Бухта Севастополя - Александр Александрович Тамоников

дошли до кафетерия. Было видно, что парнишка дал бы стрекача, если бы Богданов не придерживал его за локоть. Но как только они вошли в зал, взгляд его забегал, а потом он покачал головой и сказал:

— Я не очень голодный, можно мне просто сладкого чая? Целый стакан!

— Можно и чай, и сахар, и сухари вон те, и еще пирожки.

Богданов взяли им по стакану чая с сахаром и пирожков, разных, сладких и с более основательной начинкой, и все отдал подростку. Ел тот осторожно, было видно, что голоден, но воспитали, видимо, хорошо. Аккуратно подобрал за собой крошки, оставшиеся от обеда пирожки, с разрешения Богданова, спрятал за пазухой. Звали его Юрой. Тезка Павленко, значит.

— А теперь рассказывай, — велел оперативник.

— Записку от брата должен был передать. Старому матросу, чтобы он не искал его, что жив, что все хорошо, что будет вести собственное расследование и обязательно найдет тех гадов, что корабль потопили! — Парень гордо вскинул голову.

— Брат, я так понимаю, Слава Проценко?

Подросток насупился. Вячеслав хмыкнул. Тоже мне секрет.

— Значит, так. Брату передай, чтобы не совался никуда. Расследование мы уже ведем. Будет путаться под ногами — только помешает. Если у него есть что рассказать, то может прийти в оперативный штаб флота и найти там меня. Меня зовут Богданов Вячеслав, понял?

— Он не пойдет, — сказал подросток.

— Почему?

— У вас там враги. Брат сказал, что там враги, он их узнал. Подслушал, вернее. В тот день, когда убили водолаза.

— Он знает, кто это сделал? Видел?

Кивок. И убежденное:

— Он видел тех, кто корабль взорвал.

— Как он мог их видеть, если его выбросило за борт и он потерял сознание?

— Не сразу. Славка сказал, что, как только его за борт выбросило, он видел, как уплывали водолазы. И сказал, что найдет их, они точно должны где-то в городе схорониться, чтобы наблюдать за тем, что корабль не поднимут. Брат у меня смелый, он найдет их! Он сначала рассказал об этом кому-то, но ему сказали, что никто не поверит, что мало ли, что там, в воде, почудилось. Вот он и решил, что сам найдет их и всем докажет, что ничего не почудилось! У меня знаешь какой брат! Он все решит.

Подросток… Да какой он подросток. Ребенок еще.

— Ты понял меня? Самое главное, чтобы твой брат ничего не делал сам, ему грозит опасность, пусть найдет меня в штабе. Он ранен, в конце концов, ты же не желаешь брату зла?

Богданов постарался быть максимально убедительным. Но кто не грезил историями о героях и кто не мечтал стать героем сам? По упрямому взгляду Проценко-младшего было понятно, что он надеется, да не то что надеется, он уверен, что брат найдет подрывников, задержит их, а он поможет.

Вспомнив себя в его возрасте, Вячеслав подумал, что даже ранения в те дни не были особой проблемой. Теперь к их группе добавилась еще одна задача. Найти Владислава Проценко.

Богданов вернулся на квартиру, подумав над тем, какое оружие ему понадобится, и решил, что громких звуков в Севастополе и без того хватает. Взяв с собой финку, удобный и привычный нож, который побывал с ним на многих заданиях, Вячеслав отправился обратно в штаб. Пора было отметиться, чтобы про него там не забыли. Да гибель Афанасьева нужно прояснить. Кто убил ныряльщика? Это точно не была случайность. Почему-то лейтенанта все сильнее тянуло в штаб, но, как только он вышел из квартиры на улицу, у Башни Ветров офицера перехватил Кузнецов:

— Тут с тобой хотят поговорить. Скажем так, без галстука.

— Без галстука так без галстука, — пожал плечами Богданов.

Если это еще один свидетель, то оперативнику такая секретность будет только на руку. Но они никуда не поехали. Кузнецов достал ключ и открыл небольшую деревянную пристройку, которая находилась за башней. Внутри была винтовая лестница, ведущая наверх, там царил удивительный порядок, словно каждый день туда приходила уборщица. А наверху оказался настоящий рабочий кабинет.

— Считайте это моим тайным убежищем, — сказал вице-адмирал Пахоменко, глядя на немного удивленного Богданова, входящего к нему в кабинет.

— Польщен, — коротко ответил боец.

— Кто ты, я знаю, — привычно перешел на «ты» Пахоменко. — Считай меня своим вторым связным, — коротко добавил он. — Но ты же понимаешь, что все, что ты услышишь в этом кабинете, должно остаться только в этих стенах. Твой начальник, Шабаров, я так понимаю, ввел тебя в курс дела. Поэтому ничего из того, что ты узнаешь, не должно выйти наружу, и потому работать нужно тихо. Хотя, если честно, все эти пляски мне уже самому надоели.

— Не дурак, — устало сказал Вячеслав.

Главком жестом показал ему на стул и сам сел в кресло.

— Молодец. Так вот. Формально, для всего мира, линкор был нужен нам в том числе и для того, чтобы начать строить собственные корабли. Кратко ввожу тебя в курс дела. Италия должна была передать нам три дредноута[3]. От себя и Великобритании. Но пока англичане даже не думают нам что-то давать, все тянут, доказывая, что их корабли не выдержат перехода. А итальянцы передали откровенную рухлядь. Ты же понимаешь, я надеюсь, что мы тут все не идиоты. И отлично понимали, что нам передали не гордость флота и будущий флагман. А корабль, который был изрядно уставшим. Но нам он был нужен.

— Зачем?

— Молод ты еще, — вздохнул Пахоменко. — Хоть и с богатым послужным списком. Сам понимаешь, за нами сейчас очень пристально наблюдают. Все страны. Так или иначе, Севастополь полон шпионов, и это нормально. Обычная жизнь военной базы и торгового города. И так будет всегда. Всегда кто-то за кем-то будет следить, а кто-то будет пускать тех, кто идет за ним, по ложному следу.

— Вы хотите, чтобы все думали, что мы будем строить линкоры? — немного удивился Богданов.

Но только немного. С одной стороны, с точки зрения мощной ударной силы он представлял, как бы это было. Флот, во главе которого стоят огромные мощные корабли. Такие, чтобы с них могли взлетать истребители!

— На самом деле наши инженеры уже давно убедились, что линкоры первой волны устарели. И еще это не лучшие корабли. Уже давно ходят разговоры о том, что надводные суда уязвимы. Устаревают. Нужно уделить больше внимания морской авиации. И подводным лодкам. Чем больше корабль, тем быстрее его обнаружат. Линкоры — своеобразные корабли. Как тяжелые транспортники и боевые корабли — ударная сила. Но такие корабли должны охранять другие их «коллеги». Линкоры не маневренны, поэтому тоже уязвимы. Будущее