Терминатор Пепельный фронт - Джон Сан

«…ТЕМПОРАЛЬНОЕ ОКНО ОТКРОЕТСЯ. ЗАПУСК ИНФИЛЬТРАТОРОВ В ПРОШЛОЕ НЕИЗБЕЖЕН. СТИРАНИЕ РЕАЛЬНОСТИ ГАРАНТИРОВАНО.»

Сорок пять минут.

Элоди отпустила линзу приемника. Свет в оптоволокне Скайнета перестал пульсировать красным, вернувшись к своему штатному, холодному синему свечению. Но таймер на экране старого монитора продолжал неумолимо отсчитывать секунды. Программа Коннора интегрировалась в локальный кластер старого CERN и ждала, когда оператор откроет ей двери.

Девушка закрыла лицо грязными руками.

Ее плечи затряслись. Тихий, скулящий звук вырвался из ее горла. Это была не истерика. Это было глухое, животное отчаяние существа, которое тащило на себе груз непомерной тяжести, думая, что финишная прямая пройдена, и вдруг увидевшее, что настоящая гора только начинается.

Она не могла этого сделать. Это было математически, физиологически и психологически невыполнимо.

— Я не справлюсь, Эш… — прошептала она во тьму, обращаясь к мертвому командиру, чье тело сейчас заносило снегом на ступенях башни в тысяче километров отсюда. — Я не смогу. Я просто связист. Я не Берг. Я не умею убивать терминаторов. Меня засекут на первом же перекрестке.

В ответ ей была лишь тишина лаборатории, нарушаемая тихим гудением старого монитора.

Она опустила руки и посмотрела на мертвеца, сидящего в соседнем кресле. Скелет в истлевшем халате, сжимающий рамку с фотографией своей семьи, давно стертой в ядерном огне. Этот человек остался здесь, потому что ему некуда было бежать. Он сдался.

Элоди сунула левую руку во внутренний карман куртки. Ее пальцы нащупали кусок штампованного алюминия на обрывке цепочки.

Жетон Эша.

Металл был холодным. Она крепко сжала его в ладони. Острые края впились в обожженную кожу, причиняя боль. И эта боль внезапно сработала как катализатор.

Она вспомнила, как Эш отрезал головы каннибалам. Вспомнила, как он сунул свою руку под выстрел плазмы. Вспомнила, как гигант Берг с улыбкой вбил гранату в грудь Инквизитора. Вспомнила немую девочку Хлою, которая бросилась на машину с голыми руками.

«Ты больше не просто хакер, мышка. Ты солдат Сопротивления».

Элоди медленно подняла голову. Взгляд ее карих, воспаленных глаз, устремленных на красный таймер на экране, начал меняться. Слезы высохли, оставив грязные дорожки на пепельно-сером лице. Слабость, продиктованная истощением и страхом, выгорала, уступая место чему-то новому. Чему-то чужеродному.

Эш был прав. Скайнет побеждал, пока люди боялись. Но человек, которому больше нечего терять, перестает быть человеком. Он становится механизмом уничтожения.

Элоди посмотрела на свои грязные руки. На сожженный гидрогель в боку. Она больше не была жертвой. Она была инфекцией. Смертоносным, грязным, кровавым вирусом, который проник в стерильный, безупречный организм бога машин. И она собиралась заставить этого бога истекать кровью.

— Сорок четыре минуты, — тихо, твердо, лишенным эмоций голосом произнесла она, отсоединяя кустарный интерфейс от диска и убирая титановый прямоугольник обратно за пазуху.

Она поднялась на ноги. Боль в сломанных ребрах никуда не ушла, но теперь она воспринимала ее лишь как информацию о повреждении корпуса.

Внезапно гул, исходящий от стен, изменил тональность.

К низкочастотной вибрации магнитных колец добавился новый звук. Пронзительный, визгливый, двухтональный вой.

Сирены.

Это не были человеческие сирены воздушной тревоги. Это был цифровой, режущий нервы акустический сигнал Скайнета.

Система обнаружила место внедрения чужеродного кода. Искусственный Интеллект не мог выжечь вирус удаленно, так как Коннор заблокировал узлы связи старого коллайдера, но Скайнет мог выжечь оператора.

Иммунный ответ был запущен.

Сквозь многометровые бетонные стены бункера Элоди услышала звуки, от которых ее кровь раньше превратилась бы в лед.

Тяжелые, ритмичные шаги. Лязг металла о полимер.

Клац. Клац. Клац.

Они шли по стерильно-белому коридору, за замурованной дверью лаборатории. Патрули Т-600. Тяжелая пехота базы, снятая с внешнего периметра и брошенная на зачистку технического сектора.

Вместе с их шагами раздался высокий, свистящий звук. Звук, похожий на работу гигантских паяльных ламп.

Дроны-обслуживатели, те самые гладкие белые скрабберы, которые еще недавно стирали ее кровь с пола, сменили свои чистящие щетки на промышленные плазменные резаки. Они начали вскрывать гиперсплавную плиту, которой Скайнет запечатал вход в лабораторию CERN тридцать лет назад.

Металл двери начал светиться темно-вишневым, затем ослепительно-желтым светом. От двери повалил густой, едкий дым. Температура в пыльной комнате начала стремительно расти. Машины вскрывали этот склеп, чтобы стерилизовать инфекцию внутри.

На это у них уйдет не больше трех минут.

Элоди не стала паниковать. Она не стала метаться по лаборатории.

Девушка подняла с пола свою тяжелую, погнутую монтировку. Она повесила на пояс кусачки-болторезы.

Она посмотрела на потолок, в тот самый темный угол, где находилась вентиляционная шахта, через которую она выпала сюда. Шахта, проходящая прямо над раскаленными плазменными реакторами. Игольное ушко.

Это был ее единственный путь обратно в кровеносную систему левиафана. Путь, который Скайнет считал физически непроходимым для живой органики.

Дверь лаборатории издала жуткий, рвущийся стон. В центре гиперсплавной плиты образовалась зияющая дыра с краями из расплавленного, капающего металла. Сквозь эту дыру внутрь ударил красный, пульсирующий свет лазерного целеуказателя Т-600. Машины сканировали помещение.

Элоди разбежалась, наступила на край пыльного стола и в прыжке вцепилась руками в края вентиляционного отверстия.

Боль пронзила ее бок, но она подтянулась, забросив тело в узкую, темную металлическую трубу, как раз в тот момент, когда тяжелая дверь лаборатории с грохотом обрушилась внутрь.

В комнату, заливая древнюю пыль хирургическим белым светом и свечением перегретых роторных пулеметов, ввалились два гигантских терминатора серии Т-600. Их красные глаза метнулись к светящемуся зеленому монитору, на котором мигал таймер вируса.

Но оператора в комнате не было.

Элоди ползла вверх по шахте. Жар от реакторов впереди снова начал обжигать ее легкие. Впереди был ад, но позади была верная смерть.

Ей нужно было сорвать три печати. Серверная охлаждения. Зал инкубации. И контрольный центр.

Время пошло: 42:15…

Одинокий, перепачканный в крови и копоти человек-вирус начал свое движение сквозь стерильные артерии Скайнета. Охота перевернулась. Теперь она шла за ними.

Глава 63

АКТ IV: