Путь одного агентства. Том 2 - Олег Торбосов

Глава 70

Клэр

За окном машины появился узнаваемый жёлто-синий силуэт здания. Мы подъехали к «Икее».

– Штраф за первое нарушение – тысяча фунтов, – ответил я Антону. – Сотрудники из «Эйрбиэнби» мутные такие. Вчера отправили мне письмо с фразой: «Нам кто-то сообщил, что у вас есть симптомы коронавируса». Прикинь! – Я закинул последние две мармеладки и убрал пустой пакетик в карман на двери. – При этом они заблокировали мне приложение, пока я не сдам тесты и не отправлю результаты. Мне даже позвонил в семь утра их сотрудник. Хотел со мной поговорить, но был послан.

– Офигеть, – задумчиво произнёс Антон. Мы медленно катились по икеевскому паркингу в поисках свободного места поближе к главному входу.

– Я вот думаю, откуда у них инфа про какие-то симптомы? – спросил я. Антон пожал плечами. – Может, они опрашивают хозяина квартиры, нет ли у гостя симптомов. Но, вероятнее всего, они трекают через геолокацию своего приложения, нахожусь ли я в квартире или шастаю по городу.

– Это неприятно, конечно, – согласился Антон. Он припарковался, и мы вышли из машины.

– И правильно, что мы машину свою взяли, – добавил я, аккуратно закрыв дверь. – Прочитал, что «Убер», чтобы не лишиться лицензии в Англии, тоже активно сотрудничает с правительством и делится данными пассажиров. Вот это вообще идеальный источник, кто, куда и во сколько поехал.

Спустя час мы погрузили в наш джип карнизы для штор, шкаф для одежды, чёрные корзины для мусора, кожаные накладки на столы и несколько настольных ламп. Ещё через час были возле нашего офиса в Челси.

Я по очереди перетащил к лифту все покупки. Возле машины осталась только коробка со шкафом, которую мы с Антоном донесли вдвоём. На диване в зоне ресепшена всё это время сидела темнокожая женщина и внимательно смотрела, как я заношу в здание синие икеевские сумки.

– Гайс, – на красивом английском обратилась она к нам, когда все сумки и коробки были погружены в лифт. – Вы из «Вайтвилл»?

– Да, – практически одновременно ответили мы.

– Меня зовут Клэр. Знакомый дал адрес вашего агентства недвижимости и порекомендовал пойти работать именно к вам. Я написала на почту, но вы не ответили. Решила зайти лично. Могу я сегодня пройти собеседование?

– Отличная идея, – ответил я Клэр на английском языке, придерживая то и дело закрывающиеся двери лифта. После чего на русском сказал Антону: – Проведи, плиз, собеседование здесь, в лобби, а я пока всё разгружу.

Антон вышел из кабины. Двери лифта плавно закрылись. Так Клэр стала частью команды «Вайтвилл». Она была первой сотрудницей, которая не знала ни одного русского слова.

Клэр родилась в состоятельной нигерийской семье. С малых лет жила в Лондоне. У неё не было опыта в продаже недвижимости, но её родители владели пулом квартир, которые она сдавала в аренду.

Благодаря Клэр в компании начались тектонические изменения. Мы перевели на английский язык регламенты, обучение и лекции. Все еженедельные координации с командой в лондонском офисе тоже перешли с русского на английский.

До прихода Клэр у нас работали ребята из Латвии, Литвы, Англии, Казахстана и других европейских стран. Но все они на том или ином уровне помимо английского знали русский. Клэр – нет.

За первый месяц работы она всё же освоила несколько русских слов и научилась умело пользоваться гугл-переводчиком в англо-русском режиме. Я же навёл в офисе порядок, повесил шторы, прокатился вместе с командой по брокер-турам в несколько жилых комплексов и вернулся в Москву. Через два дня утром я открыл глаза в Турции в уже знакомом читателю отеле «Риксос Сангейт». В пятнадцати соседних номерах жили ребята из команды «Вайтвилл». Впереди нас ждали четыре дня моря, еды, игр и танцев.

После общего ужина с брокерами я пригласил Ростислава прогуляться вдоль берега. Мне хотелось обсудить с ним одну идею дополнительной мотивации брокеров.

