Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

Хогарт не ответил. Он распахнул тяжелую деревянную дверь и первым вошел на лестницу. Пахло сыростью и известью. Засохшие пятна воды на потолке. Местами штукатурка отваливалась от стен.

Ондржей указал на почтовые ящики.

– Ломег живет на третьем этаже, квартира номер семь.

Хогарт заглянул в почтовые ящики. Одни были погнуты, у других дверца держалась всего на одной петле. В отличие от прочих ящик Ломега был набит битком. Хогарт пролистал торчавшие из щели бумаги. Самая старая датирована началом сентября. Это означало, что Ломег не опустошал свой почтовый ящик неделями.

Они углубились в коридор. Стук подкованных железом сапог Ондржея эхом отдавался от стен. В конце коридора винтовая лестница направо вела на верхние этажи, налево – в подвал, откуда несло затхлостью.

Перед квартирой номер семь на третьем этаже лежал изношенный коврик. На стене, вместо дверного звонка, торчали оголенные провода. На полоске бумаги, приклеенной под глазком, печатными буквами было написано «АНТОНИН ЛОМЕГ». Хогарт и Ондржей прижались спиной к стене по обе стороны от двери, пока Ивона стучала.

Ничего не произошло. Через несколько мгновений дверь на первом этаже открылась. Хогарт глянул через лестничные перила. По ступенькам поднималась пожилая толстуха в бигуди и домашнем фартуке в цветочек.

– К нам гости, – прошептал он.

– Убирайтесь оба, я справлюсь сама! – решила Ивона.

Ондржей и Хогарт поднялись по последнему лестничному маршу на чердак. Сквозь прутья перил они видели, что происходит этажом ниже.

– Привет, Антонин! Открывай уже! – кричала Ивона по-чешски и барабанила в дверь, пока женщина не подошла к ней.

– А теперь успокойтесь, барышня! – проворчала старушка по-чешски.

Хогарт, затаив дыхание, слушал разговор. Судя по тому, с каким апломбом вела себя толстуха, она, скорее всего, была здешней управляющей. Ивона пожаловалась на Антонина, которого не было дома, хотя они договорились встретиться. Притворилась, что оставила в квартире Антонина книгу, которая срочно нужна ее сыну для учебы в профессиональном училище.

Хогарт услышал, как управляющая звякнула связкой ключей и открыла квартиру. Затем обе женщины скрылись внутри.

– Ничего путного из этого не выйдет, – проворчал Ондржей.

– Ивона хорошо справляется.

– Что она успеет узнать за эти несколько минут? Квартиру уже обыскивала полиция.

– Она частный детектив, – прошептал Хогарт. – Что-нибудь да придумает.

Вскоре обе женщины вышли из квартиры. Дверь за ними щелкнула. Ивона действительно держала в руках книгу. Под разговор по поводу отвратительной погоды они спустились вниз. Хогарт услышал хлопок двери; предположительно, спутница Ивоны ушла к себе в квартиру. Чуть позже Ивона тихо поднялась по лестнице. Хогарт и Ондржей ждали ее у двери квартиры Ломега.

– Выяснили что-нибудь? – спросил Хогарт.

– Нет, – призналась она. – Мне и так хватало забот – отыскать подходящую книгу. Вы не представляете, какая там грязь. Если в этой дыре поцарапаться, заражение крови гарантировано.

– Ничего, что показалось бы вам подозрительным?

– Нет! Но…

Ивона достала из парки ключ и торжествующе помахала им перед лицом Хогарта.

– Я стащила запасной ключ Ломега.

– Умница! Разве я тебе не говорил? – Хогарт игриво ткнул Ондржея в бок.

Тем временем Ивона открыла квартиру. Они проскользнули внутрь и бесшумно закрыли за собой дверь.

Хогарт включил свет. Прихожую осветила голая лампочка. На пыльном паркете валялась обувь, а на вешалке висели пальто. Батареи, похоже, не работали, потому что изо рта Хогарта поднимался пар. Он снял трубку настенного телефонного аппарата и собирался нажать кнопку повторного набора, но гудка не было.

– Телефон отключен; вероятно, он не оплатил счет.

– Точно так же, как и счет за отопление. – Ивона потерла ладони.

Дверь рядом с Хогартом вела в комнату, служившую гостиной и спальней. Задернутые шторы приглушали стук отбойного молотка, доносившийся с улицы. Воздух был спертый и пропахший холодным сигаретным дымом. На низком столике стояло множество переполненных пепельниц. Повсюду валялись пустые пакеты из-под чипсов, источавшие прогорклый запах. Большую часть пространства занимала убирающаяся в шкаф складная кровать. На полу грязной кучей лежали заляпанные кофе простыни.

Ивона поставила книгу обратно на полку.

– Давайте поторопимся. Ломег может приехать с минуты на минуту.

Ондржей открыл шкафы.

– Здесь никого не было уже несколько недель. Что мы, собственно, ищем?

Хогарт порылся в ящике с бельем.

– Мы ищем газетные статьи о серии убийств, фотографии жертв, скальпель, шахматные фигуры, карту Праги с отмеченными местами обнаружения тел… или что-нибудь, что указывает на Миху Зайица. Если мы сможем доказать, что эти двое…

– Что-нибудь еще? – Ондржей рылся в куче затхлого белья.

Хогарт не ответил. Он повернулся к настенной полке, заставленной книгами, в основном потрепанными изданиями Достоевского, Вольтера или Сартра в мягких обложках, которые Ломег, по-видимому, купил на блошином рынке. В отсеке ниже лежали десятки видеокассет. Хогарт осмотрел покрытые толстым слоем пыли футляры. В основном эротические видео и художественные фильмы, что странно контрастировало с литературными вкусами Ломега. На большинстве футляров остались этикетки видеомагазина – фильмы были либо куплены по дешевке, либо украдены, либо не возвращены. Как минимум один из фильмов имел какое-то отношение к шахматам: на корешке с шахматным мотивом была напечатана надпись «Ход конем». В остальном не было никаких зацепок, указывающих на то, что здесь жил второй убийца.

Ивона даже простучала деревянный пол в поисках тайника под паркетной доской и заглянула за рамы картин на стенах, но безуспешно. Судя по всему, здесь жил обычный, пусть и несколько опустившийся, молодой человек, работавший неполный рабочий день на Пражском рыбном рынке и который из-за скудости дохода не мог позволить себе ничего большего, чем эта убогая квартирка в убогом районе.

Открыв дверь туалета, Ондржей поморщился:

– Вот черт, здесь воняет еще хуже, чем у Иржи.

Хогарт услышал, как Ондржей поднял керамическую крышку сливного бачка. Сам он прошел мимо туалета на кухню. Занавеска там тоже была задернута. За свою карьеру коммивояжера Хогарт повидал немало свиней, но Ломег превзошел всех. В раковине громоздилась гора грязной посуды. На противне в электрической духовке лежал лист алюминиевой фольги с засохшими крошками от пиццы. Пакеты с соком в холодильнике вздулись, в банках с огурцами плавала сантиметровой толщины плесень, а ломтики колбасы свернулись по краям. Вероятность внезапного появления Ломега была довольно низкой, поскольку, судя по состоянию продуктов питания, в квартиру не заходили уже несколько недель.

Хогарт обыскал все кухонные шкафы, но нашел лишь стаканы и неиспользованные столовые приборы. Наконец он увидел морозильник, тихонько жужжащий в углу. Индикатор горел красным. Хогарт уставился на крышку. От одной мысли о том, чтобы ее открыть, у него по спине пробежали мурашки. Возможно, Ломег был настолько невменяем, что собирал отрубленные части тел