Битва за космос. СВО и «космическое» оружие будущего - Александр Борисович Широкорад

том, что разработка капсулы началась позднее, чем работы по ОПС, а начальство (Минобороны и Челомей) решили установить КСИ в первой же станции «Алмаз». В сжатые сроки были проведены наземные, воздушные и морские испытания КСИ. Капсулу «жарили» на земле, бросали с самолёта Ту–104, испытывали парашютную систему, бросали в море на полигоне в Феодосии, испытывали систему амортизации и обеспечения плавучести при посадке на сушу и на воду. В это время космонавты на аналоге отрабатывали навыки работы по снаряжению КСИ на борту в полёте.

И вот на Байконур были доставлены две первые лётные капсулы 11Ф76, готовые к загрузке в ОПС, прошедшую к тому времени основной цикл подготовки на технической позиции.

Но тут произошел непредвиденный сбой. Для загрузки капсулы в ОПС через её пусковую камеру было спроектировано и изготовлено филиалом № 2 ЦКБМ штатное наземное оборудование. И первая же попытка загрузить капсулу в ОПС сорвалась – монтажно-испытательный корпус не был приспособлен для работы с этой оснасткой.

Сотрудникам ЦКБМ пришлось срочно разрабатывать и изготавливать новую механизированную систему загрузки капсулы на борт ОПС. И проектанты успешно справились с этой задачей. Капсулы поместили на борт ОПС (одну – у заднего днища гермоотсека, вторую – в пусковую камеру) в последний момент перед стартом.

А тем временем станция «Салют–3» продолжала полёт по дополнительной программе. 24 января 1975 г., после семи месяцев управляемого полёта, по команде с Земли её двигательная установка выдала тормозной импульс, станция перешла на траекторию спуска и вошла в плотные слои атмосферы в заданном районе акватории Тихого океана.

Перед спуском с орбиты на ОПС была дана длинная очередь из 23-мм пушки Рихтера системы «Щит–1». Стрельба велась назад в противоположном движению станции направлении, и выпущенные снаряды раньше «Алмаза» вошли в атмосферу и сгорели.

Полёт ОПС «Алмаз» № 2 дал много материалов для последующих работ, но недостаточная надежность систем сближения и стыковки при доставке экипажей не дали в полной мере осуществить намеченную программу. Работы над «Алмазом» продолжались.

А на заводе им. Хруничева в это время строился второй экземпляр ДОС («Салют–4», серийный № 124), запуск которого был произведен 26 декабря 1974 г. в 4 ч. 15 мин. UTC с космодрома Байконур, стартовый комплекс 81П. Пуск осуществлен ракетой-носителем «Протон-К», которая вывела на околоземную орбиту долговременную ОС типа «ДОС» выведен на орбиту с параметрами: перигей – 219 км; апогей – 270 км, наклонение орбиты – 51,6°, время обращения – 89,1 минуты. «Салют–4» работала 25 месяцев. 2 февраля 1977 г. станция прекратила существование, войдя в плотные слои земной атмосферы.

На ней работал экипаж «Союз–17» (07604 / 1975 001А, запуск 10 января 1975 г. в 21 ч. 43 мин. UTC с космодрома Байконур ракетой-носителем «Союз 11А511») в составе: Алексея Александровича Губарева (командир корабля, 1-й полёт) и Георгия Михайловича Гречко (бортинженер, 1-й полёт). 12 января была осуществлена стыковка корабля «Союз–17» и ДОС «Салют–4». После проверки герметичности стыковочного узла космонавты перешли на борт станции и приступили к выполнению программы научных исследований и экспериментов.

9 февраля 1975 г. в 11 ч. 03 мин. UTC в 110 км северо-восточнее города Целинограда спускаемый аппарат «Союза–17» совершил мягкую посадку. Космонавты возвратились на Землю. Продолжительность полёта составила 29 дней 13 час 19 мин 45 секунд.

