Право на жизнь - Анна Денисова

Оставшись одна, Елена оглянулась по сторонам. Парковка раскинулась перед ней бескрайним морем металлических корпусов — десятки машин стояли ровными рядами, будто застывшие в ожидании хозяев. Солнце, пробивающееся сквозь редкие облака, отражалось в чистых лобовых стёклах, создавая причудливую игру бликов. Воздух был неподвижен, лишь лёгкий ветерок шелестел обрывками бумаги у обочины.

Она не решилась подходить к тем автомобилям, где двери были закрыты, мысленно представив, как пронзительно взвоет сигнализация, разорвав тишину на части. Вместо этого направилась к тем, чьи двери зияли распахнутыми проёмами — словно безмолвные свидетели спешного бегства.

Заглянув в первую машину, Елена разочарованно вздохнула. Внутри царил беспорядок: на полу валялась рассыпавшаяся мелочь, в бардачке — какие-то мятые бумаги и старые квитанции. Даже автомобильной аптечки не нашлось — только пыль и забытая кем-то перчатка на заднем сиденье.

В двух следующих машинах картина была похожей: бутылка воды с затхлым привкусом, пара растаявших батончиков, превратившихся в липкую массу, потрёпанный зонтик и пакет с кошачьим кормом, из которого высыпались гранулы. Вокруг машин валялись размотанные бинты, разбитые флакончики из-под йода, а на асфальте темнели пятна крови — молчаливые свидетели чьих-то отчаянных попыток спастись.

Елена осторожно пошла дальше, стараясь ступать бесшумно. Её взгляд скользил по рядам автомобилей, отмечая каждую деталь: приоткрытые окна, брошенные сумки, забытые детские игрушки на задних сиденьях. Всё это выглядело так, будто время здесь остановилось — ещё свежие следы жизни, но уже пропитанные духом запустения.

Следующая машина оказалась микроавтобусом. Пассажирская дверь была открыта, словно приглашая заглянуть внутрь. Елена приблизилась, чувствуя, как нарастает тревожное предвкушение. Она заглянула в салон: на сиденье стоял открытый чемодан, вещи валялись на полу и возле машины — рубашки, носки, какие-то бумаги, будто кто-то в панике искал самое необходимое и не успел закончить.

Елена поставила ногу на ступеньку, потом вторую, чтобы заглянуть вглубь салона. В этот момент…

— Кхм, — раздался сзади грубый мужской голос, низкий и хриплый, будто его обладатель давно не разговаривал. — Пардон, конечно, но что здесь делает красивая одинокая девушка?

Елена резко обернулась. Сердце подскочило к горлу, едва не выпрыгнув из груди. В попытке развернуться она сильно ударилась головой о верхнюю часть дверной рамы микроавтобуса. Острая боль пронзила висок, перед глазами вспыхнули яркие искры, а затем всё погрузилось в тёмную пелену.

Падая, она успела почувствовать крепкие руки, подхватившие её за плечи. Последнее, что она осознала перед тем, как сознание окончательно погасло, — это запах пота и металла, исходивший от незнакомца, и его тяжёлое дыхание, отдававшееся эхом в её затуманенном разуме.

Глава 7

Уроки мертвого города

Дмитрий возвращался на ферму — путь неблизкий, но уже привычный. Сначала шёл пешком до окраины города: мимо заброшенных домов с выбитыми окнами, по улицам, где трава пробивалась сквозь трещины в асфальте, словно природа спешила стереть следы человеческой суеты. Воздух был прохладный, с лёгкой примесью осенней сырости. Он шагал, прислушиваясь к каждому шороху, время от времени останавливаясь, чтобы оглядеться. Ни одного бродячего мертвеца — это радовало, но не убавляло настороженности.

