Искатель, 2012 № 08 - Журнал «Искатель»

— В лесу. Вы правильно расслышали. Сообщники предлагали их перекрасить, поместить в камеру хранения на вокзале и иногда менять ячейки, попытаться вывезти за границу сразу же. Но мисс Дейл все это забраковала. Она сказала, что все вещи надо просто зарыть в лесу — это так просто, что никому и в голову не придет там их искать. Да и найти невозможно. Опять же, без доступа воздуха они лучше сохранятся. Ее послушались, и ночью мисс Дейл и один из грабителей отвезли все в лес. В машине лежали ценности и молодые деревца, которые были выкопаны с корнями совершенно в другом месте. Яму подготовили в довольно глухой части леса — благо, лесов возле города полно. Ценности, завернутые и упакованные должным образом, зарыли в землю. Сверху мисс Дейл посадила деревца, полила их и положила мох, который снимали пластами, стараясь по возможности не повредить. «Смехатура! — сказала она мне. — Это было как в шпионском романе! Место знали только я и он. Это было так глупо и нарочито, что никто просто не имел права до этого додуматься, пусть даже за пятнадцать лет». Никто и не додумался.

— Значит, она обманула всех нас. Она...

— Она любила вас, — перебил меня Дик. — Пятнадцать лет — срок большой. Мисс Дейл в самом деле была к вам привязана и, чтобы облегчить вам шок от ее исчезновения, придумала историю с несчастьями в семьях ее клиентов. Она надеялась, что все вы решите, что она расстроилась так сильно, что просто уехала и не хочет возвращаться. И все. Я проверил: за последний год она проводила работы в двухстах сорока девяти квартирах. В пяти из них произошли несчастья. Все зависит от того, как подать информацию. Если рассказать про пять, не упоминая о двухстах сорока девяти, — эффект будет сильным. Особенно это должно было подействовать на мисс Гвендолен, потому что ваша Мишель ее больше всего боялась.

— Гвендолен?

— Ну конечно. Гвендолен, простите меня, глупа. «Только она могла додуматься до того, что я делаю, — сказала мисс Дейл. — Кроме Гвен, никому это и в голову бы не могло прийти». Она была права — мисс Гвендолен и в самом деле обо всем догадалась. Кроме главного, конечно, — мысль о предательстве «милой Мики» никогда не появилась бы в ее преданном мозгу. Она первая почувствовала, что Мишель не вернется. Она позвонила в мой кабинет, когда вы сидели там, чтобы сказать, что записка со странным текстом — шпионский шифр. Она...

— Так вы все слышали?

— Ну конечно. Мисс Гвен очень волновалась и кричала так, что странно было бы не услышать.

— Уж не хотите ли вы сказать, что там и в самом деле был шпионский шифр?

— Что шпионский — нет, а шифр — да, я хочу сказать именно это. Причем это был самый простой шифр на свете. Вы же сами говорили мне, что у мисс Дейл была плохая память, но она была пунктуальна, так как все записывала. Один из листков с бессмысленными рядами цифр был отмечен в углу самой обыкновенной галочкой — такую ставят бухгалтеры, проверяя счета. К тому же мне с самого начала особенно странным показалось слово «все» в конце записи. Когда вы процитировали мне: «Люди забыли о простоте, и в этом их ошибка», — я позвонил специалистам по шифрам и попросил взять листки из моего кабинета и посмотреть. Цифры с листка обозначают просто порядковый номер нужной буквы из каждого слова, хотя из предосторожности мисс Дейл все же начинала не с первого, а пятого, кажется, слова. На самом деле там было написано: «Три. Париж. БМВ. За углом». Это означало, что мисс Дейл собиралась улететь в Париж трехчасовым ночным рейсом, а за углом, прямо в ночь пикника, ее ждал БМВ с сообщником за рулем.

— Вы хотели проверить, правы ли вы, и поэтому морочили нам голову аквариумом и обезьянкой? Да? Ведь они тут ни при чем?

Дик покачал головой.

— Как вам не стыдно так меня обижать? — укоризненно спросил он. — Конечно, я не морочил вам голову. Я и в самом деле заподозрил истину в тот момент, когда мисс Гвен сказала, что аквариум был отдан ей.

— Но почему?

— Мисс Дейл собиралась, как говорит молодежь, смазать лыжи, то есть, попросту говоря, смыться. А она совсем даже не плохой человек. Рыбок брать с собой было невозможно, а оставить их без ухода — жалко. Я сразу это предположил, и так оно и было. Мисс Дейл спрашивала меня об их здоровье, а я даже не знал, что ей ответить.

— А обезьянка?

— Да она просто купила такую же обезьянку — помните, мадам Лекло видела ее с кольцом. Мисс Дейл купила брелок и держала его пока в ящике стола на работе — ведь там никто из вас никогда не бывал. Действительный свой талисман она по-прежнему возит с собой. Я его видел. Оставляя обезьянку, она надеялась дать вам понять, что совершенно порвала с прошлым. Надеялась, что вы поймете это и не станете ее искать. Но, как видно, напрасно. «Все, что я делала эти годы, было сделано хорошо, — сказала она. — Я совершила только одну ошибку: мне не надо было так сильно привязываться к ним. Как-то само получилось, я и не заметила. Если вы возьметесь дать им понять, что со мной все хорошо... Может быть, они и не догадаются. Невозможно представить себе Бланш, которая копает яму в лесу в поисках клада или смотрит на привычные ей листочки с моими знаменитыми цифрами как на шифр». Я сказал, что возьмусь.

— На что она надеялась-то?

— Надеялась исчезнуть — и все. Не ожидала, что вы проявите такую настойчивость. Люди так же часто недооценивают привязанность к ним других людей, как и переоценивают.

— Она будет жить во Франции?

— Она будет жить во Франции. Она может теперь позволить себе все, вплоть до покупки других документов. Она дала зарок никогда больше не приезжать сюда, но, увидев мое объявление о мисс Гвен...

— А почему Гвен?

— Мне кажется, — задумчиво сказал Дик, — что она пользуется большей любовью, чем все остальные, по той простой