Военная разведка в операциях по освобождению Белоруссии (октябрь 1943 – август 1944) - Константин Максимович Голод

полную возможность естественной маскировки и скрытного проведения перегруппировки сил и средств, в зависимости от поставленных боевых задач. Все передвижения войск были скрыты не только от наземного, но и авиационного наблюдения (анализ оперативных и боевых донесений 23-й Киевско-Житомирской стрелковой дивизии, 89-го стрелкового корпуса и 61-й армии за апрель – июль 1944 г. показывает, что над войсками 61-й армии ежедневно фиксировались неоднократные пролеты немецкой разведывательной авиации с целью выявления дислокации (передислокации и оценки сил наших войск, а также попутного бомбометания. – Примеч. авт.).

2. Большое количество болот, канав и лощин с ручьями затрудняло или серьезно ограничивало быструю маневренность или перегруппировку войск. Необходимо было передвигаться в обход болот и лощин. Использование крупной группировки войск при ведении боевых действий в данном районе было затруднено. Для ведения успешных боевых действий необходимо было использовать отряды с легким стрелковым оружием и легкой артиллерией.

3. Крайне слабое состояние сети дорог в полосе дивизии не позволяло в полной мере использовать автогужевой транспорт. Это негативно влияло на довольствие, снабжение боеприпасами и продфуражом частей и подразделений, а также на быстрые оперативные перевозки.

Значительно затруднялось сосредоточение и использование танковых соединений и артиллерии. В полосе боевых действий дивизии танки возможно было использовать только в направлении Злодин, Замошье, Озераны, Теребличе. Значительно было затруднено движение артиллерии на механической тяге. Трудности возникали и в выборе артиллерийских позиций.

Эти и другие военно-географические условия и особенности района боевых действий в ходе подготовки наступательной операции на Полесье были максимально учтены.

Все изменения в составе сил и средств противника, прежде всего в его боевых порядках, перед фронтом 61-й армии оперативно учитывались, а при необходимости неоднократно перепроверялись разведкой.

На основе полученных данных составлялись ведомости соотношения сил на фронте, оценивалась возможность использования разнородных сил и вооружения Красной армии в ходе предстоящего наступления (ведомость соотношения сил по состоянию на 26 мая 1944 г. приведена ниже).

В боевом донесении за № 0420/оп к 4.00 штаба 23-й Киевско-Житомирской стрелковой дивизии от 27 мая 1944 г. отмечалось, что «по сведениям возвратившейся из тыла противника группы партизан, полученных от местных жителей 20 мая через Коротичи на юг в направлении Корна – Овзов и далее на Сарны, прошла группа немцев около 500 человек, вооружение группы партизанами не установлено»[571].

Для проверки и уточнения данных, полученных партизанами, в направлении Овзов была выслана дивизионная разведка, а в гарнизонных опорных пунктах Рудня, Тонеж, Букча и Рубрынь – усилена бдительность.

Наряду с усовершенствованием инженерных сооружений перед фронтом дивизии с личным составом полков проводились занятия по боевой подготовке, а с начальниками штабов и начальниками отделений – занятия в соответствии с календарным планом. Все занятия направлялись на качественную подготовку офицеров и красноармейцев к предстоящему наступлению.

Активизировались действия авиации врага в полосе дивизии. Ночью, с 23.30 27 мая по 00.20 28 мая, немецкая авиация группами по 3–6 самолетов совершила 65 самолето-пролетов по курсу 135. Постом ВНОС было отмечено 43 самолето-пролета Ю-88 и 22 – Хе-111. В 11.30 28 мая самолет Хе-111 в районе 300 м юго-западнее изгиба дамбы сбросил 10 мелких бомб по боевым порядкам 1-го стрелкового батальона 89-го стрелкового полка дивизии. Ночью 29 мая авиация люфтваффе в полосе дивизии совершила массированный пролет. Постом ВНОС отмечено 70 самолето-пролетов врага. 30 мая – в 1.45 самолет Ю-88 сбросил 4 малых бомбы по району 5 км восточнее Ветвица, а в 23.00 самолет «Фокке-Вульф» в районе Тонеж (юго-восточнее 3 км) – 4 бомбы по 50 кг каждая[572].

