Право на жизнь - Анна Денисова

Она сменила тему, чувствуя себя почему-то неловко — непривычно было говорить о своих чувствах, да ещё с почти чужим человеком. Но с Семёном это получалось как-то легче.

— Да хоть завтра, если хочешь, — ухмыльнулся Семён, и в его глазах мелькнуло что-то вроде одобрения. — Чем раньше, тем лучше. Пока погода не испортилась.

— Замечательно! Значит, завтра! — воодушевилась Ольга. Её лицо вдруг стало почти счастливым — исчезли привычные жёсткие складки у рта, взгляд загорелся азартом. — Ну, тогда помогай с рюкзаком. Надо отобрать самое необходимое.

Семён кивнул и взялся за рюкзак. Он аккуратно отодвинул в сторону лишние вещи, взял нож и принялся раскладывать всё по новому принципу — компактно, логично, с расчётом на долгую ходьбу и возможные стычки. Ольга наблюдала за ним, потом присоединилась, и вскоре они уже вместе обсуждали, что взять:

— Фляга, аптечка, пара энергетических батончиков… — бормотала она.

— Ещё компактный фонарик, — добавлял Семён.

Они работали слаженно, почти не переговариваясь, но понимая друг друга с полуслова. Ольга вдруг поймала себя на мысли, что ей не хочется огрызаться или доказывать свою правоту. Рядом с Семёном она чувствовала… не поддержку даже, а что-то большее — признание её силы, её желания действовать.

Когда рюкзак был почти собран, Ольга выпрямилась и улыбнулась — на этот раз по-настоящему, открыто:

— Спасибо, Семён. Правда, спасибо.

Он лишь кивнул в ответ. И в этот момент Ольга впервые за долгое время поняла, что, может быть, она не так уж одинока.

* * *

— Мне вообще кажется, это плохая идея, — сказал Сергей, продолжая смотреть в бинокль. Его голос звучал глухо, отстранённо — будто он был там, за линией горизонта, где таилась неизвестность.

— Да, Никита мне передал твои слова. Я просто понять хочу — почему? — Дмитрий стоял внизу, возле будки наблюдения, задрав голову вверх. Он упёр руки в бока, и на его лице читалось не раздражение, а искреннее желание разобраться.

Сергей опустил бинокль и посмотрел на него — взгляд усталый, но внимательный. Он медленно переложил бинокль в левую руку, правой провёл по щетине на подбородке.

— Ну хотя бы потому, что мы о них вообще ни хрена не знаем, — произнёс он твёрдо, делая акцент на каждом слове. — То, что Ден с Максом наблюдали за ними, ни о чём не говорит. Наблюдали — да. Но что конкретно они видели? Как они делят еду? Как решают споры? Как ведут себя, когда кто-то ранен? Мы не знаем их правил, их слабых мест, их истинных намерений.

Дмитрий молча кивнул, давая понять, что слушает внимательно.

— И что предлагаешь? — спросил он после паузы.

— Да ничего, — Сергей взъерошил волосы, и в этом жесте читалась усталая растерянность. — Живём как жили. Надо больше запасов делать — скоро зима. С забором что-то решать уже, он на соплях весь болтается. То, что мы подлатали, — это ненадолго. Людей и так не хватает, а теперь ещё на это сотрудничество отвлекаться… Не знаю… — он вздохнул, переводя взгляд вдаль. — Решай сам.

Дмитрий хмыкнул, слегка качнул головой:

— Не, сам не хочу. Надо, чтобы все вместе. Чтобы каждый понимал, на что идёт.

— Ну это вряд ли получится, — Сергей улыбнулся — кривовато, без радости. — Никто не хочет на себя ответственность брать. Все готовы высказать мнение, поспорить, но чтобы взять и решить — нет. А мнение… Ну сказал я своё мнение, и что? Ты меня послушаешь?

— Большинство за то, чтобы сотрудничать, — задумчиво глядя вдаль, ответил Дмитрий. Его взгляд скользил по линии леса, будто он пытался разглядеть там ответы. — Они видят шанс.

— Ну вот, зачем тебе тогда мои объяснения⁈ — Сергей коротко хохотнул, но в смехе не было веселья. — Всё равно ведь пойдёшь? Ты же уже всё решил? В глазах твоих это читается.

— Серёга, это шанс, — Дмитрий сделал шаг ближе к вышке, его голос стал тише, но твёрже. — Нас очень мало. Люди нужны. Руки нужны. Знания нужны. Мы не можем вечно держаться на честном слове. Зима близко, сам же сказал. И если мы не начнём объединяться, то… — он не договорил, но оба поняли, что он имеет в виду.

Сергей промолчал, снова поднял бинокль и принялся обозревать окрестности. Он всматривался в каждый куст, в каждую тень, в каждый изгиб дороги.

Дмитрий постоял ещё немного, глядя на друга. Он видел, как напряжены плечи Сергея, как крепко он сжимает бинокль, как часто моргает — признак усталости. Он понимал его опасения: осторожность была не слабостью, а опытом выживания. Но понимал и другое: без риска не бывает прогресса.

— Я учту твоё мнение, — тихо сказал он. — Мы обсудим всё ещё раз на общем собрании. Решим вместе. Обещаю.

Сергей кивнул, не отрываясь от бинокля:

— Ладно. Смотри только, чтобы этот шанс не обернулся ловушкой.

— Будем осторожны. Как всегда. — ответил Дмитрий.

Он развернулся и пошёл в дом. Шаги его звучали ровно, уверенно. Ветер шевелил волосы, солнце пробивалось сквозь облака, бросая пятнистые тени на землю. А Сергей остался наверху, продолжая наблюдать, охраняя их хрупкий мир от угроз, таящихся за горизонтом.

* * *

Аня разбирала лекарства, которые они принесли из торгового центра. Она аккуратно раскладывала упаковки на столе — антибиотики, обезболивающие, антисептики, бинты — всё по категориям, с пометками на самодельных ярлыках. Руки двигались привычно, почти машинально, но взгляд то и дело скользил к окну: там, за забором, простирался мир, который больше не принадлежал людям.

Дверь скрипнула — тихо, но Аня всё равно вздрогнула от неожиданности. Вошёл Дмитрий. Он остановился на пороге, провёл рукой по волосам.

— Так и знал, что ты здесь, — он присел на деревянный стул у стены, тот слегка скрипнул под его весом.

— Что-то случилось? — спросила Аня, и взгляд её стал тревожным. Она отложила упаковку с таблетками, пальцы невольно сжали карандаш. В её сознании промелькнули худшие варианты: новая угроза, раненые, плохие новости.

— Нет. Просто… не знаю, что делать, — Дмитрий опустил голову, провёл ладонью по лицу. — Мнения у всех разные. Серёга вообще против и сказал, чтобы я решал сам. — Он посмотрел на неё выжидающе, и в его глазах читалась какая-то неясная надежда — будто она сейчас волшебным образом укажет верное решение, расставит всё по местам.

Аня отложила упаковки и тоже села напротив него, чуть наклонившись вперёд. В комнате пахло медикаментами и сухой травой, которую Лена недавно развесила здесь. Где-то вдалеке за окном слышались голоса ребят — они что-то обсуждали во дворе.

— Я не знаю, что тебе