Ливонская война. Шведский период 1570-1583 - Сергей Николаевич Бирюк

от голода и болезней. И поскольку мы знаем, что в этом походе погибнет много людей, мы не пожелали скрывать этого. Мы также не сомневаемся, что Ваше Величество вместе с дворянством и сословиями подумает, как навсегда покончить с этой затянувшейся войной»[449].

Клас Флеминг рассказывает, что 20 октября войска отправились из лагеря у Орешка к Ладоге, которой достигли через 10 дней. Крепость обстреливали зажигательными ядрами, но толку от них не было, так как у осаждающих не хватало пушек. Таким образом, и этот поход ничего не дал, напротив, были потеряны и люди, и лошади.

7 ноября 1582 г. лагерь у Орешка был окончательно покинут. Понтус Делагарди впоследствии обвинил Германа Флеминга, Арвида Столарма, Арвида Таваста и других командиров в неудачном исходе осады. Он писал герцогу Карлу, что крепость попала бы в руки шведов, если бы командиры дождались его прибытия, а не начали стрелять и штурмовать по своему почину. Однако главной причиной провала похода стало то, что Делагарди прибыл к осаждающим уже тогда, когда они были подавлены голодом, а в крепость пришло подкрепление. Финские войска отплыли от Орешка вниз по Неве на лодках, а затем продолжили путь к Выборгу.

Корабли из Корелы, по-видимому, оставались у Орешка дольше, чем армия. Только в начале декабря корабли были погружены на повозки, после того как солдаты Амброзиуса Хенрикссона перетащили их вверх по реке от гавани до крепости.

В инструкциях Понтусу Делагарди и его командирам, в частности, говорилось: «Поскольку жители Финляндии в результате длительных военных действий доведены до бедности и нищеты, главнокомандующий должен держать армию в стране противника как можно дольше. А когда, наконец, придется вернуться из похода, пусть защитники расположатся на границах и в завоеванных крепостях, а затем пусть солдат разместят в замковых лагерях»[450]. Похоже, Понтус попытался действовать в соответствии с этими приказами. Поэтому большая часть войск после осады некоторое время оставалась в уезде Орешка, забирая оттуда провиант.

Конница вышла оттуда в направлении Новгорода уже около 11 ноября, но не смогла продвинуться вперед из-за русских войск и вскоре вернулась, потеряв много лошадей.

Обнаружив, что не может овладеть Орешком, Понтус Делагарди предложил новгородскому воеводе перемирие. Царь, который должен был направить свои войска против татар, теперь казался более склонным к заключению мира, чем раньше.

Но даже во время обсуждения перемирия Юхан III все еще размышлял над своей старой идеей построить деревянную крепость рядом с Орешком. Теперь он поручил реализацию проекта Арвиду Тавасту и Арвиду Столарму. Приказ короля поставил их в довольно сложное положение, поскольку в Финляндии не было достаточной военной силы для осуществления проекта. Между командирами и Юханом III возникла оживленная переписка.

В самом начале 1583 г. король писал Столарму и Тавасту: «Хотя поход на Орешек закончился неудачно, мы все равно собираемся попытать счастья там. А чтобы армия не оставалась в Финляндии без дела, причиняя убытки населению, после того, как вы соберете там всех солдат, а также крестьян Саво и Эуряпяя, вы должны этой зимой как можно скорее отправиться к Орешку, где запас дров и земли надо устроить на этой стороне Невы, против замка». Указ был повторен 19 апреля, когда король указал вместе с ним, что на основании этого положения можно будет не только сохранить все земли на финской стороне Невы под властью Швеции, но и заставить Орешек сдаться. Он добавил: «Если бы прошлым летом вы построили деревянную крепость, как только достигли Орешка, она значила для шведской короны больше, чем бочка золота»[451].

Тем временем Юхан III также отдал приказ по тому же вопросу Понтусу Делагарди. Однако король, кажется, вскоре обнаружил, что главнокомандующий прохладно отнесся ко всему замыслу, поскольку счел необходимым сказать ему: «Если мир не может быть заключен, крепость должна быть построена, и мы не хотим знать о каких-либо отговорках в этом деле. Мы также не будем обращать внимания на то, что могут сказать против нашего намерения, и на сомнения, которые могут возникнуть у вас и других людей по поводу такого предприятия»[452].

Письмо короля от 19 апреля, о котором говорилось выше, пришло к Арвиду Тавасту только 24 мая 1583 г. В ответ тот сообщил, что готов выполнить пожелания короля при условии, что все необходимое для похода будет в наличии. Упомянув, что в Финляндии в то время было всего четыре роты пехоты, он продолжил: «Я приказал командирам здешних подразделений взять с собой двухмесячный запас провизии для своих людей и прибыть в Выборг не позднее середины лета. Финская пехота так разбросана, что ее не собрать раньше этого срока. Я не могу призвать солдат из замков, ибо они нужны там для работы. Иначе здешние люди не захотят отправляться в поход, пока не получат одежду, деньги и достаточно провизии, чтобы продержаться несколько месяцев на вражеской территории, ведь они часто были вынуждены возвращаться из походов из-за голода. Конница, по крайней мере, не двинется в путь по моему приказу. Поэтому было бы лучше, если бы Ваше Величество сами написали ротмистрам, которые на основании полученного Вами письма смогли бы убедить своих людей. Крестьянам Яаски и Эуряпяя доверять нельзя, ибо они ходят в походы только за добычей, а ее по эту сторону Новгорода сейчас нет. Но если войска прибудут в Выборг в назначенный день и для них будет закуплено необходимое пропитание, я с радостью последую с ними, стараясь сделать все, что в моих силах. Однако я не верю, что мне удастся чего-либо добиться в качестве руководителя похода, поэтому я смиренно прошу Ваше Величество написать господину Понтусу, чтобы он взял на себя это дело. Далее сообщаю, что с русскими заключено перемирие на день Петра и Павла (29 июня), когда будут проведены новые мирные переговоры. Если они не сдадут Орешек по этому случаю, было бы желательно, чтобы шведская армия была готова отправиться в Россию для защиты тех, кто придет строить упомянутую крепость. Пехотинцев, которых я смогу собрать в Выборге, я пущу туда на работу до получения дальнейших указаний от Вашего Величества»[453]. В своем письме королю Арвид Таваст, таким образом, давал обещания, хотя и несколько расплывчатые, отмечая при этом препятствия, стоящие на пути задуманного предприятия.

Таваст обратился с более откровенным письмом к секретарю короля Хансу Кранкку. Он просил его походатайствовать в том, чтобы ему не дали задание, которое он не сможет выполнить из-за ослабления болезнью и нежелания солдат.

Весной (в мае) Столарм посетил Юхана III в Швеции. По возвращении он написал Тавасту 6 июня: «Король не желает ничего слышать о наших трудностях, но приказал нам при первой же возможности отправиться к Орешку, как вы можете видеть из прилагаемой доверенности. Никуда не уезжайте, пока я не призову вас к разговору»[454].

В июне