Несмотря на подготовку к наступлению в войсках 61-й армии, серьезное внимание уделялось совершенствованию системы обороны дивизий. Командующий армией поставил задачу комиссионно проверить состояние готовности обороны войск армии устранить отмеченные недостатки. На основании приказа войскам 61-й армии за № 00173 от 23 мая 1944 г. комиссия в составе начальника штаба 23-й Киевско-Житомирской стрелковой дивизии подполковника Сиротина, заместителя командира дивизии полковника Серегина и временно исполняющего должность дивизионного инженера капитана Гончарова в период с 28 по 29 мая 1944 г. провела проверку готовности обороны в частях дивизии.

В 117-м стрелковом полку были проверены: ротный опорный пункт № 1 Злодин; ротный опорный пункт № 2 Замошье; взводный опорный пункт № 3 отм. 126,8; ротный опорный пункт № 4 Осмаленик; ротный опорный пункт № 5 Запечье; ротный опорный пункт № 6 Рудня Симоновская; ротный опорный пункт № 7 отм. 136,2. По 225-му стрелкоовму полку – батальонный узел сопротивления Симоновичи. По 89-му стрелковому полку – батальонный узел сопротивления № 8 отм. 137,1.

Ведомость соотношения сил на фронте 23-й Киевско-Житомирской стрелковой дивизии к 26 мая 1944 г. ЦАМО. Ф. 1096. Оп. 1. Д. 14. Л. 36

Комиссией отмечено наиболее качественное оборудование батальонного опорного пункта 1-го стрелкового батальона 89-го стрелкового полка. Он был на передней линии обороны, в непосредственном соприкосновении с противником и ежедневно подвергался ружейно-пулеметному и артиллерийско-минометному огню врага (анализ боевых донесений показывает, что ежедневно по переднему краю батальона выпускалось до 20 артиллерийских снарядов. – Примеч. авт.).

Батальонный узел сопротивления 89-го стрелкового полка имел 3 линии траншей нормального профиля общей протяженностью 5176 п/м с ходами сообщений 600 п/м. Траншеи были выбраны грамотно с учетом рельефа местности, в результате чего имелся хороший обстрел и сочетание огня. Одежда крутостей траншей имелась (покрытие земляных склонов, защищающее их от обрушения и состоящее из дерна, хвороста, плетня, пластин, жердей, досок, фашин, металлической сетки, мешков с землей и т. д. – Примеч. авт.), отделка брустверов и маскировка проведена хорошо. Имелось достаточное количество минно-взрывных и проволочных заграждений, грамотно расположенных по отношению переднего края, проведена очистка обзора и обстрела впереди лежащей местности[573].

Несмотря на большой объем работы по оборудованию ротных и взводных опорных пунктов полков в системе обороны 23-й Киевско-Житомирской стрелковой дивизии, комиссией были сделаны следующие выводы по недостаткам:

«1. Все траншеи и хода сообщений почти на всех опорных пунктах не оборудованы в хозяйственном и санитарном отношении, не делается устройство подбрустверных закрытий для личного состава и ниш для боеприпасов.

2. На опорных пунктах 117-го стрелкового полка недостаточно поставлено минных и проволочных заграждений, не отделаны бруствера, отсутствует маскировка.

3. Плохо используется местность для выбора на ней огневых позиций, особенно на опорных пунктах 117-го стрелкового полка.

4. Окопы почти везде отрыты мелкие, а в 117-м стрелковом полку узкие, не практикуется вынос отдельных стрелковых ячеек из траншей. Работы по обустройству одежды крутостей в траншеях сделаны плохо»[574].

Хорошо оборудованные опорные пункты в системе обороны полков и батальонов позволяли сохранить жизни личного состава в ходе ежедневных оружейно-пулеметных, артиллерийско-минометных обстрелов, от воздушных бомбардировок, внезапных нападений и вражеской разведки боем.

В 12.00 29 мая разведгруппа 225-го стрелкового полка в районе опушки леса, что южнее 2 км Дорошевичи разгромила разведгруппу врага в количестве 14 человек. Один раненый был