Битва за космос. СВО и «космическое» оружие будущего - Александр Борисович Широкорад

24 июня 1974 г. в 22 ч. 38 мин. UТС с космодрома Байконур с площадки 81Л ракетой «Протон» была выведена станция «Алмаз» под псевдонимом «Салют–3». Параметры орбиты: перигей – 219 км, апогей – 270 км, угол наклонения – 51,6°, период обращения – 89,1 минут.

В течение восьми суток за полётом станции велось непрерывное наблюдение. В ЦКБМ на точной копии станции – её аналоге – проводились все операции и проверялись все команды перед выдачей их на борт. На космодроме было организовано обобщение данных по состоянию станции и взаимодействие с техническим руководством по подготовке корабля «Союз», который должен был доставить на станцию экипаж в составе П.Р. Поповича и Ю.П. Артюхина.

Передали для укладки в корабль последние грузы, доставляемые на станцию, а также бортовую документацию с последней корректировкой.

3 июля 1974 г. в 18 ч. 51 мин. UTC на станцию «Алмаз» стартовал первый экипаж. Попович и Артюхин («Беркуты») на корабле «Союз–14» 5 июля благополучно состыковались со станцией и перешли в нее. ОПС начала работать в пилотируемом режиме.

Несмотря на общее со станциями ДОС название «Салют», ОПС «Алмаз» принципиально отличалась от них техническими решениями внешней и внутренней компоновки, а главное – схемой полёта.

Выполняя задачи космической разведки малоразмерных и частично замаскированных целей, станция «Алмаз» совершала полёт по более низкой орбите, с ориентацией комплекса спецаппаратуры на Землю в течение большей части суточных витков. Кроме того, таким арсеналом систем наблюдения, которым была оснащена ОПС, могли управлять только хорошо обученные, тренированные, дисциплинированные люди. Поэтому экипажи ОПС «Алмаз» комплектовались исключительно военными лётчиками из отряда космонавтов. Эти характерные особенности станций «Алмаз» сразу же отметили эксперты США.

Итак, 5 июля космонавты Попович и Артюхин через шлюзовую камеру вошли в орбитальный блок ОПС. Началась пятнадцатисуточная вахта космонавтов на станции. Серьезных замечаний у космонавтов не было, а Попович даже назвал станцию «красавицей». Космонавты отрегулировали температуру в отсеках, переместили вентиляторы, устроили точки фиксации переносных приборов и приступили к выполнению намеченной программы. Помимо отработки основных систем станции космонавты вели большую исследовательскую работу: астрономические наблюдения, выращивание кристаллов, метеонаблюдения, медико-биологические исследования.

19 июля 1974 г. в 09 ч. 03 мин. UTC была осуществлена расстыковка, и в 12 ч. 21 мин. UTC «Союз–14» возвратился на Землю. Спускаемый аппарат приземлился в 140 км юго-восточнее города Джезказган. Продолжительность полёта составила 15 дней 17 часов 30 минут 28 секунд. Потом была встреча космонавтов на подмосковном аэродроме. Павел Попович доложил председателю Государственной комиссии М.Г. Григорьеву: «Программа полёта выполнена полностью!»

А станция «Салют–3» продолжала автономный полёт. К запуску и стыковке со станцией готовился следующий корабль с космонавтами Г.В. Сарафановым и Л.С. Деминым. 26 августа 1974 г., в 19 ч. 58 мин. UNC, в 22 ч. 58 мин. по московскому времени (а на Байконуре была глубокая ночь) был произведен запуск корабля «Союз–15». Корабль был выведен на орбиту с параметрами: перигей – 254 км, апогей – 275 км, наклонение орбиты – 51,6°, период обращений – 89,6 минут.

На космонавтов Сарафанова и Демина возлагались огромные надежды, поскольку предыдущий пробный полёт показал, что на станции созданы все условия для более продолжительного пребывания – и месяц, и два.

Ветеран отряда космонавтов, кандидат технических наук Лев Демин дал много ценных советов в ходе полёта первого экипажа. Геннадий Сарафанов, хоть и молодой, но опытный лётчик, ещё во время подготовки подружился с разработчиками станции и хорошо изучил её. Так что имелись все основания надеяться на успех экспедиции.

