Обещание на крови - Лиз Мистри

Судя по обильным брызгам крови, Кларки были еще живы, когда их обезглавили, что вызывало множество вопросов: как можно было сделать такое с двумя взрослыми сильными людьми? Они были живы, но каким-то образом связаны? Или знали убийцу? Как Имоджен могла ничего не услышать? Последний вопрос наводил на подозрения, и Джеззи сделала мысленную пометку подумать об этом позже. Орудие убийства еще не нашли, хотя настоящие поиски начались только что. Джеззи надеялась, что вскрытие подскажет, каким острым предметом можно было нанести такие раны.

Она посмотрела на их руки, лежащие по краям тарелок, на которых покоились их головы. Каждый палец венчала прищепка, словно отсылая к Эдварду Руки-Ножницы. Джеззи не увидела никаких следов связывания, но результат судебно-медицинской экспертизы скажет точно. Возможно, убийца принес оружие и заставил их подчиниться или накачал их наркотиками? Если да, то как? Затылки обеих жертв представляли собой кровавое месиво, так что следует предположить, что их сначала оглушили. Опять же, судмедэксперт скажет точнее, был ли удар достаточным, чтобы вырубить взрослого человека. Джеззи надеялась, что они все же были без сознания, когда с них снимали головы.

Она повернулась к криминалисту Фрэнни и кивнула в сторону закрытой кухонной двери.

– Она была заперта?

– Нет, и мы предполагаем, что убийца ушел через нее – или даже зашел внутрь. Сигнализация на парадной двери активирована, хотя большинство сенсоров были неактивны. Мы понятия не имеем, это сделали Кларки или убийца. Мы нашли отпечатки ног на снегу и следы крови, но чертова метель быстро заметает улики. Нам повезет, если мы успеем исследовать хоть один отпечаток, но, по крайней мере, у нас есть фото. Может, когда приедет доктор Джонстон, он даст вам больше информации.

Джеззи надеялась, что Ламонд Джонстон, патологоанатом, приедет до того, как основная группа полицейских нагрянет в дом и заберет у нее это дело. Она кивнула. Фрэнни была первоклассным криминалистом, и Джеззи знала, что место преступления в надежных руках. Она сделала мысленную пометку посмотреть записи с видеокамер охранной системы дома и обойти местность перед и за ним до того, как приедет старший детектив-инспектор. Но пока она сосредоточилась на том, что могли сказать ей сами жертвы.

Изучая Боба и Ширли, она вновь содрогнулась. Какое чудовище могло сотворить такое с двумя людьми, решившими отпраздновать день рождения дочери? Что могло подтолкнуть его так скрупулезно выстроить сцену, предназначенную для подростка? Имоджен Кларк всего шестнадцать, но она пронесет воспоминание о ней через всю жизнь. Где-то в глубине ее сердца навсегда поселится страх. Ей станет трудно доверять людям, чувствовать себя в безопасности, и та жизнь, которую она представляла себе, когда ложилась в постель накануне вечером, безвозвратно утеряна.

Это навело Джеззи на мучительную мысль – о вопросе, который ей придется задать себе рано или поздно. Вопросе, который будет на устах каждого полицейского, самом сложном и тяжелом, потому что Джеззи не хочет его задавать. Она никогда не желала задаваться подобными вопросами снова. И все же как могла девочка ничего не услышать, даже если она спала? Наверняка было много шума. Разве ее родители не кричали, когда увидели непрошеного гостя, – если, конечно, это не был кто-то из их знакомых. Или им сказали, что, издай они хоть звук, дочь будет следующей?

Джеззи надеялась, что Имоджен скоро даст показания. Время имело решающее значение, и, хотя сердце девочки разбито, у полиции были свои задачи.

Ощутив, как болезненные спазмы в животе поднимаются к груди, Джеззи сделала глубокий вдох и вошла в кухню.

– Фрэнни, твои ребята могут пока обрабатывать периметр помещения, а я еще раз огляжусь и отстану от тебя.

Двое неизвестных Джеззи членов команды криминалистов – один с камерой, другой с чемоданчиком инструментов – вошли вслед за ней, и она подвинулась. Подобное зрелище никого не оставило равнодушным, никто не подшучивал как обычно. Поскольку она была в опале, Джеззи не дали бы самой вести расследование, но она чертовски хотела предоставить полный и внятный отчет любому, кто его у нее попросит.

За ее спиной кто-то вошел в кухню, и Джеззи, обернувшись, увидела доктора Джонстона. Высокий, почти такого же роста, как она сама, около ста восьмидесяти сантиметров, он все время сутулился. Оттого ли, что ему все время приходилось наклоняться к своим «подопечным», или по другой причине, Джеззи не знала.

– Эй, док. Рада, что вы здесь. На сей раз много крови и ужаса.

Ламонд Джонстон натянул маску на нос и перевел взгляд серых глаз с Джеззи на два трупа за столом.

– Не знал, что вас пригласили на вечеринку, Жасмин, – ответил он невозмутимо. – Чей день рождения? Ваш?

Под маской Джеззи постаралась улыбнуться в надежде, что он не заметит, как она побледнела. Она сто раз, но безрезультатно, просила его называть ее Джеззи, так что теперь после его комментария просто пожала плечами и отошла в сторону, чтобы он мог пройти к телам. Пока он сосредоточенно разглядывал покойных супругов, Джеззи снова оглядела комнату. Девочку увезли в больницу Святого Джона и накачали седативными, но констебль Конрад Ли, первая полицейская, приехавшая на место преступления, сообщила, что успела задать Имоджен пару вопросов перед тем, как ее забрали парамедики. Согласно ее словам, по давней традиции Имоджен ждала, когда родители придут за ней и проводят ее к праздничному столу. А ее соседка, миссис Сонал Пател, проверив, не придумала ли Имоджен случившееся, позвонила в полицию. Но она не заходила на место преступления.

Поняв, что, стоя на кухне, больше никакой информации не получит, Джеззи оставила криминалистов и патологоанатома делать их работу.

– Дайте мне знать, когда приедет следователь. Ладно, Ламонд? – попросила она.

Не в состоянии избавиться от липкого неприятного чувства, она обратилась мыслями к тому, чему ее учили. Ей нужно было много о чем подумать, отделить важное от второстепенного.

Глава 7

Услышав голос босса, старшего детектива-инспектора Дика, Джеззи сделала два шага вперед по устилавшему коридор ковру. Муди́к был здесь. Его пронзительный голос перекрывал гомон, что стоял позади нее в кухне, где криминалисты собирали улики и обследовали место преступления.

– Да ради всего святого, Куини! Не говори, что тебя опять вырвало. Тебе повезет, если ты не уничтожила какие-нибудь улики, иначе мне придется – хоть и не с тяжелым сердцем – навечно отправить тебя в патруль. Боже, да после инцидента со спицами тебя даже туда не возьмут. Не повезло так не повезло.

Джеззи