Смертельная глубина - Уилл Дин

– Мне неприятна мысль о том, что мы, ну, распотрошим пацана, – говорит Джамбо, прочистив горло. – Честно, нет. Только не здесь. С этим нужно подождать.

Халвор несколько секунд молчит. А потом говорит:

– Мне сказали, что ничего подобного в камере мы делать не будем. Только соберем образцы.

На секунду его голос затихает.

– Извлечем биологические жидкости.

Майку явно становится легче.

Как и всем нам.

Спок достает иглы, бутылочки и пакеты из набора, а потом располагает их на койке, накрытой тонкой клеенкой.

– Ты готов, Лео? – спрашивает Спока Халвор.

– Готов.

– Передаю тебя Гонсалес.

Она говорит, наблюдая через иллюминатор:

– Мне сказали, что в первую очередь нужна кровь. Нам нужен доступ к той, которая меньше всего пострадала от посмертного застоя. Это венозная или из бедренной артерии Джавада. Ты понял?

– Так точно, – говорит Спок.

Лицо Гонсалес блестит от пота.

– Тактическими ножницами разрежь ему штанину. Возьми образец, когда будешь готов. Тебе нужны дополнительные подробности или инструкции?

– Нет. Не нужны.

– Потребуется примерно тридцать миллилитров.

Спок разрезает пижамные штаны Пакетика, а потом достает шприц и иглу из упаковки. Майк не поднимает головы. Он странно выглядит без кепки. Он всегда носит кепку, снимая ее в последний момент перед тем, как надеть водолазный шлем. Джамбо пялится в потолок. Андре сидит, крепко зажмурившись. Но из-за того что я снимаю, мне приходится смотреть. Других вариантов нет.

Спок быстро находит вену или артерию и тянет вверх поршень шприца. Темная кровь Пакетика наполняет пластиковый цилиндр. Я представляю, как кровь продолжает течь, заполняет шприц, льется на пол, на стены, забрызгивает потолок и всех нас. Я прогоняю эту мысль. Спок мягко достает иглу, кладет шприц в пакет и запечатывает его.

– Кровь собрана.

Я снимаю абсолютно все, как и было велено.

Голос Гонсалес звучит уверенно:

– Ватной палочкой собери любые частицы рвоты, желчи или слюны изо рта погибшего.

Спок затихает на какое-то время. Он делает то, что сказано, а потом говорит:

– Образцы собраны и запечатаны.

– Молодец, Лео. Теперь, пожалуйста, возьми мазки со слизистой.

Спок делает глубокий вдох и продолжает.

– Мазки взяты и запечатаны.

– Нас спрашивают, сможешь ли ты взять отдельные соскобы из-под ногтей, а затем поместить каждый из них в чистый контейнер. Если будет не хватать расходников, дай знать, мы пришлем еще.

Проходит несколько минут.

Майк и Джамбо проверяют состояние друг друга самым незаметным образом, церемонно кивая.

– Соскобы из-под ногтей взяты и запечатаны.

– Очень хорошо. Теперь ты мог бы собрать примерно сто волосков с головы погибшего вместе с луковицами? Мне передали, что, если это возможно, их нужно выдернуть из разных участков на коже головы, чтобы не оставлять залысину.

Майк поднимает голову и грустно ухмыляется.

– Вряд ли Пакетик теперь расстроится.

Мы все улыбаемся.

– Образцы волос собраны и запечатаны, – говорит Спок без единой эмоции в голосе.

Я вспоминаю обучение, которое когда-то проходила в Сиэтле. Вполне стандартный очный курс, где говорили о законе Бойля и изучали декомпрессионные таблицы ВМС США. Протоколы безопасности, обновленные в связи с крушением «Пайпер Альфа», из-за чего почти все морские меры предосторожности изменились моментально, особенно в Северном море. Одну из лекций читал специалист по инфекционным заболеваниям из университета Вашингтона. У нее были торчащие черные волосы и зеленые глаза, как у кошки. Она предупредила нас о почти невероятной скорости распространения бактерий в такой влажной среде, как колокол или барокамера. О том, насколько жизненно необходимо постоянно протирать руки и поверхности. Что пользоваться общими столовыми приборами нельзя, а остатки еды нужно немедленно утилизировать через медшлюз. Она сказала, что не представляет иных условий, в которых бактериальная или вирусная инфекция могла бы так быстро распространиться и представлять такую опасность. Ее задачей было донести до нас, насколько важна гигиена при погружении под давлением.

Удивительно, но теперь, когда каждый из нас надел перчатки и маску, мы все почувствовали себя более непринужденно.

Все снова стало таким, каким и должно быть: здесь соблюдаются протоколы, а кто-то, обладающий властью, руководит нашими действиями, пусть и удаленно. Все под контролем, и Спок справляется.

Халвор подключается, чтобы сказать, чтобы мы не трогали одежду Пакетика. Потом Гонсалес просит Спока взять образец мочи, всадив иглу глубоко в мочевой пузырь погибшего.

Спок отступает на полшага и врезается в другую койку.

– Есть другой способ? – спрашивает он. – Через катетер?

Тишина. Пять секунд. Десять.

Затем Халвор говорит:

– Нам сказали, что иначе нельзя.

Спок смотрит на новую иглу.

– Нет, – отвечает он. – Мне это неприятно.

Я встаю.

– Давайте я.

Глава 16

Я занимаю место Спока между койками и в этот момент пихаю ступню Пакетика в носке. Замираю на мгновение. Спок не встречается со мной взглядом, когда мы меняемся местами и сталкиваемся руками.

Постельное белье на полу. Подушка. Мой МР3-плеер. Этот юноша еще сегодня был жив. У него впереди была вся жизнь, подводная карьера, может, дети, а возможно, однажды и внуки. Теперь все эти будущие жизни уничтожены.

Его кожа местами побледнела, а кое-где осталась темно-красной.

Гонсалес объясняет, что я должна сделать: ввести иглу прямо над лобковой костью.

Я делаю то, что она велит, и помещаю образец мочи в контейнер.

Джамбо снимает процесс на мою камеру.

Затем Халвор инструктирует нас насчет того, как передать контейнеры через медшлюз. Это занимает много времени. Каждая крышка должна быть расположена достаточно свободно, чтобы содержимое не пострадало из-за перепада давления. Внезапно в голове всплывает еще одна непрошеная картинка, на этот раз о жидкости, которая разлетается во все стороны, задевая нас, заражая, и о том, что будет после – уборке и бесконечной дезинфекции. Я сосредотачиваюсь на своей задаче. Передаю контейнеры одна, чтобы снизить риск заражения. Запечатанные конверты и ватные палочки в тубусах. С другой стороны операторы системы жизнеобеспечения в перчатках помогают Гонсалес защелкнуть крышки и организовать образцы. Методично, под камерой, они наклеивают на них ярлыки и складывают в сумку.

Халвор говорит:

– Вы все молодцы.

– Что теперь, шеф? – спрашивает Майк.

– Мы отправим вам мешок для тела, – говорит Халвор, и его норвежский акцент становится гораздо заметнее, голос звучит низко. – Для того чтобы, скажем так, упаковать его, понадобятся двое из вас.

Мы молчим. Сидим в масках и перчатках и молчим.

– А родственники? – в конце концов спрашивает Майк.

– Мы с этим разберемся, – отвечает Халвор.

Мешок для тела передают через медшлюз. Насколько я понимаю, на судах такого размера на