Военная разведка в операциях по освобождению Белоруссии (октябрь 1943 – август 1944) - Константин Максимович Голод

взят в плен. Пленный солдат Август Крон принадлежал 1-му взводу 10-й роты 3-го батальона 930-го охранного полка. Остальные 13 немецких разведчиков были убиты. Разведгруппа 225-го стрелкового полка потерь не имела[575].

Войска 61-й армии продолжали оборонять прежний рубеж, укрепляли его в инженерном отношении, вели разведку и огонь по выявленным целям. Разведгруппы 55-й Мозырской стрелковой дивизии и 23-й Киевско-Житомирской стрелковой дивизии 1 июня 1944 г. вели разведку методом засад в районах: Велавск, Снядин, Млынок, Теребличе.

Противник, обороняясь, совершал редкие дерзкие вылазки против наших войск. В 2.30 из района Сеньчице группой до 25 человек форсировал р. Припять и неожиданно атаковал группу бойцов 2-й роты 37-го гвардейского стрелкового полка 12-й гвардейской стрелковой дивизии, возводивших проволочное заграждение северо-западнее Любтынь. В результате короткого боя враг пленил одного красноармейца и отошел в свое расположение[576].

По данным авиаразведки, в 10.30 на ст. Видзибур отмечалась разгрузка пехоты, в лесу 6–8 км северо-западнее ст. Горынь – скопление пехоты и крытых автомашин противника. Район скопления войск прикрывался интенсивным огнем зенитной артиллерии[577].

Начальник штаба 23-й Киевско-Житомирской стрелковой дивизии подполковник Сиротин утвердил план разведки на очередной десятидневный срок. В плане были поставлены конкретные задачи стрелковым и разведывательным подразделениям на ведение разведки противника с 1 по 10 июня (копия плана – ниже).

В приказании на разведку от 1 июня 1944 г. № 027 задачи были конкретизированы. Наряду со стандартными боевыми задачами по установлению (уточнению) начертания обороны противника перед фронтом дивизии, выявлению огневой системы и мест расположения артиллерии и минометов врага, подтвержению силы и состава гарнизонов противника, захвату контрольных пленных, командир дивизии приказал:

«…3. Путем засылки группы лазутчиков в тыл противника установить:

а) Наличие, численность и принадлежность живой силы и техники противника в районах: Бринев, Кольно, Туров.

б) Установить интенсивность движения частей противника по дорогам: Житковичи – Туров, Люденевичи – Кольно, Туров – Давид-Городок»[578].

Особое внимание инженерной разведки, наряду с установлением мест возможных переправ противника через реки Ствига, Моства, Припять, обращалось на наблюдение за переправами и порядком их использования врагами. Необходимо было установить, производит ли противник постройку и ремонт дорог, ведущих к рекам Ствига и Припять.

Копия плана разведки штаба 23-й Киевско-Житомирской стрелковой дивизии в период с 1 по 10 июня 1944 г. ЦАМО. Ф. 1096. Оп. 1. Д. 41. Л. 63

На рассвете 9 июня 1944 г. группа противника в количестве 10–20 человек из района севернее Хвоенск переправилась на лодках на южный берег р. Припять. Группу врага наши бойцы встретили ружейно-пулеметным огнем. Противник вынужден был залечь и сменить направление движения на юго-восток для отхода. С целью отрезать путь отхода врага была выслана группа автоматчиков[579]. В этот же день войсковая разведка 23-й Киевско-Житомирской стрелковой дивизии вела разведку в направлениях Красный Боец – Снядин, Ласковичи, Сторожевцы, Рычев – Коротичи, Теребличе.

