Ложка меда в канистре бензина - Марина Серова

и прелестных дочерей-близнецов. Мужскую зависть обеспечивали Наталье деловая хватка и проницательность. В неполные сорок лет мадам Родионова достигла таких высот в бьюти-сфере региона, что подумывала об открытии салонов «Натали» в соседних областях и столицах — Москве и Санкт-Петербурге.

Все рухнуло в один момент. Машину занесло на опасном участке трассы Уфа — Белорецк, именуемом в народе «Тещин язык»; там, несмотря на периодически проводимые мероприятия по безопасности, автокатастрофы происходили довольно часто. За рулем «Шкоды» была Наталья, и ее, не зная, жива или нет, из искореженной машины вырезали автогеном.

Наталья выжила, пролежав в коме два месяца. Мужа и двенадцатилетних дочерей похоронили родственники. Старший брат Натальи, владеющий крупным автосервисом в Уфе, занялся ее бизнесом на свой взгляд и понимание — он просто закрыл салоны, выплатив персоналу все положенные деньги, а помещения начал продавать или сдавать в аренду. Собственно, все сделал честно и по закону. Врачи не гарантировали, что пациентка выйдет из комы в здравом уме, да и самого выхода из комы не гарантировали.

Алька познакомилась с Натальей Родионовой, когда та уже вовсю занималась бездомными собаками: подбирала, лечила, стерилизовала, обустраивала и даже пристраивала — в добрые руки, с ненавязчивым отслеживанием дальнейшей судьбы.

Приют с бесхитростным названием «Друг» располагался в промышленной зоне Уфы, где Наталья выкупила большой кусок заросшей бурьяном грязной земли. Все было вычищено и выровнено, огорожено крепким забором, по внутреннему периметру которого очень быстро построили теплые вольеры для собак. Все сохраненные братом деньги ушли на этот приют. Так Наталья выживала, помогая выжить друзьям человека, по вине человека и пострадавшим. Большинство собак было спасено в конце дачных сезонов из разных садовых товариществ; дачники, наигравшись летом, бросали в зиму хвостатых друзей самостоятельно выживать. Или умирать.

Муниципального приюта для бездомных животных в Уфе не было, хотя тема эта периодически поднималась, причем не только общественностью, но и некоторыми чиновниками. В принципе, никто не был против, все упиралось даже не в деньги, а в организационные проблемы.

Наталья организовала и законно закрепила существование приюта «Друг», предоставив бизнес-план, план развития и вполне прозрачную отчетность. Мало-помалу пошла финансовая поддержка от мэрии, одобренная Курултаем, от так называемых частных инвесторов — состоятельных людей, не утративших человечность в погоне за прибылью. Одним из таких был Олег Резников. Разумеется, с подачи супруги.

Первый репортаж о приюте «Друг», профессионально и душевно сделанный тележурналисткой Альмирой Резниковой, показали не только по местным, но и по федеральным телеканалам. Часть репортажа вошла в популярную передачу о животных «Собачье дело», выходящую на главном телеканале страны. Фрагменты, нарезанные из первого и двух следующих репортажей, с согласия Альки, завирусились на просторах интернета. И тогда руководство предложило Альмире Резниковой постоянную, с периодичностью два раза в месяц, авторскую программу о проблемах бездомных животных. Определенное лукавство в этом предложении было, так как финансирование съемок, монтажа и эфирного времени предполагалось возложить на предпринимателя Олега Резникова.

Слушая Альку, я опять поймала себя на мысли об источнике финансового процветания Олега. По словам Ларисы Алексеевны, денег там было много — физических денег, купюрами. Членство в совете директоров «БашНефтеторга» само по себе не делает человека миллионером, даже несколько ограничивает собственный бизнес. Во всяком случае, так по закону. Но собственный бизнес явно был. Не совсем законный, что ли? Или совсем не законный?.. Бензиновые реки текли по разным руслам? Нет, не буду спрашивать.

— Жень, ты меня слышишь? — пробился через мои размышления возмущенный возглас Альки.

— Да, да, конечно, ты уверена в том, что Наталья никогда бы не бросила своих собак.

— Ну да! Если уж она не свела счеты с жизнью после того, как семью потеряла по своей, между прочим, вине… Это она гнала там, чтоб в Белорецке засветло оказаться! Она сама мне это рассказала. Понимаешь, выжила, выцарапалась, жила с чувством вины, за собак взялась, чужую боль принимала, чтоб свою заглушить! Ты не представляешь, сколько она сил тратила, она ведь и жила там, на территории приюта, ей маленький А-фрейм построили! Ну не могла она сама!..

Помню по Алькиным репортажам каркасный дом в форме буквы «А» общей площадью около сорока квадратных метров, со всеми удобствами внутри. И Наталью помню: невысокая, спортивного вида, всегда в неброской одежде, очень активная. Короткая стрижка — практически ежик пепельного цвета, седину она не закрашивала. Про таких говорят, что это женщина без возраста.

Алька рассказывала, а я слушала вполуха, думая о том, как может быть связана смерть Натальи Родионовой с опасностью, угрожающей Альмире Резниковой. В том, что эта связь есть, я не сомневалась. Скорее всего, Игорь тоже… не сомневается.

Про сегодняшний инцидент с моим выходом за мороженым, про утреннее мое приключение с курьером-некурьером из пиццерии тоже хотелось бы понять. Может, и с ножом нападали не на меня, а на Альку?! Только все как-то тупо! Ну да, непрофессионалов в этом деле многовато. Может быть, Игорь бесится потому, что кто-то все время вертится под ногами и делает одну глупость за другой? То, что кто-то вертится, очевидно. И «любительство» зашкаливает. Да, у нас есть противник. Но он какой-то странный — тыкается как слепой котенок.

Стоп! Игорь сказал, что группа небожителей, которую он обслуживает, обещала подождать. Возможно, есть какие-то силы… несогласованные, что ли?.. Например, местные — тоже небожители по региональным меркам, их интересы кто-то оберегает, но все как-то по-дилетантски. Если Альмира Резникова как номинальная фигура, как лицо вновь созданной международной корпорации, назовем ее условно «бензин плюс мед», устраивает тех, на кого работает Игорь Брониславович, то, возможно, Альмира Резникова не устраивает местных — ни в каком качестве. Даже как главный пиарщик в той новой фирме! Им нужно, чтоб она испугалась и убежала? Или сломалась и отказалась? Думаю, что и то и другое. И тогда на место Альмиры Резниковой, с правом первой подписи, встанет… кто?

Конфуз с ее увольнением был? Был. Кто-то скомандовал Алькиному начальству, иначе — никак. Кто бы пошел на явное нарушение Трудового кодекса РФ, да еще по отношению к известной тележурналистке?! Поспешили сообщить, то есть отметиться в выполнении задания… перед кем? А потом очухались да и слились. Опять же, следователь Амирханов с его «основной версией». По чьему приказу он надавил?

Давление! Вот! Если принять за рабочую версию давление на Альку, то многое проясняется: уволить, оболгать, напугать. И делают это местные! До небожителей, с которыми связан Игорь, им как до луны, но здесь, в регионе, у них нехилый ресурс. Не только административный, но и силовой.

Картина в моей голове начала складываться. Итак, утренний «розовый