На излом клинка. Книга первая - Александр Капков

– Ферра – шулер, и вы это знаете, дорогой хозяин. Мне придется его проучить, только и всего.

– Тем не менее, доказательств тому, что он передёргивает в игре, нет!

– Ах, перестаньте, мой друг! Какие могут быть доказательства? Ферра необычайно ловок. Вот только вызвал я его не за это. Он неуважительно отнёсся к моему умению играть и вообще предположил, что я умалишённый. Подумайте, каково? Я не намерен спускать подобные выходки!

– Но зачем было привлекать всеобщее внимание?

– Как зачем? Чтобы он не отвертелся!

– И всё же признайтесь, вы нарочно всё подстроили? И, мне кажется, в этом замешен Сен-Фаль? Так?

– От вашей проницательности, господин советник, ничего не утаится. Андриен который раз проигрывает в карты огромные суммы под вашим, заметьте, кровом, а Ферра считает его своей личной копилкой. Старший де Сен-Фаль очень обеспокоен сложившимся положением вещей, он попросил вашего покорного слугу разрешить возникшую проблему. Способ решения он оставил на моё усмотрение. Но то, что я вам поведал, не предназначено для чужих ушей. И я надеюсь на вашу скромность, старина, – в последних моих словах как змея проскользнула угроза, с ним иначе было нельзя.

Кардишон тяжело вдохнул, и мы с ним вернулись к столу.

– Итак, – осведомился я. – Что мы решили?

– Завтра в десять, на набережной Сены в Пре-о-Клер, около эспланады Инвалидов,

– предложил Бушон.

– Ничего не имею против, господа, и спешу откланяться. До скорой встречи!

Уходя, я слышал, как Кардишон выговаривал Ферра, а тот огрызался. В отличие от старого лиса, он ещё не подозревал о стальном капкане, готовом сомкнуться у него на горле. А вот Кардишон знал меня достаточно, чтобы понимать, что песенка господина шулера спета. Тому порукой была моя репутация.

16. История шевалье де Гирра

В тот день на своей квартире я появился довольно поздно, около пяти часов после полудня. Я жил в Сент-Антуанском предместье, где жильё было более дешёвым, чем в центре Парижа. Она была на втором этаже небольшого двухэтажного дома, и состояла из двух комнат: гостиной и спальни. Всецело придерживаясь правильности английской поговорки: «Мой дом – моя крепость», я выстроил оборонительную линию по всем правилам фортификации, ибо в моём нынешнем положении недооценивать опасность было бы необычайной глупостью, стоящей головы. Самый первый заслон представляли соседские мальчишки, проводящие на улице большую часть суток. Подкармливая их время от времени мелкими монетками, я всегда знал все новости о том, что происходило здесь в течение дня. Вторая линия моей обороны – сын слуги моей квартирной хозяйки, подросток Поль, хитрец и проныра, по совместительству выполняющий обязанности моего шпиона.

И, наконец, главный бастион. Мадлен Ренар – хозяйка, вдова торговца шерстью тридцати двух лет, словно цербер, охраняющая вход в мою квартиру, из особого ко мне расположения. Ей, выросшей в купеческой семье, и вращавшейся в среде практичных и приземленных людей, не читавшей ничего кроме библии и нравоучительных историй, может быть не хватало воспитания и лоска, зато лицо и фигура были выше всяких похвал. Кроме некоторой доли тщеславия и излишнего стремления следовать за модой, моей хозяйке нечего было предъявить. Она была мила, честна, простодушна и жила чувствами. Мадам Ренар очень гордилась тем, что у нее снимал квартиру дворянин, к тому же способный развеять скуку честной вдовы, и дать ей возможность почувствовать себя желанной. В общем мы жили с ней душа в душу, и лучшей хозяйки я себе и представить не мог.

      Не успел я на этот раз войти во двор, как подлетевший ко мне Поль шепнул, что пока меня не было, приходили двое. Первый – лакей от господина де Сен-Фаля принёс деньги и передал их мадам Ренар, а второй дожидается у нее в покоях. Я потрепал паренька по плечу и незаметно сунул ему в руку две монетки, мошенник скрывал от родителей свои доходы. Когда я вошёл, как было у нас с ней заведено, без доклада, мадам Ренар сидела к гостю полуоборотом, трепетно обмахивалась веером и оживлённо беседовала с ним, причём грудь её волнительно вздымалась. Зная натуру своей хозяйки, я подумал, что незнакомый мне элегантный, но очень просто одетый господин, сидящий на стуле с заметным изяществом, должен быть человеком незаурядным, раз ему удалось очаровать мою вдовушку за столь непродолжительный срок.

– А вот и мой квартирант! – воскликнула она, бросая на меня виноватый взгляд из-под густых ресниц. – Шевалье Анри де Ла Рош.

– Желаю здравствовать, сударыня, – я галантно поцеловал ей руку, слегка сжав её пальчики, и только после этого обернулся к мужчине, изобразив на лице вежливый интерес.

– Господин Оливье де Гирр дожидается вас, шевалье, – томно проворковала мадам Ренар. – И он любезно согласился скрасить моё одиночество.

В словах хозяйки я уловил тень упрёка в том, что мне вот недосуг уделять достаточно внимания даме. Но я и ухом не повёл, а по лицу де Гирра скользнула адресованная мне лёгкая улыбка, показывающая, что он отлично понимает, какие отношения могут связывать столь привлекательную особу с её квартирантом, и совсем этому обстоятельству не удивлён. Пока он прощался с госпожой Ренар, благодаря её за приём, я внимательно оглядел его. Это был молодой человек лет тридцати, высокий и довольно стройный, с приятным выражением лица и изысканными манерами, образец подлинного аристократизма, так любимого незабываемой Флоранс. Пожалуй, он был немного напряжён, и глаза его глядели как-то сумрачно.

Между тем, мы поднялись в мою квартиру по наружной лестнице и расположились в первой более просторной комнате, имеющей камин, которую я использовал как гостиную. Она была обставлена тяжеловесной мебелью начала нынешнего царствования, и кое-где обойщику пришлось её подлатать, но в целом производила приличное впечатление, как и деревянные панели на стенах, доставшиеся покойному мужу госпожи Ренар в качестве уплаты долга.

– Могу ли я узнать причину, по которой вы посетили меня, сударь? – осведомился я, предложив ему сесть.

– Конечно. Мне рассказал о вас, барон де Полиньяк, от него же я узнал, где вы проживаете. Он аттестовал мне вас, как человека решительного, способного оказать помощь в опасном предприятии. Соответственно, у меня есть к вам предложение. Мне нужен компаньон для поездки в Шампань. Как вы на это смотрите?

– Что вам сказать сударь? Мне весьма неплохо живётся в Париже, однако если ваше дело покажется мне привлекательным, я соглашусь вам помогать. И у меня есть одно условие, которое я обозначу сразу. Не хочу быть втянутым во что-либо