Ливонская война. Шведский период 1570-1583 - Сергей Николаевич Бирюк

Федору Ивановичу Шереметеву и князю Василию Петровичу Ахамашукову Черкасскому. Воеводам был дан строгий наказ: «А идучи ко Пскову по Псковской дороге и по иным дорогам куды пригож посылать наперед себя по сторонам станицы и подъезды частые и велеть про немецких людей проведывати всякими обычаи накрепко, чтоб на них немецкие люди безвесно не пришли и дурна каково не учинили; да что про немецких людей вестей каких обьявятца, и боярину и воеводам Федору Ивановичу Шереметеву с товарыщи смотря по вестем прося у Бога милости над неметцкими людьми промышлять, сколько милосердый Бог помочи подаст и смотря по тамошнему делу, а про станы, где им идучи ко Пскову ставитца, роспрашивать детей боярских и всяких тутошних людей, которые ко Пскову дорогу знают, и где им в которых местех и у каких крепостей в дороге ставитца; а роспрося про дорогу и про станы накрепко, посылать наперед себя выбрав из дворян ково пригож, а с ними стрелцов и козаков, а велеть им на станех, где им ставитца, мест разъезжать и росматривать накрепко, чтоб было у крепостей и у воды; розъездя и росмотря, велеть около того места, где быть станом, ставить надолбы и укрепить накрепко; а пришод где на стан, стоять с великим береженьем, и около надолб в день и в ночь ставить сотни, в которых местех доведетца, а ис сотен велеть посылать подъезды по всем дорогам, куды пригож, и велеть оберегать всякими обычаи накрепко и около надолб розъезжать, чтоб неметцкие люди к станом безвесно не пришли и дурна какова не учинили»[472].

Впрочем, и противники совершали ошибки. Недооценив силы русских, ландмаршал фон Белль под Эрмесом 2 августа 1560 г. приказал атаковать силами 300 всадников. Русское охранение, отступая, вывело ливонцев на основные силы. Встретившись с ними, немцы были неожиданно окружены со всех сторон. В ходе битвы ливонцы понесли значительные потери, был взят в плен сам фон Белль. Это поражение стало роковым для конфедерации[473].

В середине декабря 1572 г. армия Ивана IV из Нарвы двинулась на территории Эстляндии, занятые шведами. Ханс Бойе, комендант замка Пайда, как и главнокомандующий Клас Окессон Тотт, допустил ошибку. Узнав, что русские уже прибыли в замок Раковор, он принял их за небольшой отряд, который собирался по дороге захватить пушки Класа Тотта. Чтобы защитить пушки, он немедленно выслал своих людей из замка, оставив там только 50 солдат и 500 крестьян. Вскоре после этого русская армия прибыла к стенам Пайды. Проломные пищали в течение 6 дней сосредоточенного огня сделали бреши в стенках замка. И 1 января 1573 г. русские захватили замок. Спустя несколько дней были захвачены и орудия, направленные Класом Тоттом на помощь Пайде.

Были среди шведского командного состава и разногласия, более того, военачальники саботировали приказы короля. Известно, что Якоб Делагарди «подсидел» Класа Тотта. В свою очередь, Бенгт Юустен не организовал взаимодействия с Делагарди в ходе похода на Нарву 1579 г., закончившегося гибелью половины шведской армии.

В ходе Русско-шведской войны 1590–1595 гг., используя нейтралитет Речи Посполитой, Русское царство, несмотря на вторжение крымских татар и вспыхивавшие местнические споры воевод, смогло вернуть крепости Корелу, Ивангород, Ям и Копорье с прилегающими землями. Несомненно, в схватке один на один Россия могла бы одолеть Швецию и десятилетием раньше.

Приложения

Перемирие на финской границе, 1573–1577 гг.[474]

В 1573 г. тон писем Ивана IV к королю Юхану стал более сдержанным. Казалось, он уже склонялся к перемирию. Рассмотрим переписку между двумя правителями в это время.

Большинство упомянутых ранее писем Ивана IV содержали такие выражения гордыни и враждебности, которые едва ли можно встретить в документах, исходящих из канцелярий других правителей. В начале 1573 г. царь все еще писал Юханау III в оскорбительном тоне. 6 января, гордясь завоеванием Пайды, он писал королю: «И это правда, что ты из крестьян. Скажите нам, как звали вашего деда и каким человеком он был. Когда наши купцы во времена твоего отца привозили в Выборг сало и воск, твой отец брал в руки кожаные перчатки и сам осматривал эти товары на кораблях, для чего и приезжал в Выборг. Разве это теперь работа правителя? Если бы твой отец не был сыном крестьянина, он бы так не поступил». Ответ Юхана III также был надменным. В письме от 10 мая 1573 г. он сказал: «Богохульные эпитеты, которыми вы называете нашего покойного отца, короля Густава, вы можете оставить при себе. Вы говорите о нашей семье, как слепец, ибо не знаете о ней ничего, кроме того, что слышали от нескольких предателей и негодяев, которые рассказывали вам сказки. Мы благодарим Бога за то, что можем с уважением упоминать наших родителей. Когда наш дед по отцовской линии был коронован, Императорский совет и все остальные признали его самым знатным в королевстве и в роду королей и правителей Швеции до него. Откажись же от лжи своей, ибо она позорит тебя самого, и ты своими глупыми словами ничего не добьешься».

Но 9 июня 1573 г. сын боярский Василий Чихачев привез Юхану грамоту от царя Ивана IV. Она была вручена ему в марте 1571 г., и в ней царь объявил, что Юхан, который не хотел отпускать своих послов к новгородскому наместнику, теперь может отправить большую делегацию к самому царю для обсуждения мира. В ответе, данном Юханом III 23 июня, было заявлено (как король писал и раньше), что он никогда не намеревался отправлять своих послов в страну, где международное право неизвестно. Царь, если он действительно хочет мира, должен отправить своих послов на р. Сестра, куда в этом случае прибудут и шведские послы. 5 сентября Иван IV повторил свою просьбу прислать к нему шведских послов, пообещав им охранную грамоту. Но король Юхан 20 ноября 1573 г. ответил, что охранной грамоте царя нельзя доверять. Тем не менее король, как и в предыдущем письме, настоятельно просил Ивана отправить своих агентов на границу.

Летом 1573 г. Юхан III заключил в тюрьму в Финляндии Василия Чихачева, а осенью следующего года – Владимира Пивова, еще одного посланника Ивана. Причиной этих арестов стало то, что Иван IV не позволил переводчикам Энгельбрехту Нильссону и Ларсу Бернгтссону, отправившимся в Россию, вернуться домой. Он просто сообщил Юхану, что они нужны там для обучения шведскому языку двух маленьких мальчиков, на что король ответил, что послал переводчиков по делам королевства, а не для того, чтобы использовать их в качестве учителей для детей. Василия отправили в замок Турку, где он после продолжительной болезни скончался в конце 1574 г. В это время Пивов был доставлен из Хямеенлинны на границу для выкупа Энгельбрехта Нильссону. Юхан всегда отправлял свои письма к царю сначала в Выборг, откуда они переправлялись, в крайнем случае с русским гонцом или военнопленным, либо в Орешек, либо в Новгород. Письма царя воевода Орешка также отправлял