Битва за космос. СВО и «космическое» оружие будущего - Александр Борисович Широкорад

Вальтер Тиль погиб в ночь на 18 августа 1943 г. в ходе массированной бомбардировки Пенемюнде британской авиацией. Всего в эту ночь погибло 130 сотрудников научно-исследовательского центра. Из-за гибели Тиля немцам не удалось довести тягу двигателя А–4 до 30 т, а создание 200-тонного движка оказалось совсем нереальным.

Согласно проекту, ракета А–10 имела инерциальную систему управления, и при тогдашнем уровне техники её КВО можно было ожидать 10–15 км. В связи с этим немцы разработали несколько предэскизных проектов пилотируемых космических ракетопланов.

В одном из них на базе А–9 создавался пилотируемый бомбардировщик. Он имел крыло новой конструкции с углом стреловидности 45° и размахом 6,3 м, был оснащён помимо ЖРД прямоточным воздушно-реактивным двигателем (ПВРД) вместо подфюзеляжного вертикального киля, имел трёхстоечное посадочное шасси. Герметичная кабина экипажа с небольшим выступающим фонарем размещалась в носовой части аппарата.

Старт пилотируемого бомбардировщика происходил вертикально с помощью 1-й ступени А–10. После отделения 1-й ступени включался ЖРД 2-й ступени, а затем, при входе в плотные слои атмосферы, на высоте 20–25 км должен был включаться ПВРД, который работал около 30 секунд. Пилот на конечном участке траектории должен был катапультироваться и приводниться в Атлантике, где его ожидала подводная лодка. Дело в том, что практически все варианты германских межконтинентальных ракет должны были поражать цели на атлантическом побережье США и, разумеется, в первую очередь Нью-Йорк.

Но А–9/А–10 был не единственной космической задумкой германских конструкторов.

После вступления советских и американских войск в Германию русские и американцы начинают настоящую охоту за германскими ракетами, документациями и инженерно-техническим составом.

Сразу после захвата частями 2-го Белорусского фронта научно-исследовательского испытательного центра Пенемюнде туда была направлена специальная группа под командованием генерал-майора А.И. Соколова.

Однако в Пенемюнде практически не осталось ни оборудования, ни ведущих специалистов-ракетчиков. Все они покинули Пенемюнде ещё 17 февраля 1945 г. Группе Соколова удалось захватить лишь нескольких второстепенных сотрудников и остатки оборудования.

В мае 1945 г. Алексей Исаев и группа сотрудников НИИ–1 посетили Пенемюнде. Б.Е. Черток писал: «Все поиски были безуспешными. Но неожиданно один из сотрудников, отлучившийся к какой-то куче дров “по нужде”, как рассказывал Исаев, издал вопль и вернулся с тонкой книжицей – отчётом. По диагонали слегка подмоченной обложки шла красная полоса и страшная надпись “Streng Geheim” – “Строго секретно”. Организованная тут же коллективная экспертиза установила, что этот документ является проектом ракетного самолёта-бомбардировщика.

Исаев рассказал мне об этой редкостной находке в Берлине, по возвращении из Пенемюнде. Он был инженером оригинального образа мышления, увлекавшимся новыми нестандартными идеями независимо от того, кто их предлагал. Полушепотом, чтобы не подслушали, он повествовал: “Пуля в лоб! Что там придумано! Это самолёт! Но не наш жалкий БИ, у которого бутылка каких-то полторы тонны, а там все 100 тонн сплошного огня! Этот самолёт забрасывается этим чертовым двигателем на страшную высоту – километров 300 или 400!

Сыплется на сверхзвуке вниз, но не врубается в атмосферу, а ударяется о нее, как плоский камешек, который мы бросаем под минимальным углом к поверхности воды. Ударяется, подскакивает и летит дальше! И так два или три раза! Рикошетом! Помнишь, как мы соревновались в Сердоликовой бухте Коктебеля: у кого будет больше скользящих касаний воды. Так вот, эти деятели таким образом скользят по атмосфере и пикируют вниз только перелетев океан, чтобы врубиться в Нью-Йорк! Сильная идея!”

