Операция «Лиссабон» - Валерий Георгиевич Шарапов

Лена поняла, что он догадался, и густо покраснела. От этого она стала еще красивее, но и недоступнее для Андрея. Ведь кольцо на руке означало, что она приняла предложение.

— Да. Прости, так получилось, — чтобы не показать ему брызнувших слез, она резко повернулась и, не прощаясь, быстро пошла к выходу из парка.

Догонять ее не было никакого смысла. Она уже все решила. Зная ее характер, Андрей понял, что этот разговор был у них последним. На следующий день он перекомпостировал билет и уехал в родительский дом.

Глава 6

Прошел еще год. Ломтев вцепился в учебу, как голодный пес в большую кость. Он четко осознал, что военный переводчик не может быть любителем, от него очень много зависит. Он должен быть профессионалом. Изматывая себя в лингвистическом кабинете и в спортзале, он легче переносил разрыв с Леной. До окончания института оставался последний семестр. Возбужденные и радостные курсанты готовились к новогоднему празднику и двухнедельным каникулам. Зато у Ломтева, наоборот, настроение было невеселое. По какой-то неведомой причине судьба именно в эти даты подкидывала ему непростые испытания, из которых он выходил с серьезными потерями. Сначала командировка в Анголу с последующим ранением и болезнью. Через год — разрыв отношений с Леной. Поневоле на память приходила народная пословица, что бог любит троицу. Экзамены он сдал удачно, дома тоже все было благополучно, но внутреннее беспокойство настойчиво сигнализировало, что и в этот Новый год следует ожидать сюрприза. Поэтому, когда за двое суток до отпуска его вызвали в спецчасть, он не сомневался, что грядет очередной поворот в его судьбе. Даже пришло некое облегчение — вот оно. Значит, томительное ожидание неизвестности закончилось.

В кабинете начальника отдела, кроме хозяина, его поджидал незнакомый мужчина в гражданском костюме. В отличие от сурового полковника он поднялся из-за стола и первым протянул руку. Поджарая фигура, цепкий взгляд, крепкое рукопожатие создавали благоприятное впечатление о человеке.

— Лукьянов Владимир Сергеевич, — четко произнес мужчина, глядя прямо в глаза.

— Товарищ майор хочет поговорить с вами, курсант Ломтев, — подал голос хозяин кабинета.

— Так мы пойдем, товарищ полковник, — это прозвучало не как вопрос, а как утверждение.

Они вышли из кабинета и направились в конец коридора. Там за лестницей оказался тупичок, слепой, как аппендикс. Две неприметные двери напротив друг друга. Одну из них и открыл своим ключом Лукьянов.

— Проходи, присаживайся, — по-хозяйски распорядился он.

Небольшая квадратная комната. Окно забрано решеткой, а стекла не то закрашены, не то заклеены бумагой. Минимум мебели — простой стол, без ящиков и тумбочек, просто столешница и четыре ноги. Два казенных стула с прямыми спинками. В углу высокий металлический ящик с двумя дверцами, по типу сейфа. На столе пишущая машинка и пачка бумаги. Все, больше ничего в комнате не было.

Владимир Сергеевич поставил на стол портфель и достал из внутреннего кармана пиджака красное удостоверение. Раскрыл его перед лицом Андрея, чтобы тот смог прочесть надписи. Они сели друг напротив друга.

— Давай проверим твои дедуктивные способности, — с улыбкой предложил майор. — Хотя мне больше нравится слово «аналитические».

— Первое Главное управление КГБ СССР; насколько я знаю, это разведка, — начал Ломтев. — А вот что такое управление «К», не знаю, — честно признался он.

— В Комитете государственной безопасности недавно прошла реорганизация, и наш отдел стал управлением. Литера «К» означает «внутренняя контрразведка», — пояснил гость. — Продолжай.

— У меня скоро выпуск, значит, вербовать меня в информаторы поздно.

Майор утвердительно кивнул.

— Если вы сразу не достали из портфеля бланк допроса, значит, и прегрешений за мной нет.

— И это верно, — снова подтвердил собеседник.

— Получается, вы либо хотите уточнить у меня какие-то детали по моей службе в Анголе, либо сделать какое-то предложение.

— А если точнее?

— Деталями операций по прошествии года, скорее всего, интересовалась бы контрразведка из Второго главка, а не внешняя разведка, как вы. Значит, предложение. Я прав?

В ответ оперативник достал из портфеля папку, на которой красовалась надпись «Операция „Зеленое море“». Он вынул из нее двухстраничный документ и протянул Андрею.

— Ознакомься.

Это была светокопия материала на португальском языке. Первый лист представлял собой казенный бланк, на котором сверху типографским способом было напечатано «Direсаo-Geral de Seguranсa».

— Директорат государственной безопасности? — удивился Ломтев. — Португальская тайная полиция?

— Именно, — подтвердил Лукьянов. — Прочти и дай резюме. У тебя десять минут.

Курсант уложился на минуту раньше.

— Это отчет о проведении операции «Зеленое море» в октябре 1970 года на территории Республики Гвинея по уничтожению военных кораблей, предоставленных Советским Союзом, силами диверсионных отрядов португальских морских коммандос. А также освобождение пленных из тюрьмы, атаки на штаб кубинских военных советников, правительственную радиостанцию, казармы республиканской гвардии. Отчет подготовлен Барбьери Кардозу.

— Это заместитель директора ДГС, то есть этого директората, — пояснил майор. — Ты о нем слышал?

— Нет, конечно. Мы в Анголе сталкивались только с португальскими наемниками, а не шпионами.

— Что ты знаешь о Гвинее?

— О которой? Их же четыре, — раскусил нехитрый трюк собеседника курсант военного института. — Гвинея-Конакри, Гвинея-Бисау, Экваториальная Гвинея и Папуа — Новая Гвинея. Первые три государства располагаются в Африке, а Папуа — Новая Гвинея — на острове Новая Гвинея к северу от Австралии.

— О какой речь идет здесь?

— Точно не о Папуа. Это далеко, и государственный язык там английский. Не Экваториальная Гвинея. Это бывшая колония Испании, и язык там испанский. Остаются Гвинея-Конакри, бывшая французская колония, и Гвинея-Бисау, бывшая колония как раз Португалии.

— Ну что же, — майор убрал документ в папку. — Мы действительно решили присмотреться к тебе, но хотим убедиться, что ты нам подходишь.

— Владимир Сергеевич, все-таки, что значит внешняя контрразведка?

— Поясню на примере, — стал терпеливо объяснять оперативник. — Если некий советский гражданин решил предложить свои услуги спецслужбам наших противников, то им занимается контрразведка, то есть Второе Главное управление. В случае, если это военный, то тогда к делу подключается военная контрразведка, то есть Третий главк КГБ. С ним ты знаком.

— Так точно, — закивал Ломтев. — В Анголе я был прикреплен в качестве переводчика к майору Купцову из этой структуры.

— Кстати, подполковник Купцов, — Лукьянов сделал акцент на новом звании особиста, — дал о тебе очень хороший отзыв. А вот если дело происходит за границей, с сотрудником посольства, торгового представительства или просто командированным, то тогда это прерогатива внешней контрразведки, то есть наша, управления «К». Мы занимаемся противодействием иностранным разведкам, в том числе вербуя агентуру в их рядах. Это если кратко, потому что есть много особенностей. Уразумел?

— Кажется, да.

— Если с твоей стороны возражений нет, то получи первое проверочное задание, — майор