Страна вечной ночи - Кеннет Робсон

— Он и не приходил в себя.

— Что ты имеешь в виду?

— Он никогда не находился под влиянием этого. Ни один человек не может обнять одну из сестер-близнецов и остаться в живых.

— Ты хочешь сказать, что он подстроил это — притворился, что потерял сознание, чтобы заманить нас туда и схватить?

— Очевидно.

— Значит, что-то пошло не так! — Часовой зарычал. — Где-то произошла утечка. Сэвидж был осведомлен обо всех наших планах. — Рука главаря мафии вцепилась в жилет спереди, яростно дернув за золотую цепочку от часов.

Димитр Дайкофф молча подошел к нему, протягивая сигареты, но Часовой выбил пачку у него из рук.

— Ты начинаешь действовать мне на нервы! прохрипел он.

— Побереги нервы, — предостерег Улл. Он достал из кармана защитные очки. — У нас есть вот это — это очень важная вещь.

Часовой продолжал злобно смотреть на Димитра Дайкоффа, на шрам на его шее, трагически горящие темные глаза, высокие скулы, впалые щеки, великолепную мускульную силу, которую не мог скрыть даже плохо сидящий костюм смуглого мужчины.

Вскоре после этого Димитр Дайкофф нашел возможность покинуть каюту.

Часовой Боуэн показал большим пальцем ему вслед.

— Сэвидж слишком много знает; он, очевидно, узнает о наших планах, — сказал он. — Интересно, не этот ли проклятый патриот стал источником утечки?

Ул не проявил никаких эмоций, но спросил: — Нужно ли нам рисковать?

— Черт возьми, нет! — Часовой зарычал.

— Я пожму ему руку, когда он вернется, — бесстрастно сказал Ул. — Я воспользуюсь правой рукой.

Через некоторое время вернулся Димитр Дайкофф, и Ул встал.

— Я хочу сделать вам комплимент за отличную подачу бренди, — сказал он. — Пожмите мне руку, если хотите.

Димитр Дайкофф стоял очень близко. Он с готовностью потянулся, чтобы взять протянутую Улом руку.

Но в последний момент вытянутая вперед рука большого патриота отклонилась, но опустилась к очкам в левой руке Ула. Его молниеносный захват был точно направлен. Он взял очки.

Казалось, что все тем же движением он метнулся в сторону, а другой рукой схватил Часового за горло. Он рывком поднял гангстера с широкой талией с пола.

Во второй раз за вечер Часовому Боуэну показалось, что в комнату ворвался торнадо и разбросал щепки у него над головой.

Хватка на горле большого смуглого мужчины усилилась, пока комната не превратилась в красное пятно в выпученных глазах Часового. Затем Ул рубанул по направлению к Димитру Дайкоффу, размахивая правой рукой. Часовой почувствовал, как его подняло, швырнуло. Он врезался в Ула, сбил его с ног.

Часовой судорожно двигал челюстью, пытаясь заговорить. Когда он выдавливал из себя слова, они вырывались хриплым хрипом.

— Это Док Сэвидж! — задохнулся он.

— Да, — последовало подтверждение патриота с трагическим голосом. — Это Док Сэвидж.

***

Услышав шум борьбы, Монк выбежал из другой каюты, где он лежал на кровати, притворяясь выздоравливающим.

- Бери стул, Монк, - крикнул Док. - Держи его перед собой. Прикосновение Ула равносильно смерти!

Ул вскочил на ноги раньше Часового. Пригнувшись, он бочком приблизился к Доку, его правая рука покачивалась, как голова свернутого мокасина.

Док не стал дожидаться нападения. Он метнулся вперед, уклонился от удара мокассинового убийцы  и ударил Ула бронзовыми костяшками пальцев в челюсть.

Ул отшатнулся назад и рухнул к стене. Но он мгновенно поднялся и снова подкрался. Если бы Док смог вложить больше силы в удар в челюсть, Док, каким бы неестественно сильным он ни был, тогда бы сломался.

Когда Ул приготовился ко второй атаке, Док вытащил одну из маленьких стеклянных колбочек, которые были его анестезирующими бомбочками. Он швырнул ее на пол. Она разлетелась вдребезги. Док задержал дыхание.

— Задержи дыхание! — Ул заорал Часовому Боуэну.

Док наполовину ожидал этого, вспомнив, что Ул в своем кабинете аналогичным образом пережил одну из бомб.

Док сделал выпад в сторону Ула, как и раньше, увернулся от выпада убийцы и нанес чистый удар в лицо.

Обычный человек был бы нокаутирован. Ула всего лишь отбросило к стене, сильно встряхнув. Его выносливость была огромной.

В тот же миг Монк, опираясь на стул, бросился на Часового. Гангстер поднялся на ноги и размахивал часами, которые лежали в потайном кармане у него в рукаве. С тех пор как он сбежал с Улом из кабинета Дока Сэвиджа, Часовой не вооружался автоматическим оружием. Казалось, его это не беспокоило. Его губы изогнулись в злобной ухмылке убийцы, когда он открыл ладонь и выпустил часы.

Часы были одним из любимых видов оружия Боуэна. Механизм был извлечен из корпуса и в него было вставлено некоторое количество расплавленного свинца. Боуэн мог швырнуть часы так же точно, как он мог прицелиться из револьвера.

Часы со свинцом в корпусе полетели к Монку со скоростью снаряда. Монк пригнулся, когда снаряд попал в его стул. Часы пробили тонкую плетеную обивку лодочного кресла и слегка ударили Монка в грудь.

Монк взревел и двинулся со стулом, как тараном. Гангстер отшатнулся в сторону. Стул царапнул его по плечу и врезался в стену с такой силой, что ножки раскололи обшивку кабины.

Рука гангстера опустилась в широкий карман пальто. Она выхватила еще одни часы со свинцом в корпусе. К ним была прикреплена цепочка. У гангстера была привычка использовать утяжеленные часы вместо дубинки. Он замахнулся уникальным оружием, целясь Монку в голову.

Резко развернув стул, Монк замахнулся неуклюжим оружием сбоку на гангстера. Стул выбил  свинцовые часы из кулака Часового Боуэна и с тяжелым стуком врезался ему в плечо.

Гангстер отшатнулся. Раздался звон бьющегося стекла, когда его тяжелая туша врезалась в иллюминатор.

В тот же момент Док Сэвидж, уклонившись от четвертого подряд мокассинового удара Ула, отбросил высокого бледного мужчину к стене. Ул снова попытался подняться, но теперь заметно ослабел.

Голос Часового Боуэна заревел от дикого отчаяния. — К черту очки, Ул! Давай выбираться отсюда!

Главарь банды отшвырнул свое тяжелое тело назад в разбитый, непомерно большой иллюминатор, со звоном сбросив остатки стекла на пол. Ул сделал неуклюжий выпад к двери.

Оказавшись снаружи, они кубарем врезались в быстроходный катер, пришвартованный под кормой.

— Дай оружие! — отчаянно кричал Часовой.

Внезапно раздался рев - заработал мотор катера. Загрохотал пулемет. Должно быть, он лежал в лодке. Дождь пуль отбросил Дока и Монка на палубу.

Быстроходный катер, идущий без огней, с