Искать убийцу - Фаниль Исламович Галеев

– Да, представь себе, мужскую мудрость. Ты знаешь, в чем она заключается? Твои руки и пальцы знают женское тело, все его тонкие струнки. Они задевают их так, будто и тело, и душа наполняются какой-то удивительной музыкой. От них идут тепло и благотворная энергия. Все это в совокупности я и называю мужской мудростью. Поверь, ее любит и о ней мечтает каждая женщина…

– Ну, раз существует в этом деле мужская мудрость, – тихонько и бережно потрепал ее за ушко Гараев, – то, наверное, и у другой стороны должно быть нечто подобное. Ну, скажем, какое-то подобие женской мудрости. Извини меня, но там, в купе… я этой тонкой мудрости почему-то не заметил.

– Ты упрекаешь меня? – спросила Нина с грустью.

– Нет, ты была вправе вести себя так, как считала нужным, – не сомневаясь, ответил частный детектив. – Но сразу двое мужчин…

Нина убрала руку с его шеи, перевернулась на спину и застыла, уставившись неподвижным взглядом на свисающую с потолка и отражающую лунные блики люстру.

– Ты знаешь, я не была такой, но жизнь преподнесла мне один запоминающийся урок, – как-то тяжело и вымученно проговорила она.

– У тебя плохие отношения с мужем? – погладил ее по волосам Гараев.

– Как тебе сказать… Но была одна неприятная история.

– Расскажи.

Помолчав с полминуты, Нина сжала своей рукой его руку, скользившую по ее волосам, как бы желая привлечь все его внимание, и заговорила тихо и задумчиво, словно рассказывала только что приснившийся ей печальный сон:

– Мы познакомились еще в институте, поженились, вместе приехали работать в этот город. Ты ведь видел его вчера. Правда, красавец! А еще он мастер спорта по гимнастике, кандидат наук. Одним словом, мечта всех женщин. Сначала он работал в спорткомитете, потом его назначили на какую-то невысокую должность в городской администрации. Со временем я почувствовала, что в мужья мне попался не просто спортсмен и красавец, но еще и неисправимый, промозглый карьерист. Все его разговоры, рассуждения сводились к одному: как возвыситься и обрести власть над другими. Пьяные тусовки, кабинетные посиделки, поздние возвращения с работы – все это еще можно было как-то снести. Но однажды муж вернулся домой вместе со своим подвыпившим шефом. Я накрыла стол, они выпили, поговорили, и шеф его, опьянев, стал открыто приставать ко мне. Муж как бы ничего не замечал. Когда его начальник, то ли опьянев, то ли просто притворившись пьяным, свалился у нас в спальне, муж приказал мне раздеть его и лечь с ним в постель.

Знал бы ты, что я пережила в ту ночь. Попался настоящий сексуальный маньяк. Я буквально кричала от боли и отвращения, а муж тем временем лежал в соседней комнате все слыша и не реагируя на мои стоны.

Через несколько дней его повысили в должности, назначив руководителем аппарата администрации. У него сейчас есть все: деньги, власть, служебная машина. Но этот случай словно разрушил, перевернул все мои представления о жизни, супружестве, порядочности, хотя и в душе я все еще остаюсь доброй и любящей женщиной. Ведь правда?

– Правда, – несколько шокированный ее рассказом, ответил частный детектив.

– И ты не презираешь меня?

– Нет. Только хотел спросить, что же удерживает тебя возле этого женоторговца?

– Не знаю. Наверное, со временем человек начинает смотреть на все гораздо проще, чем раньше.

– Проще… – вздохнул Гараев. – Так, наверное, думала и твоя знакомая Сарварова.

– С ней случилось что-нибудь? – резко повернулась к нему Нина.

– Да, она в больнице, ее сильно избил сожитель, – соврал Гараев, решив не омрачать настроения Нины и окружавшую их интимную обстановку известием о смерти Сарваровой.

– А где сейчас ее сожитель?

– Сбежал.

Нина чуть приподнялась, облокотившись на руку.

– Так вы приехали сюда, чтобы арестовать его?

– Да, но, к сожалению, не успели.

Подтянувшись к стоявшему рядом столику, частный детектив взял лежавшие на нем наручные часы и посмотрел на светящийся в темноте циферблат. До отъезда еще оставалось два часа.

Положив часы, он повернулся к Нине и, крепко обняв, прижал ее к себе.

– Мы выезжаем в пять утра, но еще ни на минуту не смыкали глаз, – шепнул он ей на ухо, касаясь его своими губами.

– Ты хочешь спать? – прошептала она в ответ, блуждая пальцами по его спине.

– Спать рядом с такой женщиной? – голос его чуть дрожал.

Она сразу же уловила эту дрожь.

– Мне так хочется поехать с тобой.

– Там нас ждет очень серьезная работа. Но ты сможешь приехать потом, в любое время, когда захочешь.

– Правда?

Тела их слились воедино…

По дороге с сыщиками не произошло ничего такого, что могло бы испортить им настроение, водитель вел автомобиль легко и уверенно, и уже к вечеру они были у себя дома.

Порядком уставшие, они отдохнули, выспались хорошенько, еще раз проанализировали в уме все произошедшие за последнее время события, а утром следующего дня явились с докладом к прокурору.

Сорокин, посмотрев на них чуть исподлобья, улыбнулся и заметил, не скрывая своего дружелюбия:

– Чувствую, досталось вам там. Вид у обоих-то, отсюда и в профилакторий… – После этих слов он сразу выпрямился, сомкнув ладони, положил руки на стол и заговорил серьезно и деловито: – Мой коллега звонил из Кирова и вкратце сообщил о последних событиях. И все же расскажите еще раз, что вам удалось там разузнать и что случилось позапрошлой ночью.

Гараев, не спеша, отсеивая все лишнее, второстепенное, рассказал прокурору о наиболее важных моментах поездки, обстоятельствах побега Ситникова и своих планах на дальнейшее.

Прокурор внимательно выслушал его.

– Ваши предложения насчет того, что Ситников может где-то отсидеться, не лишены логики, Булат Рахимович, – сказал он после некоторой паузы, открывая свою папку с бумагами. – Но вы еще не знаете самой последней информации. Ситников останавливался прошлой ночью у одного своего приятеля в Кирово-Чепецке. Это недалеко от Кирова. Приятель работает в каком-то охранном бюро. Утром, после ухода Ситникова, этот охранник обнаружил исчезновение своего пистолета. Кировчане пытались напасть на след Ситникова, дали ориентировки в Уржум, Малмыж, Вятские Поляны. Но бесполезно…

– Вот как? Тогда надо готовиться к встрече… – задумался частный детектив.

– Наши коллеги хотели срочно направить сюда свою оперативную группу, но я отговорил их, – сухо добавил Сорокин.

– И правильно сделали! – поддержал его майор. – По своему опыту знаю, чем больше людей участвует в операции, тем меньше шансов на успех. Ситников, я думаю, не тот человек, на которого следует устраивать облаву с вертолетами, машинами и собаками-ищейками. Его надо стеречь, как волка, тихо, на тропе, по которой он может пройти. А тропа здесь одна. Она ведет к его дому.

– Майор