Тайны клуба верховой езды - Грета Фогель

– Понимаешь, я же не коневод! Так, в детстве иногда летом немного занималась верховой ездой. Не регулярно, не профессионально…

Мэттью явно получал от всего происходящего удовольствие. Поправив шляпу так, что на его лицо наконец перестала падать тень от полей, он продолжил:

– У моего дяди ранчо в Монтане.

Я чуть было не ляпнула «В Ханне Монтане?», но сейчас было явно не до шуток.

– Так вот, я все понимаю и готов помочь с Гектором. Я часто оставался у дяди на каникулах, объезжал лошадей, знаю, как за ними ухаживать и чистить. Я сделаю все, чтобы ты не повторила судьбу бедняги Линн с ресепшен и чтобы у тебя не было синяка на… Да прекрати пятиться, на боку! За бочок ее конь укусил, слышишь?

Я посмотрела в его честные синие глаза и нервно сглотнула. Мэттью не станет меня подставлять, он хороший полицейский. Я готова ему довериться. Напарник протянул руку, выходя под сливочно-желтый свет лампы. В целях маскировки Мэтт сбрил и бороду, и легкие усы над губой, убрав себе лет десять. Как я и предполагала, без щетины он и правда перестал быть похожим на себя и теперь напоминал студента колледжа. Дрожащими пальцами я взяла его за руку, отметив, что все мои эмоции сейчас со страхом перед Гектором никак не связаны.

Свободной рукой я стиснула в кармане лакомство и позволила проводить себя к нужному стойлу. За частично деревянными, частично металлическими воротами находились лошади всех цветов и мастей. Конюшня жила в своем собственном ритме, дышала и прицокивала. Гектора, как и следовало ожидать, поселили в дальний загон, по соседству с которым с одной стороны никого не было, а с другой – находилась глухая стена. Из перевернутой арки ворот высунулась подозрительная лошадиная морда цвета мокко. Конь бодро мотнул головой, и на спину ему упала блестящая черная грива.

– Я возьму поводья и буду страховать. Поздоровайся с ним, он тебя заметил.

Гектор насторожил уши, и я так и не поняла, принял ли он меня за Анну. Так, спокойно. На мне – ее запах, мы выглядим идентично, я даже не волнуюсь. То есть, волнуюсь, конечно, но не из-за лошади. Самое главное, что рядом с Мэттью просто невозможно было бояться. От него мерными волнами исходила уверенность, которую я невольно перенимала, чувствуя себя в безопасности.

– Сначала поздоровайся, только убедись, что тебя видят не боковым зрением. Встань прямо перед конем. Сбоку подходят только хищники. – Мэтт подвел меня поближе к загону и отступил назад. – Сейчас я дам тебе морковку, чтобы ты могла закрепить у Гектора приятные ассоциации с твоим появлением.

– У меня есть галета из фруктов и орехов. – Я принялась шумно разворачивать фольгу и протянула руку с шершавым шариком из зоомагазина.

Конь посмотрел на меня задумчиво и не стал тянуть морду. Мэттью тихо возник рядом и отдал коню обыкновенную морковку.

– Эй! – тихо возмутилась я, глядя, как конь шумно хрустит лакомством.

В расстроенных чувствах я достала из кармана еще один фруктово-ореховый десерт для лошадей и обиженно съела. На глазах у ошарашенного животного я причмокнула с явным удовольствием и мысленно решила, что теперь буду иногда брать эти галеты по дороге с работы – но уже для себя.

– Теперь попробуй сама. Аккуратно, вот так. – Мэттью показал, как правильно передать морковку коню, и снова отошел.

Видимо, с овощами в их первозданном виде Гектор был знаком ближе, чем с прессованными вкусняшками, потому что морковь из моих рук он взял куда как охотнее. Я не могла оторвать взгляд от того, как, поднимая губу, жует свой завтрак это большое и гордое животное.

– Теперь ты должна показать ему, кто в вашей паре лидер. Твоя задача – обозначить свое пространство. Погладишь Гектора, а затем начнешь шагать на него и вернешь в стойло. Ни шагу назад.

Я проделала все, что от меня хотел Мэттью, и с удовольствием отметила, что конь сам возвращается на место, не пытаясь нарушить мои границы или ослушаться, и проявляет достаточно смирения.

– Ну вот, все отлично! Контакт налажен. – Мэтт отпустил поводья и посмотрел на меня с восхищением.

– Анна, как всегда великолепна!

Тот же самый мужчина, который вчера возник у нашего столика в пиццерии, направился к нашему загону.

Мэтт, который стоял к нему спиной, ловким движением надвинул шляпу на глаза и затворил калитку за Гектором. Я подумала, что, если в Мэттью опознают моего вчерашнего спутника, не случится ничего страшного и я найду, как это объяснить логически. Я скажу, что у нас состоялась беседа коневодов? Коневодоведов?

Впрочем, незнакомец в сторону конюха не смотрел вообще.

– Сделаем пару кружочков по полю, обменяемся новостями? – предложил мужчина, которого я мысленно окрестила мистер Твид. Сегодня он снова был одет в свою любимую клеточку.

Новостями? Это какой-то красивый эвфемизм слова «сплетни»? Но именно за этим я сюда и пришла. Узнать как можно больше тайн. И, возможно, часть из них прольет свет на то, куда пропала Анна, что случилось с дочерью мэра и откуда у нас взялось тело неизвестной.

– Сначала пусть подготовят вашу лошадь. С моей Мармеладкой будет попроще. Да, крайнюю слева, пожалуйста, когда закончите с конем для дамы.

Мистер Твид даже не глянул в сторону переодетого конюхом полицейского и вышел из конюшни.

Мэттью подвел ко мне Гектора и заверил меня:

– Все будет хорошо. Тебе подсказать, с какой стороны у лошади перед?

– Очень смешно.

Напарник подсадил меня в большое кожаное седло и подтянул ремни, убеждаясь, что все надежно закреплено, а я устроилась правильно и удобно.

Видимо, Гектор все-таки принял меня за Анну, так как двинулся достаточно спокойно, а не рывками. С облегчением я почувствовала, что конь мне доверяет. Я вспомнила все те разы, что оказывалась в седле, а еще правила, которые вычитала в интернете. Впрочем, они мне почти не понадобились: Гектор сам вышел на дорожку, предназначенную для конных прогулок, и спокойно побрел по длинной дуге. Кажется, сестра плотно и плодотворно поработала с ним последние недели две. На третьем круге ко мне присоединился мистер Твид.

– Как у вас дела, милая?

Что бы на моем месте ответила Анна? Как отреагировала? Ну, конечно. Нужно рассказать обо всем и ни о чем и сразу перейти к вопросам.

– У меня все по-прежнему. Иногда устаю, и хочется все бросить. Хотя, кажется, мне легче, чем многим. Вспомнить хотя бы то, как сейчас себя