Переводчица. Украденная репутация - Вера Вильсорова

полупустую чашку с чаем. Стыдно должно быть перед Анной Викторовной, которая рекомендовала меня, а я начинаю закручиваться вокруг личных забот, подтягиваю прошлое. Пусть офисные заботы накроют меня с головой и перекроют любую хандру.

На нашем этаже, почти у самой двери, меня остановил господин Брандт.

Ой, тебя тут не хватало! Нет-нет, только не смотри на меня!

– Рита, что случилось? – по-отечески он чуть тронул за плечо, я отстранилась. – Нигде не мог найти вас.

– Всё в порядке, спасибо, – пряча красные глаза, быстро сказала я. – Вы по делу?

– Не поладили с Партугас? – Вальтер словно пропустил мимо ушей мою отговорку и вопрос.

– Нет, но, я уверена, – я наконец-то посмотрела ему прямо в глаза. – Если она говорит для меня что-то и не очень приятное, она права.

Пока он не успел отреагировать на мой выпад, я извинилась и, сославшись на срочные дела, поспешила уйти.

1 Так точно.

Глава 6. Господин Брандт – немецкий шпион

Май, 26, понедельник, 2014

"Рита, здравствуйте! Жду отчёт по работе над практической частью. Пожалуйста, не думайте, что офисные задачи снимают с Вас учебные обязанности.

С уважением,

Литвиненко А.В."

Дождалась. Письмо от Анны Викторовны. С самого утра оно уничтожило зачатки хорошего настроения. Я пыталась представить, с какой интонацией преподаватель сказала бы эти слова при личной встрече. Вполне могло быть, что время для лёгких укоров прошло. На календаре – конец мая. Все сроки остались давно позади, и на месте Анны Викторовны я бы тоже начала прижимать к ногтю нерадивую студентку.

Всю дорогу до работы я прикидывала план, как мне уложить до конца недели все срочные дела и успеть отправить дипломные наработки до пятницы.

В офисе меня ожидали другие неприятные новости. Лена встретила в кабинете и строго напомнила, чтобы в следующий раз при отправке документов я была внимательнее и следила за всеми вложениями и, главное, получателями, которых может быть порой больше трёх.

Секретарь ушла, и мне стало совсем паршиво. День как начался ни то ни сё, так и продолжился. От бумаг воротило.

Кто не ошибается? Неужели они все всегда аккуратны и точны? Дай им любую задачу, выполнят в срок. Да дай им слона, они его в угольное ушко просунут и прогонят ещё туда-сюда…

Мне казалось, что все клиенты во всём мире узнали, что в "Фогель и Ко" работает нерасторопная студентка Рита, и лучше туда не соваться – как есть напортачит.

Позже, в моём новом положении, конечно, все эти заботы давно померкнут в памяти на фоне другого потрясения. Они еле как вспоминаются простыми рабочими моментами, размеренной офисной жизнью, к которой так хотелось бы вернуться, но главная ошибка давно была сделана. Просто тогда я ещё этого не знала: открыто общалась с Брандтом, выполняла его поручения, отдыхала в перерывах с Максом и настраивалась на рабочую волну с Леной и Дорой…

Одна радость в то утро всё же нашлась быстро – я пришла гораздо раньше и, пока в коридорах и кабинетах застыла напряжённая тишина, могла насладиться спокойными минутами в полном одиночестве. Чтобы немного успокоиться после выговора Лаврецкой, я позволила себе бездельничать.

Как обычно, открыла окно, провела нехитрый осмотр и осталась довольна – на парковке в свете высокого утреннего солнца сверкала боками чёрная "Ауди" господина Брандта. Соседний парк полнился детскими голосами: по ярко-зелёным газонам носились школьники с огромными рюкзаками.

Снова посмотрев на часы, я с чистой совестью достала из сумки "Житейские воззрения Кота Мурра" Гофмана и решила дочитать главу.

Неработающий стационарный телефон, который до сих пор обитал на моём столе, напомнил, что я забыла свой мобильный в кармане пальто в гардеробной, куда я поспешила спуститься.

По возращении я с испугом обнаружила в кабинете господина Брандта, который, заложив руки за спину, склонился над моим столом. Маловероятно, что его привлекли неразборчивые даже для русского человека каракули в моём блокноте. Начальник грозно всматривался в текст книги.

– Доброе утро, – первой поздоровалась я.

– Рита, здравствуйте, – ответил он и снова беззастенчиво вгляделся в страницы.

– Прошу прощения, – я поспешила убрать лишнее со стола в сумку.

– Рита, у меня только один вопрос…

Нарвалась – сейчас ещё от него прилетит, отчитает меня за посторонние занятия.

– Это больше не повторится, – сухо уверила я, не дослушав претензии. – Принимаюсь за работу.

– Почему вы не читаете Гофмана в оригинале? – голос Вальтера звучал не осуждающе, а заинтересованно.

Такого поворота я не ожидала и не сразу нашлась, что ответить. Честность пришла на помощь.

– Не уверена, что смогла бы осилить книгу в оригинале. Допустим, Ремарк, поддался бы мне, но только не Гофман. Это ровно как.... – я решила хоть немного исправить ситуацию. – Дать вам какого-нибудь… Тредиаковского.

Кого вспомнила! А что у нас там ещё есть из старенького, чтобы поставить его в тупик.

– Или… – мой голос совсем изменил мне. – Или Буслаева. Очень интересные лекции. В них есть немецкие легенды, очень увлекательно. Наверное, вы их так все знаете. Представляете, Буслаев читал их для Николая Второго. Царя… нашего…

Может хватить топить Брандта? Теперь ты выставляешь его невежей, который не знает мировую историю.

Но Вальтер, кажется, и не думал оскорбляться, он с тем же любопытством смотрел мне в глаза, чуть склонив голову вбок.

– Вы меня заинтересовали, – он подтвердил мои догадки. – Как, вы сказали, имя последнего?

– Буслаев. Но мне попалось издание, в котором нужно привыкнуть к необычным буквам из прошлого нашего языка…

Незнание того, как описать по-немецки букву «ять» заставило меня задуматься. Пришлось выкручиваться, подключая письмо.

– Вот, там много таких букв… Их не стало после Революции. Секунду, – я торопливо взялась за карандаш и старательно вывела крупную "ять" в блокноте, повернула: – Вот, посмотрите.

– Ах, да, – Вальтер улыбнулся и перешёл на русский. – Я видел такие, знаю.

– Представляете, студенты в то время придумали забавное стихотворение, чтобы запомнить слова с этими несчастными "ятями", – продолжила я так же на родном. Мне так хотелось любой глупостью задержаться с господином Брандтом наедине.

– Только не говорите, что вы знаете его наизусть, – Вальтер улыбнулся.

Он не торопился уходить и словно ждал от меня всё новой и новой информации.

– Увы, – я пождала губы. – Только первые две строчки: Белый, бледный, бедный бес убежал голодный в лес.

– Каких бесов вы тут изгоняете с утра пораньше, а меня не зовёте?! – К нам заглянул Макс. – Здорова, немчура!

– Доброе утро, – почти в один голос ответили мы с Вальтером.

– Ты ничего не пропустил, я рассказала