Операция «Лиссабон» - Валерий Георгиевич Шарапов

пододвинул папку «Зеленое море» к Ломтеву. — Тебе три дня, чтобы сделать квалифицированный перевод представленных здесь документов. Работать с ними разрешено только в этой комнате. Выносить и рассказывать о них что-либо категорически запрещено. Вот тебе ключи, — Лукьянов протянул связку с двумя ключами. — Приходишь, закрываешься, работаешь, перед уходом запираешь все материалы в сейф. Приводить посторонних запрещено. Приносить любые предметы, кроме словарей, запрещено. Перевод печатаешь под копирку в двух экземплярах вот на этой машинке. Что непонятно?

— Если мне понадобится консультация по языку, могу я обратиться к нашим преподавателям?

— А что, словаря мало?

— Бывают редкие термины или человеческий фактор. Например, вы можете перерыть все словари русского языка и не найдете слово «малако», а это просто ошибка в написании слова «молоко». Опытный лингвист сразу это увидит, а новичок, как я, будет долго мучиться.

— Хорошо, можешь консультироваться, но только с майором Кононовым. На листе пишешь фразу и показываешь ему. Полностью показывать документ запрещено. Мы его предупредим. Еще вопросы?

— Я планировал завтра поехать к родителям, — неуверенно проговорил Андрей.

— С этим делом придется подождать. — Владимир Сергеевич достал из портфеля еще два листа бумаги. — Вот, Андрей, подпиши, поставь дату и время. Это подписка о неразглашении и согласие на сотрудничество. Теперь я твой куратор и несу за тебя полную ответственность.

В оговоренное время в дверь комнаты, где эти дни трудился Ломтев, раздался стук. Андрей убрал все бумаги в железный ящик и только после этого открыл дверь. Лукьянов одобрительно хмыкнул, заметив, что курсант скрупулезно выполняет все меры конспирации, и сразу перешел к делу.

— Показывай, что получилось.

Изучив машинописный текст перевода материалов португальской спецслужбы, благосклонно заметил:

— Все верно.

— Что значит верно? — удивился курсант. — Вы что, знаете португальский?

— Нет, я знаком с переводом, сделанным нашими специалистами. Твой практически идентичен, — спокойно заявил майор.

— То есть как? — не смог сдержаться Ломтев. — Вы меня проверяли?

— А ты как думал? — довольно жестко произнес оперативник. — Проверять и перепроверять — основной принцип контрразведки. Здесь не может быть никакой обиды.

— Понял, не дурак. Дурак бы не понял, — примирительно согласился Ломтев.

— С первым этапом ты справился — профессиональный уровень как переводчик продемонстрировал. Выполнил в срок, что немаловажно, и без нареканий. Теперь давай перейдем ко второму этапу. Проанализируй документ, что в нем может заинтересовать службу внешней контрразведки?

Владимир Сергеевич приготовился внимательно слушать. Андрей немного помолчал, собираясь с мыслями.

— Прежде всего хочу сказать, что заместитель руководителя Директората государственной безопасности Португалии Барбьери Кардозу, в свете спланированных и проведенных им операций, мне очень импонирует. Профессионал высокого класса.

— Согласен, — кивнул Лукьянов. — Теперь обоснуй.

— Итак, в тысяча девятьсот семидесятом году ему удалось по плану «Зеленое море» потопить весь флот мятежной Гвинеи-Бисау, который базировался в порту Конакри. Два десантных судна в сопровождении четырех больших патрульных катеров военно-морских сил Португалии после полуночи незаметно подошли к Конакри. Корабли разделились на три группы и произвели высадку в разных местах нескольких десятков диверсионных отрядов общей численностью около четырехсот коммандос. Пара надувных моторных лодок с пятнадцатью морскими боевыми пловцами направилась к причалам, где стояли катера гвинейского ВМФ. Бесшумно сняв часового, нападавшие стремительно заминировали корабли. За пятнадцать минут нападавшие уничтожили все семь катеров флота Гвинеи. В их числе четыре торпедных катера типа «Большевик» и три ракетных катера типа «Комар», предоставленных в виде помощи из СССР. Уже в два часа десять минут команда без потерь вернулась на борт своего судна. В это время в разных районах города другие отряды атаковали остальные назначенные объекты. После этого практически без потерь десант удалился на свою базу. Все это говорит о высоком профессионализме организатора.

— Согласен, — снова кивнул Лукьянов.

— Отсюда следует, что это только один эпизод, пусть и важный, осуществленный португальской разведкой в сложной многоходовой операции против повстанцев, — сделал предположение курсант.

— Совершенно верно. У молодых африканских революционеров не было такого опыта разведывательной и контрразведывательной работы, как у португальской охранки. Они не смогли дать достойный ответ, за что и получили через два года следующий сильный удар.

— Без сомнения, операция «Зеленое море» не могла быть осуществлена без глубокого проникновения португальских агентов в военное руководство и ближайшее окружение лидера революции Гвинеи-Бисау Амилкара Кабрала, хорошего друга Никиты Хрущева и Фиделя Кастро, — продолжал анализировать материал из толстой папки Ломтев. — Последовавшая через два года операция по устранению самого Кабрала была лишь еще одним элементом многоходовой операции Директората государственной безопасности, которую осуществили его агенты, проникшие в ближний круг лидера партизан.

— Какой вывод должен был сделать представитель контрразведки? — попросил уточнить Лукьянов.

— С уверенностью можно констатировать, что ДГБ удалось завербовать людей, которые проходили военную подготовку в СССР в 165-м учебном центре Генштаба Советской армии в Крыму и в Военно-морской академии в Ленинграде. Из этого следует, что португальская разведка владела информацией о курсантах, обучавшихся в СССР, преподавателях, учебных программах. Поскольку агенты департамента прошли обучение в СССР, то пользовались полным доверием со стороны местного гвинейского руководства, и это давало им доступ к самой секретной информации, которую передавал партизанам Советский Союз и его союзники. Разве это не очевидно, Владимир Сергеевич?

— Для нас с тобой, зная, что произойдет далее, конечно, очевидно. А вот для нашего коллеги там, среди характерной для африканцев тяги к непостоянству и анархии, это оказалось не по силам, — с нотками осуждения в голосе заметил майор. — Продолжай. Что еще удалось установить из документов?

— В папке оказался еще один план, разработанный под руководством Барбьери Кардозу. — Ломтев докладывал четко, по существу. — В соответствии с ним агенты ДГБ, кстати, один из них оказался командующим партизанским флотом, должны были арестовать Кабрала и других лидеров партизан и на катерах вывезти их из Конакри в контролируемый Португалией район Гвинеи-Бисау. На тот момент революционный флот состоял из трех патрульных катеров, поставленных из СССР по просьбе Кабрала взамен уничтоженных португальцами в ходе операции «Зеленое море». Двадцатого января тысяча девятьсот семьдесят третьего года заговорщики попытались арестовать лидера революции, но он и верные охранники сумели оказать сопротивление и были убиты на месте. После этого нескольких ближайших сторонников убитого нападавшие связали и доставили в порт. Под покровом ночи все три катера вышли в море и попытались скрыться. Но довести до конца намеченный план заговорщикам не удалось. После стрельбы поднялась тревога. Когда выяснилось, что Кабрал убит, а руководство партизан захвачено и вывезено из страны на военных судах, советские военные советники немедленно организовали погоню. В море срочно вышел эскадренный миноносец «Бывалый». Его аппаратура сразу установила местоположение диверсантов. Их быстро перехватили, и под прицелом орудий миноносца на катера