Деньги, деньги, деньги - Эван Хантер

Брак распался, когда Анджела просто не смогла больше этого выносить. Томми по-прежнему нюхал «перхоть дьявола», где бы он ни был — в последний раз они слышали, что он в Санта-Фе, Нью-Мексико.

Сегодня на месте Томми был помощник окружного прокурора по имени Генри Лоуэлл, который получил степень бакалавра в Дьюкском университетеXCI, степень юриста в Гарвардском университетеXCII и ещё какое-то образование в Оксфордском университетеXCIII, по крайней мере, так утверждали в раздевалке полицейского участка. Лоуэлл работал в прокуратуре уже почти пять лет. За это время он добился тридцати восьми обвинительных приговоров, что было впечатляющим результатом, четыре из которых были по делам об убийстве. Единственное дело об убийстве, которое он проиграл, было дело против человека, убившего отца Кареллы.

Возможно, именно поэтому Карелла не слишком его любил.

Пиздец.

Карелла не мог понять, почему его сестра спала с этим сукиным сыном и приводила его в дом своей матери на каждый сраный праздник. Это было то, чего Карелла не мог понять, но, возможно, он был просто старомоден. Может быть, он считал, что реальная жизнь в этом большом и плохом городе не похожа на греческую трагедию, где ты спишь с убийцей своего отца или ешь своих собственных детей. Учитывая, что убийца был наконец застрелен самим Кареллой или, может быть, Брауном, который стоял рядом с ним и стрелял в то же время...

Или, может быть, обоими...

Учитывая, что прошлое должно оставаться в прошлом...

Справедливость восторжествовала...

Глаз за глаз и всё такое...

Учитывая всё это...

Должна ли Анджела действительно думать о браке с этим мужчиной?

Но ещё хуже, чем её измена...

Как его мать могла так быстро забыть?

Вторым незваным гостем за столом сегодня был мужчина по имени Луиджи Фонтеро из Милана, Италия. Генри Лоуэлл сидел справа от Анжелы, а Луиджи Фонтеро сидел справа от Луизы Карелла — справа от матери Кареллы, да! Это был не тот «Луиджи»XCIV из старого телесериала, фруктовый торговец или кто он там был, человек, который говорил на ломаном английском, как иммигранты на рубеже веков, хотя действие сериала происходило в пятидесятых, как догадался Карелла, он видел только один повтор на канале «Ник-эт-Найт»XCV или на одном из ста девяноста девяти каналов, размножающихся как блохи на собаке.

Этот Луиджи был производителем мебели. Этот Луиджи изготавливал мебель по проектам некоторых из самых известных европейских дизайнеров. Этот Луиджи говорил на английском языке с едва заметным акцентом. Этот Луиджи носил костюмы, сшитые на заказ в Риме, и туфли, изготовленные вручную во Флоренции. Этот Луиджи держал мать за руку. Если бы это была греческая трагедия, Карелла отрезал бы этому Луиджи руку по локоть.

«Какая была погода, когда вы уезжали из Милана?» — любезно спросил Лоуэлл.

«В это время года в Милане всегда одно и то же», — ответил Фонтеро приветливо. — «Дождливо и холодно. Очень похоже на Париж.»

Два старых приятеля болтают о погоде.

Карелла хотел убить их обоих.

«Можем мы когда-нибудь поехать в Париж?» — спросила Эйприл у матери, одновременно показывая жесты.

Тедди ответила жестами: «Да, в следующие выходные, дорогая.»

«Правда?» — сказала Эйприл, широко раскрыв глаза.

Образ её матери, чёрные волосы и карие глаза. Говорила без умолку, постоянная болтушка — ну, в этом отношении она тоже была точно такая же, как её мать, за исключением того, что Тедди могла общаться только с помощью рук и глаз. Родившаяся глухой, она никогда не слышала человеческого голоса, никогда не слышала никаких звуков. Почти все за этим столом знали язык жестов, некоторые в совершенстве, другие в меньшей степени. За исключением посторонних, конечно. Они смотрели на руки Тедди, как будто она чертила в воздухе санскритXCVI.

Эйприл была с помадой. Ей ещё не было тринадцати, а она уже наносила помаду. Тедди заверила Кареллу, что всё в порядке. Карелла не хотел думать, что его дочь взрослеет. Он не хотел думать, что его сестра выйдет замуж за человека, который отпустил убийцу их отца. Он не хотел думать, что его мать так скоро после смерти отца завела роман с каким-то итальянским жиголо. Год назад, в Рождество, она разрыдалась, когда только упомянули имя его отца. А теперь она открыто держалась за руку с мужчиной, который чертовски напоминал молодого Марчелло МастроянниXCVII.

Может, я перебрал с вином, — подумал Карелла.

«Я люблю итальянскую мебель», — сказала Анджела.

Да, сестрёнка, — подумал Карелла. — Подлизывается.

«Да, она действительно очень красивая», — сказал Фонтеро.

Со всей скромностью, — подумал Карелла.

«И лампы тоже», — сказала Анджела.

Усугубляет нравственное падение, — подумал Карелла.

«Как называется ваша компания?» — спросил Лоуэлл.

«Мобили Фонтеро.»

«Можно мне ещё лазаньи, пожалуйста?» — спросил Марк.

Разговор то затихал, то возобновлялся, наполняя стол знакомыми звуками, за исключением голосов некомпетентного окружного прокурора и великолепно одетого мебельщика из Милана. Мать Кареллы последние два месяца сидела на диете. Теперь он понял, почему. Она по-другому укладывала волосы. Теперь он понял, почему. Он задался вопросом, как долго они знают друг друга. Как они познакомились. Как...

«Как вы вдвоём вообще познакомились?» — спросил Лоуэлл.

«Вы вдвоём.» Как будто они были подростками. Его матери было шестьдесят три года. Фонтеро было шестьдесят семь, если не больше. «Вы вдвоём.»

«Скажи ему, Луиджи», — сказала его мать и погладила его по руке.

Выглядит как школьница. Похоронные блюда ещё не остыли на столе. Он вдруг вспомнил о своём коротком пребывании в колледже, вспомнил, как играл бородатого Клавдия с ГертрудойXCVIII в исполнении Сары Гелб, девушки, с которой он позже переспал — если это можно так назвать — на заднем сиденье отцовской машины.

Он очень скучал по отцу.

Луиджи рассказывал им о лучшей подруге Луизы...

Он говорил о матери Кареллы. Луизе. Луизе Карелле. Луиджи и Луизе. И, конечно, Луиджи был Луи на итальянском, второе имя Кареллы, Луи и Луиза, о, как мило!

Лучшая подруга Луизы Кейт, которая жила по соседству и была как-то связана с братом Луиджи во Флоренции (FirenzeXCIX, как сказал Луиджи), которая предложила Луиджи зайти поздороваться, когда он будет в командировке в Америке, что он и сделал, сразу взяв такси...

«Это была ошибка», — сказала Луиза Карелла, и его мать закатила глаза. «Луиджи не знал, сколько это будет стоить, доехать сюда, в Риверхед.»

«Ты должен был запросить фиксированную цену», — предложила Анджела.

«Ну,