Обнаруженный и тут же второй раз коллективно засекреченный отчёт был при свидетелях засунут под рубашку самого надежного исаевского сотрудника. Не докладывая генералу Соколову, его посадили в “Бостон” и тут же отправили в Москву.

Насколько я смог понять позднее, это не был проект А–9/А–10, рассчитанный на дальность 800 км. В отчёте речь шла о дальностях, нужных для поражения Нью-Йорка. С позиции сегодняшних дней мы можем сказать, что схема аппарата, описанного в отчёте, найденном в куче дров в Пенемюнде в мае 1945 г., предвосхитила структуру американского “Спейс шаттла” и нашей системы “Энергия – Буран”»[34].

Автором этого фантастического проекта был австрийский ученый Эйген Зенгер. Зенгер родился 22 сентября 1905 г. в городе Пресниц в Богемии. В 1934 г. он разработал проект сверхдальнего бомбардировщика. Поскольку целью его должны были стать города США, бомбардировщик назвали «антиподным». Работы Зенгера заинтересовали руководство рейха, и с начала 1930-х гг. началось полномасштабное проектирование бомбардировщика. Однако по различным причинам финансирование работ то прекращалось, то вновь возобновлялось.

Зенгер назвал свой «антиподный» бомбардировщик «Серебряной птицей». Он был низкопланом со стреловидным крылом (тонкий гиперзвуковой профиль и острые кромки) и вертикальными управляющими поверхностями на концах горизонтального стабилизатора. Отличительной чертой аппарата являлся широкий и плоский фюзеляж.

К 1944 г. тактико-технические данные «антиподного» бомбардировщика были таковы:

В малом носовом отсеке фюзеляжа ракетоплана устанавливалось передняя опора посадочного шасси, далее располагались кабина пилота, два цилиндрических бака с окислителем, два цилиндрических бака с горючим, в хвостовой части фюзеляжа находился мощный ЖРД. В средней части фюзеляжа располагались две основные стойки посадочного шасси и отсек с полезной нагрузкой. Крыло имело обычный профиль с максимальной толщиной в ⅟20 часть хорды и не имело установочного угла атаки, что обуславливалось способом движения. Вертикальное оперение размещалось на концах стабилизатора.

Маршевый ЖРД ракетоплана должен был иметь тягу 98,4 т. Горючим служила нефть, окислителем – жидкий кислород.

Старт антиподного бомбардировщика осуществлялся на специальной рельсовой стартовой тележке с пусковой рампы длиной 2,9 км при помощи мощного ускорителя, снабженного ЖРД, фактически представлявшего собой первую ступень двухступенчатой космической системы. В момент прохождения рампы тележка сбрасывалась, а связка «ракетоплан – ускоритель» набирала высоту под углом 30°.

Через 36 секунд полёта на высоте 12 км и удалении от места старта 20 км скорость связки становилась равной 450 м/с, ускоритель отделялся, и ракетоплан продолжал полёт самостоятельно. Включался маршевый ракетный двигатель, который за 336–480 секунд разгонял ракетоплан до скорости 6,1–6,4 км/с. Потолок траектории находился в диапазоне 91–260 км в зависимости от планируемой дальности цели и полезной нагрузки. Аппарат достигал его через 372 секунды полёта на удалении 736 км от точки старта. Вес бомбардировщика с полезной нагрузкой в этот момент составлял 16 тонн за счёт выработки топлива. После выхода в верхнюю точку траектории происходило выключение маршевого ракетного двигателя, и аппарат продолжал полёт по волнообразной траектории со сверхзвуковой скоростью. Снижаясь до высоты 40 км, ракетоплан должен был рикошетировать от плотного слоя атмосферы. Достигнутая таким способом дальность действия составляла 24 тыс. км.

Была разработана схема атаки 6-тонной бомбой Нью-Йорка. Пролетев около 5550 км на скорости 6000 м/с, через 1522 секунды (25,4 минуты) после старта ракетоплан должен был сбросить бомбу. Она размещалась в прочном контейнере, который выдерживал прохождение сквозь плотные слои атмосферы. Пролетев по наклонной траектории около 500 км, бомба должна была