Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

тридцать лет. Мне жаль, что это стало для тебя таким шоком, и я прошу прощения, что не рассказала раньше. Несколько раз почти что решилась… но мне было очень страшно.

– Ты правда стоматологическая медсестра?

– Ну конечно! – Она смеется. – Точнее, стажерка. Я хотела стать стоматологом, но не смогла окончить учебу… из-за мамы… Клариссы…

И сбивается, снова краснея.

Я смотрю на реакцию мамы – она старается не выдавать своих чувств, но я вижу, как у нее на шее проступают розовые пятна и как она напрягает челюсть, когда ее Холли называет матерью другую женщину.

Теперь, когда я знаю правду, мне видно, насколько похожи они с мамой, особенно в профиль. У них похожие волосы и глаза, одинаковые носы…

– Мне жаль, что так произошло! – восклицаю я – и внезапно ощущаю прилив тоски оттого, что мы с ней упустили столько лет. Общее детство… В ней есть что-то хрупкое, столько нежности и любви, что меня обуревают чуть ли не материнские чувства. С трудом подавляю слезы: наконец-то я буду старшей сестрой! А еще я пытаюсь представить себя на месте Вив.

Мама говорит, что пойдет заварить чай, и оставляет нас с Бонни наедине. Мы смотрим друг на друга, вдруг застеснявшись. Она теребит карман своего плаща. Бонни пробыла у нас не меньше двух часов, но до сих пор его не сняла.

– Твоя мама сказала мне про ДНК у вас на ковре, – говорит она. – Честное слово, это не моя. Сегодня я впервые оказалась у тебя в доме. А в ночь нападения была у Вив. Я никогда не сделала бы ничего плохого Кайлу или Элис.

– Нам надо сделать анализ ДНК и все остальное, – отвечаю ей. – Чтобы убедиться, что ты Холли.

«И чтобы проверить, совпадет ли она с кровью на ковре», – думаю, но не говорю вслух.

– Я понимаю.

– Вив рассказала мне, что ты пережила… с твоей матерью… с Клариссой. Наверное, тяжело было узнать правду… Даже представить не могу!

– Мне всегда хотелось большую семью, – говорит она, глядя на девочек, играющих на полу. – И вот теперь у меня есть сестры, и мама, и племянницы, и зять… Не могу дождаться нашей встречи с Элис!

– Ты не встречалась с Элис? – спрашиваю я, вспоминая о конференции. – Не ездила в Ливерпуль, когда она там выступала?

Бонни явно удивлена.

– Нет. А что?

– Да так. Ничего особенного.

Облегчения я не испытываю. Нет, еще слишком рано. Надо дождаться, пока придут результаты анализа ДНК. И появятся ответы на все вопросы.

* * *

Бонни остается на ужин, потом говорит, что ей надо вернуться к Бисквиту. Мама провожает ее до дверей, и Арон замечает:

– Она очень приятная. Боже, надеюсь, анализ ДНК покажет, что она правда Холли.

– Я тоже очень надеюсь.

– Ты не расскажешь маме, что я сказал тебе про братьев Найт?

– Нет, конечно. Но ты клянешься, что не имел отношения к их аферам?

– Клянусь. – Арон берет меня за обе руки. – Я никогда не стал бы участвовать ни в чем незаконном. Ты должна мне верить. Это касается и нападения на Зои. Я за всю жизнь ни одной женщины и пальцем не тронул.

Вернувшись в комнату, мама в полном восторге заглядывает мне в лицо.

– Поверить не могу! – восклицает она. – Поверить не могу, что мы ее нашли!

Я уже почти ожидаю, что она начнет возмущаться Вив и ее ролью в этом деле, но нет – вместо этого мама падает в кресло и разражается слезами.

– Мам… – говорю я, подсаживаясь к ней. Внезапно кажется совершенно естественным ее обнять.

– Все хорошо. – Она утирает глаза. – Это слезы счастья. Какое облегчение… Но я, конечно, еще и очень зла на Вив. Прости, Арон, знаю, она твоя мать. Но в целом прямо сейчас я очень, очень счастлива…

Она смеется, потом снова плачет, и, несмотря на данное себе обещание не радоваться раньше времени, я смеюсь и плачу вместе с ней.

* * *

Чуть позже мы с мамой звоним Элис по фейстайму рассказать новости. Потрясенная, она сидит на своей роскошной кухне, где по стенам разбегаются блики от люстры на потолке, и ее выразительные брови взлетают вверх и изгибаются в изумлении по мере того, как она начинает осознавать, что произошло. Наконец, когда мы переходим к появлению Холли у меня на крыльце в сопровождении Вив, глаза Элис распахиваются так широко, что, кажется, они вот-вот вылезут из орбит.

– Просто невероятно! – восклицает сестра, и ее голос эхом разносится по огромной пустой кухне. – Невероятно!

– Сегодня такой счастливый день! – всхлипывает мама. – Она чудесная, Элис. Ты ее полюбишь.

Я бросаю взгляд на маму. Да, она правда чудесная. Мне повезло, что я проводила с ней время, хоть и не знала еще, что это моя сестра. Но я так волнуюсь, что анализ ДНК может принести нам разочарование, что с трудом удерживаюсь, чтобы не сказать маме быть терпеливей и сперва дождаться подтверждения. Мне не хочется портить ей удовольствие.

– Я спросила у нее про конференцию, – говорю я. – Она ответила, что это не она.

– Странно, – отвечает Элис.

– Я знаю. Кто еще это мог быть, если не Бонни?

Элис пожимает плечами.

– Мало ли… Какая-нибудь сумасшедшая. А что насчет ДНК с места преступления?

– Завтра мы с Бонни идем к констеблю Джонс. Она договорится про анализ ДНК. После этого мы будем знать больше, – говорит мама. – Но Бонни была с Вив в ту ночь, когда погиб Кайл, дорогая.

– Тем более странно, что ее ДНК нашли у Таши в доме, – замечает Элис.

– Этому должно быть какое-то другое объяснение, – говорит мама.

Я бросаю на нее тревожный взгляд. Не хочу, чтобы Элис разрушала мамины надежды. В последние месяцы я общалась с Бонни – как с Лолой – и не могу поверить, что она способна напасть на человека. Мама права. Должно быть другое объяснение крови, найденной на месте преступления.

Если, конечно, не произошла ужасная ошибка – и Бонни в действительности не Холли…

– Давайте пока не будем об этом беспокоиться, – предлагаю им. – Может, анализ сделали неправильно. Перепутали образец.

Элис хмурится и, кажется, собирается мне возразить, но молчит.

– Ты должна с ней познакомиться, – говорит мама. – Может, приедешь к нам в выходные?

– Конечно. До сих пор не могу поверить… – Элис смеется. – Две младшие сестры, которыми можно командовать…

– Эй, полегче! – Но я так счастлива видеть Элис улыбающейся после всего, что она пережила, так рада, что могу сообщить ей хорошие новости после смерти Кайла и ее мучительных переживаний, что моя старая