Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

– Ладно. Неплохая идея. Если только он понимает, что до реализации еще далеко. Но давай не будем об этом сейчас. – Элис наклоняется и целует его. От Кайла пахнет вином. – Постараемся провести приятный вечер перед камином и досмотреть «Головокружение»[228], пока я не засну.

Это их семейная шутка – о том, что Элис никогда не досматривает фильмы, потому что засыпает.

Она испытывает облегчение, когда Кайл тянется за пультом от телевизора.

* * *

Прежде чем лечь, Элис еще раз заглядывает к близняшкам. Стоит возле двери в их спальню и долго смотрит на них, лежащих в обнимку с зайчиками, которых она им подарила. Ее сердце тает. Будь они даже ее собственными, она не могла бы любить их больше. Флосси сосет палец, светлые кудряшки падают ей на глаза. Элси едва ли не утыкается лицом в стену. Таша со вкусом оформила детскую в теплых розовых и сливочных тонах.

– Люблю вас, – шепчет Элис.

Они с Ташей делили спальню лишь недолгий период, когда были маленькими, а у Холли была собственная комната. Она до сих пор помнит ту спаленку младшей сестры, ее кроватку с мобилем-слоненком, как она лежала на спине и растопыренными ладошками, похожими на звездочки, тянулась к игрушке, что-то весело бормоча. Она была в их жизни всего четыре коротких месяца, и сейчас для Элис думать о Холли – все равно что вспоминать сон, когда уже проснулся: чем больше стараешься, тем он туманней.

Элис не говорила этого Таше, но она открыла для близняшек сберегательные счета. Она не знает, как сестра отреагирует на такую новость – у нее своеобразное отношение к деньгам. Но у Элис их в избытке – отчасти благодаря Кайлу, и она хочет позаботиться о девочках. Разве это плохо? Она знает, что у нее никогда не будет собственных детей, так почему же не поделиться с племянницами? У Таши с Ароном финансовое положение так себе – поэтому она и предложила им венецианскую квартиру. Какой смысл владеть чем-то хорошим, если не можешь поделиться с теми, кого любишь? Это всегда был ее девиз. Таша – одна из главных людей в ее жизни, а Арон для нее как брат. В мире, где ей приходится вращаться, полном богачей и влиятельных персон из сферы биохимии, находиться рядом с Ташей и Ароном, чуждых претензий и амбиций, – все равно что вдохнуть свежего воздуха. Несмотря на то, где она живет и как одевается, несмотря на ее деньги, Элис никогда не забывает о своих корнях.

Она тихонько закрывает дверь и идет в гостевую спальню, где ночуют они с Кайлом. Это тесная комнатка с окном, выходящим на очаровательный маленький сад, где растут яблони и стоит горка, которую Арон построил для близнецов. За садом – пруд; Элис даже жаль, что он кажется ей таким жутким. Когда-то она дразнила Ташу за увлечение всем сверхъестественным и страшным, поскольку ее собственный, логический и научный, мозг отказывался рассматривать даже возможность существования чего-то в этом роде. Но при виде пруда, особенно ночью, когда над ним клочьями, похожими на марлю, плавает туман, а камыши покачиваются на ветру, она словно попадает в роман Чарльза Диккенса.

Элис поплотнее задергивает шторы и поворачивается к кровати, где уже спит Кайл. Стоит и смотрит, как ходит вверх-вниз его грудь. Губы мужа чуть приоткрыты, дыхание пахнет алкоголем. Сегодня он выпил гораздо больше нее. Она ложится с ним рядом, и он сдвигается к краю, обнимая ее одной рукой. Элис прижимается к нему и пытается заснуть, но, поскольку она уже подремала перед телевизором, сон никак не идет.

Наверное, она все-таки засыпает, потому что, когда внезапно, рывком открывает глаза, ее тело покрыто по́том, а сердце отчаянно колотится. Несколько секунд она лежит не шевелясь, стараясь успокоить дыхание. Толкает в бок Кайла; тот сонно щурится.

– Что такое? – хрипло бормочет он, приподнимаясь на одном локте. – Что случилось?

– Не знаю… Но я что-то слышала. Внизу.

Кайл стремительно садится и отбрасывает одеяло. Встает на ковер и берет свой телефон с прикроватного столика. На нем только трусы-боксеры; кажется, он нетвердо держится на ногах.

– Уверен, там никого нет, но лучше пойду проверю.

Элис подтягивает одеяло к подбородку; сердце у нее по-прежнему колотится.

– Не помню, заперла ли я заднюю дверь… Девочки днем выходили в сад.

– Оставайся здесь. – От луны на его голые плечи ложатся тени.

– Ладно, – шепчет она.

Он выходит из спальни; Элис ждет.

Глава 6. Таша

Воскресенье, 13 октября 2019 года

На мгновение я застываю на месте и чувствую, как напрягается тело Арона рядом со мной. Кажется, он тоже заметил нож.

Не говоря ни слова, Арон хватает меня повыше локтя, и мы уходим от незнакомца, ускоряя шаг. Я бросаю взгляд на зонтик у нас над головами, прикидывая, можно ли использовать его как оружие.

– Какого черта? – бормочет он себе под нос, не глядя на меня.

– Просто иди, – тороплю я, но мое сердце так стучит, что я чувствую вибрацию в горле. Мы уже почти бежим, по-прежнему держась за руки.

– Чего он хотел? – спрашивает Арон. В его голосе я слышу панику.

– Понятия не имею. – Я смотрю вниз, на дорогую сумочку Элис. Может, незнакомец думал нас ограбить?

Все еще держа зонтик, мы отпускаем руки и бросаемся бегом. Арон тянется за моей ладонью, и я протягиваю ее ему, как только мы сворачиваем за угол. Шаги за нами тоже ускоряются. Мы не знаем, куда нам бежать, улицы превращаются в сплошной лабиринт. Взлетаем по какой-то лестнице: я молюсь, чтобы она вывела нас туда, где будут люди. На центральных набережных всегда много народу. Страх гонит меня вперед – еще никогда в жизни я не бегала так быстро. Может, лучше бросить незнакомцу сумку, если она ему так нужна? «Гуччи» не стоит того, чтобы за нее умереть.

И тут – о счастье! – мы выскакиваем на оживленную улицу. Я перевожу дыхание, Арон крепко держит мою руку. Мы смешиваемся с толпой.

– Направо, – бормочет Арон, тяжело дыша. – Площадь Сан-Марко там.

Мы немного замедляемся, петляя между людьми. Ладонь Арона влажная.

– Он… все еще… за нами? – Я так запыхалась, что едва выговариваю эти слова.

– Не знаю. Но ты иди. Надо поскорей добраться до квартиры.

– Но он же увидит, где мы живем…

– Не увидит. Сначала оторвемся от него. Доверься мне. – Арон практически тащит меня по площади, виляя в толпе. Море зонтов, надеюсь, загораживает нас от глаз преследователя. Я настолько