Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер

— Что вы там, черт возьми, придумали? — спросил Юханссон, забрав пакет.

— Бу здесь ни при чем, — пояснил Макс.

— Как так ни при чем? — поинтересовался Юханссон.

— У него возникли препятствия, — объяснил Макс. — Ему пришлось в чем-то помогать дочери.

— Ага, — буркнул Юханссон.

— И я сам позаботился обо всем, — добавил Макс.

— Вот как, — сказал Юханссон.

— Сначала все происходило точно так, как и в тот раз, когда шеф сам присутствовал, — продолжил Макс. — Он вышел на улицу и направился прямо в близлежащую пиццерию, расположился там и принялся за еду. Правда, на этот раз никому не звонил. Он заказал пиццу и бутылку красного вина — целую бутылку! — и выпил ее.

— Потом что?

— Потом ему понадобилось перепарковать машину. Одного не понимаю: почему он не поставил ее на нужную сторону сразу. Хотя это ведь его проблема, а не моя. Как только он подал назад, я оказался рядом, и ему пришлось наехать на меня.

— Ему пришлось наехать на тебя?

— Да, он задним ходом наехал на меня. Не велика проблема. Не из-за чего ныть. А заметив свою оплошность, открыл дверь и спросил, все ли со мной в порядке.

— И что ты сделал?

— Подошел и вытащил его наружу. Спросил, чем он, черт возьми, занимается. Сказал ему, что он пьян и ему нельзя было садиться за руль. Он начал выступать, и я треснул его по носу. Затем достал салфетку, лежавшую у меня в кармане, и вытер его лицо. Предложил впредь быть очень внимательным, раз уж он ездит в подпитии. Иначе может задавить кого-нибудь насмерть.

— Ты треснул его? Прямо по носу?

— Ладонью только, слегка, — сказал Макс и поднял свою правую руку, которая была больше, чем у лучшего друга Юханссона. — Ладонью по носу, но он ведь наехал на меня.

— По носу, значит?

«Парень проделывал подобные номера раньше, — подумал Юханссон. — Знает разницу между ладонью и сжатым кулаком».

— Лучшее место, если хочешь добиться кровотечения, но не планируешь убивать, — объяснил Макс и пожал плечами. — Если бы я въехал ему в челюсть или в бровь, он мог бы умереть. При этом я сумел бы раскроить ему череп так, что он и капли крови не потерял.

— Ты ничего больше не сделал? — спросил Юханссон.

— Нет, — заверил Макс. — Я просто ушел.

— Надеюсь, он все еще жив, — проворчал Юханссон.

— Само собой, — подтвердил Макс. — От капли крови из носа ведь не умирают?

— Нет, — согласился Юханссон. — Ты не нашел никакой другой возможности?

— Нет, — сказал Макс. — Вряд ли я мог войти в кабак и стукнуть его там. Прямо на глазах у присутствующих. Надеюсь, шеф не сердится на меня.

— Нет, — сказал Юханссон. — К сожалению, так обстоит дело. Если, конечно, тем все и закончилось.

«И я знаю по крайней мере двоих, кто мгновенно усыновил бы тебя за содеянное», — подумал он.

— Шеф, не сомневайтесь. Я говорю правду. Врут только плохие люди. А мне-то какая необходимость?

— Один вопрос, — сказал Юханссон. — Ты всегда разгуливаешь с бумажной салфеткой в кармане?

— Всегда, — ответил Макс. — На случай, если мне понадобится высморкаться. Шефа еще что-то интересует?

— Нет, — буркнул Юханссон. — Но, пожалуй, мне надо кое-что добавить.

— И что же?

— Спасибо, Макс, — сказал Юханссон и кивнул. — Ты заслужил благодарность. Но в следующий раз, когда будешь решать какую-нибудь проблему для меня, пожалуйста, сначала спроси разрешения.

— Естественно, — расплылся в улыбке Макс.

* * *

Юханссон внезапно испытал необъяснимое приятное возбуждение, словно снял повязку, стягивавшую его грудь, из-за которой ему порой было трудно дышать. Головной боли не было. Лишь переполняло ощущение свободы от всех проблем.

«Наконец-то», — подумал он.

82

Понедельник 16 августа 2010 года

Юханссон принял решение еще до того, как заснул предыдущим вечером.

СЭПО должна организовать всю практическую сторону. Можно в чем угодно упрекать полицию безопасности, но держать язык за зубами ее сотрудники умеют.

Если бы Юханссон отправил окровавленную салфетку Макса кому-нибудь из своих знакомых в обычной полиции, вполне возможно, он прочитал бы обо всем в газетах одновременно с тем, как получил ответ. О последствиях такого поворота событий он и думать не хотел, да ему и не требовалось этого делать, поскольку он знал все заранее.

Ему надо поговорить с Лизой, решил Юханссон. Лизой Маттей, его самым молодым и самым одаренным помощником за последние десять лет работы в полиции. Лиза последовала за ним из СЭПО в ГКП. А потом вернулась на прежнее место, как только сам он вышел на пенсию. Сегодня она в звании старшего интенданта трудилась в штабе генерального директора полиции безопасности, хотя ей было всего тридцать пять лет.

В понедельник утром Юханссон отменил поездку на лечебную физкультуру и позвонил Лизе Маттей.

— Юханссон, — отчеканил он, как только она ответила.

— Ларс, рада слышать тебя. Согласно последним новостям из нашего кафетерия, ты чувствуешь себя все лучше и лучше.

— Со мной не произошло ничего страшного.

«Ларс, — подумал он. — А где привычное «шеф»?»

— Могу я чем-то помочь тебе?

— Да, — подтвердил Юханссон. — Кроме того, сделать это можешь только ты. И без проволочек.

— Я готова встретиться с тобой через час, — сообщила Маттей. — Как много времени тебе понадобится?

— Пятнадцать минут, — сказал Юханссон.

«Малышка Лиза стала большой», — подумал он, положив трубку.

Спокойная, хорошо тренированная блондинка, со вкусом одетая, аккуратная, приятной наружности. «Лиза Маттей во всей красе, — подумал Юханссон, войдя в ее кабинет. — Кроме того, явно беременная, судя по ее круглому животику».

— Ларс, — сказала Лиза. — Как я рада тебя видеть. Можно тебя обнять?

— Ради бога, — ответил Юханссон и наклонился, чтобы ей было легче обхватить его руками.

— Знаешь, кто у тебя будет? — поинтересовался Юханссон, глядя на ее живот.

— Девочка. Уже выяснила. Не смогла сдержаться.

— А ее отец тоже полицейский?

— Ни в коей мере. Киновед. Работает в университете.

— Приятно слышать, — сказал Юханссон.

— Что я могу сделать для тебя, Ларс?

— Мне нужен ответ по пробе ДНК. Это щекотливая история. Если мы попадем в точку, я не хочу огласки.

— И какое дело стоит за ней?

— Нераскрытое убийство девятилетней девочки на сексуальной почве, совершенное двадцать пять лет назад. Срок давности по нему уже истек.

— Жасмин Эрмеган?

Лиза Маттей испытующе посмотрела на него.

— Да, — подтвердил Юханссон.

— Ты разобрался с ним?

— Да, — кивнул Юханссон. — Я почти на сто процентов уверен, что нашел его. Вдобавок он жив.

— Меня одолевает любопытство. Почему тебя заинтересовало убийство Жасмин? Оно ведь не из твоих старых дел?

— Требовалось чем-то заняться, пока я лежал в больнице.

— Ты верен себе,