высоте Беды Литтории. Однако уже в октябре Роммель перебрался в Каса Кантоньери — итальянский контрольный пункт неподалеку от основной прибрежной дороги в Гамбуте, чуть восточнее Тобрука и ближе к линии фронта. Есть сведения о том, что он уже не в первый раз после Беда Литтории сменил дом. В письме от двадцать шестого августа он писал Люси: «Вечером я вернулся в свой новый штаб и прошел в свои комнаты. К сожалению, утром убил еще двух клопов — они сидели на сетке снаружи. Повсюду тучи мух, моя мухоловка очень мне пригодится.»

Джон Хаселден доставил в штаб информацию о штабе Роммеля в Беде в сентябре, и на тот момент она уже устарела. Когда Хусейн Тахер в ходе последней разведки девятнадцатого октября подтвердил, что Роммель по-прежнему находится на месте, то он либо сказал Хаселдену то, что тот хотел услышать, либо попросту не знал.

Начальник Службы снабжения Танковой группы Африка полковник Шлейзенер, обычно ночевавший в здании, однако в момент нападения находившийся в госпитале Дерны, предположил, что посколько сам он и Начальник медицинской службы Танковой группы были похожи на Роммеля телосложением и носили одинаковый тип униформы, любого из них могли принять за их командующего. Согласно другим неподтвержденным сведениям, местоположение штаба было установлено из перехватов службой Ультра сообщений Энигмы. Томми Макферсон утверждал, что за некоторое время до начала рейда в штабе возникли сомнения в точности информации Хаселдена; если это действительно так, то ни Бобу Лейкоку, ни Джеффри Кейсу об этих сомнениях никто не рассказал.

Непростителен тот факт, что ни служба