Джули Чан мертва - Лианн Чжан

ничего. Когда у меня на мгновение наступило облегчение, я взвесилась. Минус целых два с половиной килограмма! Наверняка это просто вода, которую я потом наберу обратно, но хорошо видно, как уходит вздутие в животе. И пока я ждала, когда же чай подействует, то нашла несколько комплектов утягивающего белья размера XXXS. Если надеть их слоями, научиться не дышать и прошептать пару молитв, возможно, я все-таки влезу в это платье.

Кто-то стучит в дверь.

Наверное, Фиона. Я смываю за собой, мою руки, щедро пшикаю все вокруг спреем с иланг-илангом и, пошатываясь, выхожу из ванной. Голова кружится. Я почти сутки ничего не ела.

Открываю дверь.

Фиона окидывает меня странным взглядом. За ее спиной визажист и парикмахер. Она поджимает губы и кивает.

– Постройнела. Хорошо. Я переживала, потому что вчера ты выглядела ужасно. Скорбь тебе не к лицу.

Она не церемонится.

Я смутно узнаю визажиста и парикмахера, поскольку раньше сталкерила Хлою и ее окружение в соцсетях. Но я все равно прячусь в спальне и лезу в «Инстаграм», чтобы освежить в памяти их имена. Визажист – Фернанда. Парикмахер – Ким.

Я возвращаюсь в гостиную и пытаюсь вспомнить, как вообще вести разговор, пока они раскладываются, а у меня крутит живот. Сажусь в кресло для макияжа и слушаю, как Фиона перечисляет, кто будет на мероприятии, – с кем мне стоит фотографироваться, кого лучше избегать, потому что их вот-вот «отменят» или потому что они (якобы) склоняют к чему-то несовершеннолетних фанатов. Тем временем Фернанда лупит меня спонжем, а Ким тянет спутанные пряди. Кажется, от боли я выдрала себе чуть ли не половину волос, пока сидела в туалете.

– О, и обязательно представься Айле Харрис.

– Айле Харрис?

Фиона показывает мне свой iPad. @iloveisla, 312 тысяч подписчиков. В био написано:

«Контент-креатор, мама-одиночка двух сильных черных девочек.

Римлянам 3:23».

Я пролистываю ее ленту. Несколько рилсов с макияжем. Пара дерзких журнальных съемок. Живые фотографии с семьей. Лица детей она закрыла эмодзи, чтобы защитить от чужих взглядов.

– И что в ней такого особенного?

– Я разговаривала с другими ассистентками, и мы все уверены, что она станет новой Белладонной.

Сидя в туалете, я успела почитать про Белладонн. Насколько я поняла, у Беллы Мари есть привычка брать под крыло мелких инфлюенсеров. И у тех, кто попадает на ее орбиту, неизменно происходит взрыв популярности. Таких инфлюенсеров называют Белладоннами, потому что некоторые хейтеры считают эту группу токсичной, каким и является само растение. Они продвигают капитализм, избыточное потребление, культ внешности, нереалистичные стандарты красоты, продаются крупным брендам, в целом оторваны от реальности и так далее.

Этот термин в основном используется на токсичных форумах, где собираются сплетники, и пока не получил широкого распространения среди обычной публики. Похоже, Фиона узнала это слово и теперь постоянно использует.

Из любопытства я решила выяснить, когда Хлоя познакомилась с Беллой Мари.

Пять лет назад у моей сестры было 300 тысяч подписчиков на «Ютубе» и 71 тысяча – в «Инстаграме».

Через год после того, как ее якобы приняли в Белладонны, ее аудитория удвоилась. С тех пор ее соцсети показывали стремительный рост. Из неловкой, старающейся изо всех сил ютуберши Хлоя превратилась в настоящего инфлюенсера высшей лиги.

– Но почему Айла? – спрашиваю я.

Фиона складывает губы и брови так, будто хочет сказать: «Ну очевидно же».

– Эммелин?

Имя Эммелин мне знакомо по поискам в сети. @em94. Одиннадцать миллионов подписчиков в «Инстаграме» и пять миллионов в «ТикТоке». Она двоюродная сестра Беллы Мари, такая же светловолосая и худая, но вместо пронзительно голубых глаз у нее карие. Земные, а не небесные. Ее ниша – путешествия и мода. У нее есть подкаст, где она жалуется на свою роскошную жизнь, философствуя о якобы «озарениях» – выводах, к которым обычные люди приходят еще в подростковом возрасте. Я бы описала ее контент так: «я богатая и несчастная, но при этом красивая такой будто бы достижимой красотой, так что подписывайтесь, вы, простолюдины!» Она ведет отдельный аккаунт для своей собаки – Мэдлин, белого йоркширского терьера, который, судя по фото, с радостью вцепится вам в щиколотку просто ради удовольствия. У этой собаки двести тысяч подписчиков.

Недавно пользователи сети откопали ее старые расистские твиты, где она сравнивала меньшинства с животными и жаловалась на наплыв мигрантов. Я бы не сказала, что они ужасающие, – я вообще никого не критикую, – но читать их было очень неприятно. Позже она извинилась в видео, заливаясь слезами: «Это было восемь лет назад. Я была подростком. Я изменилась и продолжаю морально расти. Я ежедневно окружаю себя сильными людьми разных рас и во всем их поддерживаю. Я искренне сожалею о причиненной вам боли». Поклонники простили ее довольно быстро – вероятно, потому, что она невероятно красива, когда плачет. «Она молода, – писали в комментариях. – Это было восемь лет назад! Люди меняются!»

– Тебе стоит подружиться с Айлой, – говорит Фиона, – учитывая, что вы с ней единственные цветные в этой компании.

Я киваю, чем раздражаю Фернанду, которая в этот момент рисует мне стрелки. Я беззвучно прошу прощения.

Зависая на сабреддите /r/chloevansnark[4], я узнала, что Хлою иногда критикуют за то, что она общается только с белыми. «Хлоя Ван Хейзен – типичный случай внутреннего расизма, – написал один из комментаторов. – Я ни разу не видела ее рядом ни с одним азиатом, хотя она живет в самом многонациональном городе на планете! Не говоря уже о том, что она встречается только с белыми мужчинами. Она буквально напрашивается, чтобы ее тело колонизировали. Наверное, жалеет, что не родилась белой».

Но эти упреки адресованы только Хлое. Никто не жалуется, когда Белла Мари выкладывает фото со своими подругами со скандинавской внешностью. Как будто к Хлое относятся строже, потому что она – представитель меньшинства и «должна быть одной из нас». Эти комментаторы – полные идиоты. Даже если биологически она азиатка, выросла она в белой семье. Ван Хейзены наверняка из тех, кто любит рассказывать, что их далекие предки приплыли на «Мэйфлауэре», демонстрируя тем самым якобы внушительную родословную, при этом лениво развалившись в поместьях, доставшихся им по наследству. С таким воспитанием неудивительно, что Хлоя вращалась исключительно среди белых.

И все же меня поражает, что Хлоя никогда не давала отпор этим комментаторам. Фиона – цветная, разве этого недостаточно? И наверняка у нее есть и другие друзья не из белых. По крайней мере, я надеюсь на это.

Я понимаю, что лазить по хейтерскому сабреддиту про Хлою не совсем правильно. Но остановиться невозможно. Каждый скролл, каждый злой