Терминатор Пепельный фронт - Джон Сан

знающей усталости, способной бежать со скоростью автомобиля по любой пересеченной местности, одиннадцать часов — это ничто. Т-800 мог нагнать их в любой момент. Возможно, прямо сейчас он уже наблюдал за ними в оптический прицел сквозь серый туман.

— Уходим. Сейчас же, — Эш развернулся так резко, что перед глазами поплыли черные круги. — Ничего не трогать! Не оставлять своих следов больше, чем необходимо.

— Командир, они мертвы! Мы должны хотя бы… — Элоди с ужасом посмотрела на тела детей.

— Я сказал, уходим! — яростно рявкнул Эш, выталкивая ее за ворота кратера. — Мы не можем их похоронить. Если мы задержимся здесь хоть на десять минут, эта тварь снимет с нас скальпы и натянет их на свой металлический череп! Маркус, максимальная скорость. Никаких остановок, пока не достигнем скал побережья.

Отряд «Вангард» покинул мертвый лагерь, почти срываясь на бег.

Они снова окунулись в серый, ядовитый туман Ла-Манша. Но теперь пустошь больше не казалась им просто мертвой природой. Она стала охотничьими угодьями.

Каждый шорох соляной корки, каждый стон ветра в ржавых трубах паромов теперь звучал как лязг перезаряжаемого оружия. Эш не оглядывался, но он физически чувствовал, как расстояние между ними и идеальным убийцей неумолимо сокращается.

Они больше не были просто солдатами, выполняющими миссию. Они превратились в дичь. И хищник, идущий по их кровавому следу, не собирался останавливаться ни перед чем. Пепельный фронт сомкнулся вокруг них.

Глава 13

ГЛАВА 13: ИДЕАЛЬНЫЙ ОХОТНИК

Европейский Театр Военных Действий

Мертвое русло пролива Ла-Манш, 3 км до побережья Франции

2029 год

Страх — это не просто эмоция. Для человека, идущего по выжженной земле 2029 года, страх — это сложный физиологический процесс. Это коктейль из кортизола и адреналина, который заставляет сердце биться о ребра, как пойманную птицу. Это холодный липкий пот, проступающий между лопаток. Это туннельное зрение, при котором огромный, враждебный мир сужается до одной-единственной точки — следующего укрытия во тьме.

Но хуже всего страх работает в симбиозе с истощением и тишиной.

Отряд «Вангард» бежал по серому, токсичному илу Ла-Манша уже третий час без единой остановки. Бежал — это было сильно сказано. Они передвигались тяжелым, надрывным полушагом-полубегом, спотыкаясь, падая в грязь и снова поднимаясь, подгоняемые леденящим ужасом вырезанного лагеря за их спинами.

Серый, пропитанный солью и сероводородом туман казался бесконечным. Он поглощал звуки, превращая шаги в глухое чавканье.

Эш замыкал колонну. Он приказал Маркусу идти первым, прокладывая маршрут, за ним шли Берг, Оксана и Элоди. Эш должен был постоянно смотреть назад. Он шел спиной вперед каждый третий шаг, вглядываясь в слепую, серую пелену пустоши сквозь оптический прицел своей штурмовой винтовки.

Его левая рука превратилась в кусок мертвого, пульсирующего огнем мяса. Инфекция, усиленная радиационным фоном подземелий, брала свое. Лихорадка выжигала его изнутри. Периодически туман перед глазами Эша начинал менять цвет, приобретая багровые оттенки, а в шуме ветра ему чудились крики убитых людей из лагеря. Он прикусывал внутреннюю сторону щеки до крови, чтобы болью удерживать сознание в реальности.

— Командир… — голос Берга, донесшийся спереди, прозвучал глухо и надрывно. Гигант остановился, тяжело опираясь на свой станковый плазмомет, его грудь ходила ходуном. — Мы не можем держать такой темп. Девчонка сейчас рухнет. Я сам сейчас рухну.

Эш развернулся. Элоди действительно выглядела так, словно находилась в шаге от клинической смерти. Она стояла на коленях в сером иле, ее рвало кислой желчью. Тяжелый рюкзак с титановым диском тянул ее к земле. Оксана стояла рядом, поддерживая ее за плечо, но даже лицо немой женщины посерело от запредельных нагрузок.

Маркус стоял в пяти метрах впереди, абсолютно неподвижный. Его дыхание (вернее, вентиляция систем охлаждения) было ровным и бесшумным.

— Поднимай ее, Берг, — прохрипел Эш, чувствуя, как его собственный голос дрожит. — Если мы остановимся, мы умрем. Вы слышали Маркуса. Инфильтратор идет по нашему следу.

— Он сказал, что лагерь вырезали одиннадцать часов назад! — Берг с отчаянием посмотрел на командира. — Мы идем быстрее, чем обычные беженцы. Эта тварь, кем бы она ни была, должна быть далеко позади! Нам нужны пять минут, чтобы просто вдохнуть этот проклятый воздух!

Эш хотел рявкнуть приказ, но внезапно Маркус поднял правую руку, закованную в гиперсплав.

Жест был резким, идеальным по своей биомеханике. Это означало немедленную тишину.

Отряд замер. Элоди судорожно зажала рот перепачканной в грязи рукой, подавляя кашель. Берг вскинул плазмомет.

Терминатор медленно, плавно опустился на одно колено. Его изуродованная голова, с которой свисали лохмотья мертвой силиконовой кожи, повернулась к земле. Янтарные визоры ярко вспыхнули, освещая серую соляную корку ила прямо перед его ногами.

Эш, преодолевая слабость, подошел ближе, держа винтовку наготове.

— Засада? Центурионы? — шепотом спросил он, вглядываясь в клубящийся туман.

— Отрицательно, — монотонно отозвался киборг. Он не смотрел в туман. Он смотрел вниз. — Аномалия на грунте.

Эш опустил взгляд.

В сером, плотном иле, наполовину заполненная токсичной зеленоватой водой, зияла глубокая воронка. Это был след. След гигантского ботинка с агрессивным, глубоким протектором. След был оставлен так тяжело, с такой чудовищной силой, что корка соли вокруг него треснула, образовав паутину идеальных разломов.

Но ужас заключался не в самом следе. Ужас был в том, что этот идеальный, тяжелый отпечаток располагался прямо поверх другого следа. Слабого, смазанного, человеческого.

— Вектор движения не совпадает с нашим, — произнес Маркус, его пальцы коснулись краев следа, датчики на фалангах мгновенно проанализировали плотность грунта. — След пересекает наш маршрут под углом в сорок пять градусов. Направление — с востока на северо-запад.

— Кто-то прошел здесь до нас? — Берг подошел ближе, с тревогой глядя на отпечаток.

— Человек, — подтвердил Маркус. — Биологическая единица. Мужчина. Вес приблизительно семьдесят два килограмма. Бежал в состоянии крайней паники. Длина шага хаотична, глубина продавливания грунта указывает на потерю координации.

Терминатор переместил свои светящиеся глаза на второй, более глубокий след.

— Второй субъект. Тот, кто оставил верхний отпечаток. Инфильтратор Т-800.

Элоди сдавленно всхлипнула. Эш почувствовал, как желудок скрутило судорогой.

— Ты же сказал… ты сказал, что он идет по