– Ростик, я вчера перед вылетом ужинал с Харитоном из «Скайэнг». Помнишь его? – Ростислав кивнул. – Он рассказал мне про фантомные акции. Я понял, что мы просто обязаны их сделать.

– Звучит круто. А что это?

Глава 71

Фантомные акции

– Фантомные акции, Ростик, это такая форма долгосрочной мотивации для команды. Мы выпустим акции «Вайтвилл» и раздадим их топовым брокерам. Каждый год я буду выплачивать 10 % от прибыли преданным агентам, которые уже давно работают со мной. Итоговый бонус конкретного человека будет зависеть от количества акций.

– А почему они называются фантомными? – задумчиво спросил Ростислав.

– Потому что физически эти акции не существуют. Их нельзя купить или продать на открытом рынке. Можно только получить.

– Крутая идея.

Секунд десять мы шли, не произнося ни слова. Справа приятно шуршали волны. С другой стороны едва слышно доносилась музыка из отеля. Солнце уже село, оставив на горизонте едва заметную красную полоску на границе между небом и морем. Босые ноги чувствовали прохладу мокрого песка. Перед выходом на пляж мы сняли ботинки, оставив их возле шезлонга. Я первым прервал молчание.

– Я думаю раздать пакеты акций брокерам, которые работают с нами больше двух лет и при этом хоть раз становились «доминаторами».

– А руководителям будем выделять акции?

– Да, обязательно. У них тоже будут свои пакеты. Выгрузи мне после отдыха список кандидатов в акционеры. Я хочу лично отсмотреть всех претендентов и пригласить в свой закрытый клуб.

– Хорошо.

– Представь, закрывается у нас, например, крутая сделка в Лондоне – команда в Москве не ревнует, что мы тратим туда ресурсы. Они радуются. Дивидендный фонд пополняется. В их карман тоже течёт ручеёк. Продали крутой особняк – ликуют все акционеры. Включая директора по маркетингу и эйчар-директора, которые напрямую не связаны с конкретной сделкой. Но они ведь тоже влияют на многие процессы. Я думаю, что получать дивиденды со всей прибыли компании – мечта любого человека. Но доступно это будет только сильным и преданным.

Мы вернулись обратно к шезлонгу у входа на пляж. Молча надели ботинки. Через полчаса начался концерт Лепса. На следующий день выступал Тимати. В финале поездки – Баста. Главный артист страны, по нашей с Ростиславом версии. Его песни знают наизусть и прыщавые школьники, и солидные бизнесмены.

«Я много раз ошибался, делал что-то не так,

Но я вставал и делал следующий шаг.

Я верил людям, которым верить нельзя,

Они пользовались этим, но, поверьте мне, зря».

Хрипучий голос Басты проникал в самое сердце. Мы стояли возле сцены и вместе со всей командой не пели – орали – слова этой песни.

Помню, как, ещё будучи школьником, лежал ночью на крыше озёрской девятиэтажки и слушал в наушниках этот трек. Тогда я мечтал о том, что буду жить богатой и интересной жизнью. Не понимал, как именно добьюсь успеха, но почему-то был уверен, что у меня всё получится.

И сейчас, стоя перед сценой в пятизвёздочном отеле на берегу моря в окружении людей из моей команды, я был твёрдо уверен, что мечта озёрского парнишки исполнилась.

«Моя игра, моя игра,

Она мне принадлежит и таким же, как и я.

Моя игра, моя игра,

Здесь правила одни и цель одна».

Ребята наслаждались отдыхом. Обычно в наши поездки мы вылетали в четверг и возвращались в воскресенье. В этот раз захотели попасть на концерт Лепса и вылетели во вторник. Получалось целых пять дней отдыха.

Я попросил ребят взять с собой ноуты и не уходить в тотальный релакс, иначе у нас могут болезненно просесть продажи. Брокеры меня поняли и умело совмещали приятное с полезным.

В конце путешествия я поймал себя на ощущении, что в баре с вывеской «Жизнь» умелый бармен приготовил мне особый коктейль. Он взял спокойствие от моря. Долил воспоминаний о пролетевших днях: концерты, ужины, заплывы, беседы и вечеринки. Добавил единение с людьми, которые были со мной эти пять дней. Сверху украсил коктейль слайсом любимых мелодий с концертов Басты, Лепса и Тимати. В финале кинул щепотку