10 июня 1944 г. в приказании по разведке № 028 до начальников штабов частей и командиров разведподразделений была доведена информация, что «на карпиловском направлении в районе Савин Рог инженерной разведкой выявлено минное поле из огнеметных мин. Мины расположены шахматным порядком, 2–3 метра друг от друга, в 2 ряда. Наружное устройство мин: железный шар весом до 2 кг, окрашен масляной краской бледно-стального цвета. Оболочка мины состоит из двух полушарий на очень тонкой спайке. Мины зарываются в землю с маскирующим слоем земли 3–4 см, и взрываются при нажиме на нее человека, повозки, танка и т. д. При нажиме на мину пайка полушарий лопается и из мины вырывается столб огня высотой 6–8 метров, который опускаясь вниз, образует огненный круг диаметром 10 метров и поджигает все окружающее. Жидкость, находящаяся в мине, воспламеняется мгновенно, в соприкосновении с воздухом образует температуру горения до 10 000»[580].

В связи с этим обращалось особое внимание на то, что последние 3 дня наблюдением разведчиков и инженерной разведкой отмечена активизация команд противника, производящих какие-то минные работы в районе Погост, Черничи, Слепцы. Командир дивизии поставил разведчикам задачу: «Всеми видами разведки обнаружить, закладывает ли противник на участке дивизии огнеметные мины. При выходе разведывательных партий для выполнения задания обязательно ставить задачу на обнаружение указанных мин. Всем разведывательным партиям придавать 1–2-х саперов-разведчиков. В случае обнаружения огнеметных мин последние при возможности доставить в свое расположение и немедленно донести в разведотделение штаба дивизии»[581]. Для выполнения этой задачи были намечены конкретные мероприятия и представлены командиру дивизии 11 июня 1944 г.

10 июня наблюдением был отмечен очаг пожара на северной стороне р. Ствига у моста южнее Погост. В районе 1 км юго-западнее Погост противник производил минные работы.

С каждым днем интенсивность подготовки войск 1-го Белорусского фронта к наступлению в рамках стратегической наступательной операции нарастала. Командирам и штабам необходима была достоверная ежедневная развединформация о противнике перед фронтом их предстоящих боевых действий. Задачи войсковой разведке на добывание такой информации постоянно уточнялись. Особенно в тяжелых условиях лесисто-болотистой местности Полесья приходилось действовать разведподразделениям 89-го стрелкового корпуса. Разведчики 23-й Киевско-Житомирской стрелковой дивизии и 55-й Мозырской стрелковой дивизии ежедневно уходили в тыл противника с целью добывания развединформации.

Высокую требовательность за ее достоверность предъявлял Военный совет 1-го Белорусского фронта. Еще в начале июня 1944 г. вышел приказ войскам 1-го Белорусского фронта № 0061 «О выполнении приказа № 0027 О мерах по улучшению войсковой разведки»[582] (1-й лист копии представлен ниже).

Командующий войсками 1-го Белорусского фронта генерал армии Рокоссовский дал в приказе принципиальную оценку состоянию войсковой разведки. Были отмечены части и соединения, которые добились повышения качества организации разведслужбы и добываемой развединформации о противнике. Вместе с тем основное внимание в приказе акцентировалось на недостатках в организации войсковой разведки и их причинах. Были поставлены конкретные задачи по повышению качества организации разведки в войсках фронта.

Командующий фронтом приказал:

«1. Командирам соединений принять решительные меры по налаживанию войсковой разведки и в ближайшее время добиться по меньшей мере удовлетворительного знания противостоящего противника…»[583]

Дополнительно к тем штатным разведывательным подразделениям, имеющимся в соединениях и частях, было приказано для улучшения войсковой разведки «…в стрелковых частях и полевых УРах к 1.7.44 г. подготовить в каждом стрелковом батальоне и пулеметно-артиллерийском батальоне УРов команды разведчиков в количестве 8—12 человек». С учетом особенностей лесисто-болотистой местности и связанных с этим трудностей в организации непрерывного наблюдения за противником было приказано «к 15.6 подготовить в каждой стрелковой дивизии 6–8 подвижных наблюдательных постов, из них не менее трех во главе с офицером»[584].

В период с 11 по 13 июня 1944 г. противник почти ежедневно вел ружейно-пулеметный и артиллерийско-минометный огонь по позициям 1-го и 2-го стрелковых батальонов 89-го стрелкового полка 23-й Киевско-Житомирской стрелковой дивизии из района Озеран и Чернич, совершенствовал свои позиции