Стоит отметить, что если мощности завода им. Хруничева позволяли одновременно изготавливать два типа станций – ОПС «Алмаз» и ДОС, то управлять одновременно двумя пилотируемыми орбитальными станциями в космосе наш командно-измерительный комплекс в то время был не в состоянии. Управление даже одной станцией требовало круглосуточной напряженной работы всех наземных пунктов, особенно в период пилотируемых полётов. Помимо этого, темпы изготовления кораблей «Союз» не позволяли обеспечивать доставку экипажей на обе станции, поэтому запуски станций «Салют» производились в определенной очередности.

Запуск станции «Алмаз» № 3 («Салют–5», серийный № 103–01) состоялся 22 июня 1976 г. в 18 ч. 04 мин. UTC с космодрома Байконур, стартовый комплекс 81Л. Станция выведена на орбиту с параметрами: перигей – 219 км, апогей – 260 км, наклонение орбиты – 51,6°, время обращения – 89 минут.

К этому времени был готов и корабль «Союз» для доставки на станцию первого экипажа в составе Бориса Валентиновича Волынова (командир корабля, 2-й полёт) и Виталия Михайловича Жолобова (бортинженер, 1-й полёт).

После 15-суточного автономного полёта «Салюта–5», 6 июля в 12 ч. 09 мин. UTC с космодрома Байконур, стартовый комплекс 1, состоялся старт «Союза–21», а через сутки – стыковка его со станцией. На последнем участке экипаж вел стыковку вручную. В тот же день Волынов и Жолобов приступили к работе на станции «Салют–5». Они сразу же положительно оценили комфортные условия на борту станции.

Экипажу требовалось выполнить огромный объём работ, и поэтому в обязательном порядке предусматривались физические тренировки – не менее двух часов в день на комплексном тренажере с бегущей дорожкой. Имелись тренировочно-нагрузочные костюмы двух типов. Большое внимание уделялось медико-биологическим исследованиям. На станции имелась богатая «медсанчасть», подготовленная Институтом авиационной и космической медицины, впервые устанавливался масс-метр, позволявший производить взвешивание космонавта в невесомости. Имелась также фонотека с разнообразными записями.

Предыдущий экипаж – П.И. Климук и В.И. Севастьянов – провели на станции «Салют–4» около 64 суток. Волынов и Жолобов готовились примерно к такой же продолжительности полёта. Но специфика программы этого экипажа заключалась в том, что помимо управления станцией, проведения научных и технологических экспериментов, телерепортажей много времени уделялось наблюдению за земными объектами, что требовало особого внимания. Так что режим рабочего дня экипажа «Салюта–5» был более напряженным.

В таком режиме космонавты проработали 45 суток. Но тут резко ухудшилось самочувствие В.М. Жолобова – сильная головная боль, рвота, тошнота. Докладывая о состоянии здоровья своего товарища, Волынов сказал, что они чувствовали какие-то неприятные запахи.

На Земле приняли решение о срочном возвращении экипажа.

Волынов смог оставить станцию в рабочем состоянии, перенес в корабль документацию, пленки с результатами экспериментов, космические сувениры – марки и конверты, гашенные печатью «Космическая почта “Салют–5”», и организованно провел эвакуацию и спуск корабля.

После 48 суток полёта, 24 августа 1976 г., экипаж возвратился на Землю в 200 км юго-западнее города Кокчетав. Приземление спускового аппарата корабля «Союз–21» было жёстким, с двумя кувырками. Космонавты повисли вниз головой, но выбрались из аппарата самостоятельно.

В докладе экипажа на заседании Госкомиссии 2 сентября 1976 г. в Звездном городке говорилось, что прогрессивное ухудшение самочувствия В.М. Жолобова наметилось на 42-е сутки полёта. Для исследования причин этого образовали комиссию под руководством О.Г. Газенко.

Специалисты институтов медико-биологических проблем и авиационной и космической медицины с участием разработчиков станции и её систем исследовали все аспекты обеспечения жизнедеятельности экипажа: состав конструкционных и отделочных материалов ОПС, технологию её подготовки на полигоне, режим дня космонавтов, медицинские показатели, применение экипажем медикаментов, характер психологической поддержки экипажа с Земли и другие аспекты.

В.П. Глушко, не дожидаясь результатов работы комиссии, составил свое