Корабль вышел на орбиту. В эфире прозвучали позывные Сарафанова – «Дунай», станция на орбите стыковки. 28 августа началось сближение космических аппаратов. Но тут система сближения и стыковки дала сбой. Космические аппараты ушли из зоны видимости наземных пунктов управления. В конце сеанса связи Сарафанов сказал: «Мы её погоняем».

Корабль ещё неоднократно сближался со станцией, но попытки ручной стыковки оказались безрезультатны. Топлива на корабле оставалось лишь на тормозной импульс для возвращения на Землю.

28 августа, через двое суток полёта, спускаемый аппарат корабля «Союз–15» с Сарафановым и Деминым приземлился в 48 км юго-западнее города Целинограда. Продолжительность полёта составила 2 дня 12 минут 11 секунд. Несмотря на глубокую ночь, поисковая группа быстро обнаружила космонавтов.

30 августа в Звездном городке на заседании Госкомиссии было принято решение усовершенствовать систему сближения и стыковки.

Станция «Салют–3», управляемая с Земли, продолжала полёт в автономном режиме. 23 сентября 1974 г. основная 90-суточная программа закончилась. Попович и Артюхин перед уходом со станции снарядили спускаемую капсулу и установили её в пусковую камеру. Всё это время капсула была готова к пуску. Её решили сбросить в конце основной программы. 23 сентября по команде с Земли станция сориентировалась, открылась крышка пусковой камеры, и капсула стартовала. Поисковики запеленговали маяк при спуске капсулы на парашюте и быстро обнаружили её. Капсулу доставили в Москву. Это была первая в СССР, а возможно и в мире, космическая посылка, подготовленная космонавтами.

Удачно выполненной задаче по спуску первой капсулы специнформации (КСИ) с орбиты предшествовала напряженная и интенсивная работа по её проектированию, изготовлению и испытаниям. КСИ представляла собой вполне самостоятельный космический аппарат. Заказчик (ГУКОС) присвоил ей отдельный индекс – 11Ф76.

Разработка КСИ велась в КБ–1 (ведущим по КСИ был назначен В.М. Рунков). Требования, поставленные проектантами, были жёсткими. Так, вес и габариты должны были быть минимальными. При весе капсулы около 400 кг даже такой мощный транспортный корабль, как ТКС, мог доставить на станцию всего восемь капсул. Каждая капсула должна была спускать на Землю по 2 × 500 м пленки шириной 42 см с обоих каналов фотоаппарата «Агат–1». При интенсивной работе экипажа этих восьми капсул едва хватило бы на время очередного запуска ТКС, планировавшегося через 3 месяца. Но в эти минимальные габариты и вес необходимо было закомпоновать целый набор систем, обеспечивающих спуск КСИ, сохранность в ней пленки, её приземление, поиск и эвакуацию.

На этом небольшом по размерам космическом аппарате (максимальный диаметр 850 мм) размещались:

– твердотопливные двигатели закрутки КСИ для стабилизации после выхода из пусковой камеры и её обратной раскрутки;

– твердотопливный двигатель для выдачи тормозного импульса и перехода на траекторию спуска;

– парашютная система: вытяжной, тормозной и основной парашюты;

– система амортизации и обеспечения плавучести при посадке на воду – торовый резиновый надувной баллон с системой наддува;

– световой и радиомаяки для пеленгации капсулы, её поиска и эвакуации;

– система аварийного подрыва для уничтожения пленки со специнформацией при нерасчётной подсаке капсулы;

– система электроавтоматики, пиромеханизмы, обеспечивающие работу систем по циклограмме полёта.

КСИ состояла из герметичного контейнера, куда закладывалась экспонированная фотопленка, и сбрасываемого при вводе парашютной системы теплозащитного кока.

Проектанты и конструкторы ЦКБАМ и работники его опытного производства великолепно справились с поставленной задачей, несмотря на то, что работы над КСИ приходилось вести в быстром темпе. Дело в