Потом — машина, припрятанная в тихом дворе частного дома. Старый, потрёпанный «жигуль» с потёртым салоном и едва уловимым запахом машинного масла. Дмитрий устало закинул рюкзак на заднее сиденье — тот глухо стукнулся о спинку, рассыпав по обивке мелкую пыль. Запустил мотор: тот завёлся не сразу, хрипло кашлянул, потом заурчал ровнее. Дмитрий подождал несколько минут, пока машина прогреется, — стекло медленно оттаивало, открывая вид на пустынную улицу. Затем тронулся, осторожно выруливая из двора.

Дорога тянулась через полузаброшенные поля, где высохшие стебли кукурузы шелестели на ветру, словно перешёптывались о чём-то своём. Солнце уже стало клониться к закату, бросая длинные тени, и в этих тенях каждый куст казался подозрительным. Но Дмитрий гнал машину уверенно, мысленно уже находясь на ферме, в том доме, который давно считал своим.

Через полчаса он свернул на грунтовую дорогу. Колёса заскрипели по рыхлому грунту, поднимая клубы пыли, которые медленно оседали за машиной. Вдалеке уже виднелась крыша фермы — тёмная, массивная, с едва заметной ржавчиной на металлических листах. Дмитрий невольно улыбнулся, представляя, как сбросит с плеч рюкзак, нальёт себе кружку горячего чая и наконец расслабится. Последние дни выдались напряжёнными: бесконечные вылазки, поиски припасов, битва с мертвецаии, постоянная бдительность. Отдых был нужен как воздух.

* * *

Ольга шла впереди — уверенно, почти дерзко, словно знала куда. Аня смотрела ей в спину и недоумевала.

«Странная особа… За то время, что мы прожили вместе, не замечала за ней такой смелости… Или это не смелость? А что тогда?»

Она тряхнула головой, отгоняя лишние мысли. Огромное здание торгового центра нависло впереди — мрачное, безмолвное. Здесь могло таиться что угодно: бродячие мертвецы, засады, ловушки. Надо быть начеку.

Когда они переступили порог, преодолев небольшой тамбур, Аня невольно задержала дыхание. Внутри оказалось не так ужасно, как рисовало воображение. Да, повсюду следы хаоса: разбитые витрины с осколками, раскиданные товары — коробки, пакеты, одежда, — лужи бурой, давно засохшей крови, перевёрнутые тележки, чьи-то забытые вещи — сумка, детская игрушка, рваный ботинок. Но разрушения не были тотальными. Стены стояли, потолки не обрушились, свет пробивался сквозь пыльные окна, рисуя на полу призрачные квадраты. Надежда найти здесь что-то полезное не казалась напрасной.

Ольга сделала ещё несколько шагов и остановилась, внимательно оглядывая первый этаж. Они стояли в огромном холле. Справа тянулся ряд небольших киосков: «Смартфоны» со стеклянными витринами, заставленными телефонами разных марок, «Оптика» с перекошенными рамками очков, «Товары для животных» с опрокинутыми пакетами корма, «Аптека „Флориана“». Слева возвышалась массивная вывеска «Супермаркет „Доступный“».

Ольга, заметив «Аптека „Флориана “», радостно ухмыльнулась. Обернулась к Ане — в глазах вспыхнул азарт, словно она выиграла невидимый приз.

— Ну, я была права. Пошли! — прошептала она едва слышно, но в голосе звучала твёрдость, которой Аня раньше не слышала.

Аня молча последовала за ней, напряжённо вслушиваясь в тишину. Каждый шорох — скрип пола, далёкий стук — заставлял её вздрагивать.

Витрина аптеки была практически целой: только часть стеклянной стойки выбита, осколки лежали кучкой, словно кто-то аккуратно их сгрёб. На полу валялись какие-то упаковки, бинты. Но полки! Они всё ещё были заставлены — разноцветными коробками, блистерами, баночками, флаконами. Аня облегчённо выдохнула — звук получился слишком громким в этой мёртвой тишине.

— Иди, собирай всё, что нужно. Я буду караулить! — сказала Ольга,