Колонна приговоренных - Александр Александрович Тамоников

— Ладно, оставайтесь тут, — махнул рукой Глеб и подозвал к себе Вальцова: — Пойдем, Антип. Сходим ближе к селу, посмотрим, что там делается, заодно подыщем подходящую площадку для самолета.

Глеб был прав, говоря о том, что именно им предстоит найти место для посадки самолета. Указать квадрат, в который должен вылететь самолет, не означало сидеть и ждать, когда он прилетит и можно будет загружаться. Зимой такое возможно только в своем тылу и только на определенных, расчищенных от снега площадках. А вот в тылу врага такой вариант не сработает.

Все открытые места, все поля, которые летом отлично просматриваются с высоты, сейчас были завалены снегом, и сверху летчикам не было видно, куда можно посадить самолет, а куда нет. И дело не только в снеге, хотя и в этом тоже. С занесенного снегом поля самолет не взлетит, даже если и сядет. Для этого ему нужен разбег, а его не сделаешь по рыхлому снегу. Поэтому, чтобы самолет мог спокойно сесть, а потом так же легко взлететь, нужна чистая площадка. А где ее взять зимой? Ее не расчистишь, потому что на это потребуется неведомо сколько времени. Да и чем расчищать? Руки для такого дела — не слишком надежный инструмент.

Есть только два варианта: несмотря ни на что, попробовать расчистить такую площадку самим или найти место, где снега на землю легло не так много. Первый вариант был исключительно теоретическим — это ясно. Кругом немцы, и они не дали бы маленькому отряду разведчиков возможности выполнить такую тяжелую и требующую времени работу. Летом можно было бы, конечно, найти удобную для посадки поляну в лесу, но это — летом или осенью, но никак не зимой, когда весь лес завален снегом.

Обычно удобные для посадки самолета места бывают прямо на дороге, рядом с селами или все с тем же лесом. На хорошо накатанную дорогу, по которой часто ездят машины, самолет легко может сесть и так же легко взлететь. В принципе, можно было попробовать отыскать такую дорогу, но, опять же, Глебу надо было учитывать близость к таким дорогам фашистов. У него оставался единственный вариант — найти не сильно занесенную снегом площадку неподалеку от гмины. Иногда за селом случается встретить такие места, куда ветер не так сильно наносит снег. Обычно это бывает северная сторона, откуда зимний ветер сдувает весь снег к югу, оставляя прогалины.

Именно в том направлении и собирался пройти Глеб вместе с Вальцовым. Проверить свою гипотезу, заодно посмотреть, как далеко от найденного ими подходящего для посадки самолета места будут находиться немцы.

Ветер тем временем не утихал и даже становился сильнее и порывистее. Мороз крепчал. Но снег летел уже не так густо, и это хотя бы немного, но облегчало Шубину и Вальцову передвижение в сторону гмины. Вышли к краю леса, за которым сразу же начиналась неширокая полоса открытой местности. За полем хорошо были видны огоньки Бжезин. Вокруг было тихо. Хотя ветер как раз и дул со стороны села, оттуда до разведчиков не доносилось ни лая собак, ни гула моторов. Было не совсем ясно, есть ли в самом селе или неподалеку от него немцы и есть ли вообще в гмине кто-нибудь живой. Всякое могло быть, на то и война.

— Пойдем напрямую через поле, товарищ капитан? — спросил Вальцов.

Глеб сделал шаг вперед, осмотрелся по сторонам. Кроме белого покрывала снега и пустоты, ничего и никого вокруг не было.

— Напрямую, — ответил он и пошел прямо по сугробам, в которых ноги утопали по колени.

Вальцов пошел за командиром, ступая за ним след в след. Но чем ближе они подходили к селу, тем снега становилось меньше и идти становилось легче. Так, с остановками, осматриваясь и прислушиваясь, дошли до дороги, которая проходила вдоль окраины села и, сворачивая, пряталась за ближайшими к разведчикам домами. Луна теперь, когда снег практически уже не шел, светила ярко, и оставаться на открытом месте было небезопасно.

Глеб скользнул от дороги под тень плетня. Вальцов повторил его движение. Сели, прислонившись спинами к ограде, осмотрелись. Дорога, к которой они вышли, хотя и была покрыта снегом, но вместе с тем была довольно-таки твердой. Видимо, еще при свете дня ею активно пользовались. Она была не просто накатана, а проходила широкой полосой.

— Видать, немцы тут свою технику гоняли, — заметил Вальцов, который тоже обратил внимание на ширину дороги. — Это хорошо? — посмотрел он на Шубина, ожидая его ответа.

Глеб не торопился с выводами.

— Надо пройти в село и посмотреть, есть ли в нем немцы. Если есть, то самолет на эту дорогу сажать опасно, — сказал он Антипу.

— Так, может, вы тут побудьте, а я схожу и разведаю? — предложил Вальцов.

Шубин снова не стал торопиться с ответом. Подумав, он ответил:

— Сделаем так. Ты обойди село по окраине, — показал он рукой слева от себя, — а я войду в село и пройдусь по улице. Село хотя и большое, но тянется на юг только одной улицей — так обозначено на карте. Да еще несколько хуторов к нему привязаны. Но нам главное — узнать, есть ли немцы в самом селе. Все, идем. Через двадцать минут жду тебя на этом месте.

Глеб встал и, пригнувшись, чтобы его не было видно, быстрым шагом пошел вдоль ограды в сторону единственной улицы. Пройдя несколько шагов, он оглянулся и увидел, как Вальцов скрывается за углом в противоположном направлении.

Все так же осторожно ступая и не разгибаясь, Шубин свернул на улицу. Во дворе залаяла собака. Пару секунд спустя ей ответила другая, из соседнего двора, а потом к ним присоединились еще две.

«Если в гмине есть собаки почти в каждом дворе, — размышлял Глеб, — может ли это означать, что немцы в село давно уже не входили? Не думаю, что это так. Сейчас у фрицев неподалеку проходит полоса обороны, и обойти такое большое село, не оставив рядом с ним или в самом селе никаких частей, они не могли. Вопрос только в том, где эти части стоят. В самом селе или…»

Додумать он не успел. В доме, рядом с которым он находился, открылась дверь, и кто-то вышел во двор, встревоженный лаем собак. Глеб пригнулся, спрятавшись за забором неподалеку от калитки, ведущей во двор. Он слышал, как хрустит снег под чьими-то ногами. Кто-то осторожно приблизился к калитке, постоял, прислушиваясь, затем неторопливо, словно осторожничая, вышел на улицу.