Приглашение на убийство - Колин Кэмбридж

– Я уже говорил вам, что не знал, что Клифф мертв, – сказал мистер Брикстон. – Там было темно. Я обратился к нему, он не ответил, но я не придал этому значения. Клифф относился к Игре в убийство очень серьезно. Как и вообще ко всему, что связано с театром и драматургией.

– Но не настолько серьезно, чтобы вложиться во вторую пьесу, когда первая провалилась, – заметила Филлида. – Нам известно, что вы с мистером Уоксли повздорили прошлым вечером – в этой самой комнате.

Бокал в его руке дрогнул на пути к губам, но мистер Брикстон сгладил движение и не спеша отхлебнул бренди.

– Значит, кто-то нас слышал, да? Полагаю, вы не скажете, кто это был. Точно не Беатрис. Она лежала у себя, отдыхала. По крайней мере… насколько мне известно.

Филлида лишь улыбнулась ему и спросила:

– Из-за чего вы поспорили, мистер Брикстон?

Даже задавая ему вопросы, Филлида сознавала, что в любой момент этот господин может отказаться отвечать на них и даже потребовать, чтобы ее удалили из комнаты. У нее здесь не было никаких полномочий, кроме тех, которые, к ее удивлению, предоставил констебль Гринстикс. Как ни странно, он казался готовым позволить ей взять инициативу на себя. Может, и вправду чему-то научился во время двух их совместных предыдущих дел?

– Мы поспорили о пьесе. Не о лондонской – об этой. Об Игре в убийство. Я сказал ему, что напрасно делает ее такой реалистичной. Что кое-кого это страшно разозлит. Не меня, конечно, – мистер Брикстон театральным жестом взмахнул рукой.

– Реалистичной? Неужели вы полагали, что кто-то действительно убьет мистера Уоксли?

– Что за вздор, конечно нет! Я только хочу сказать, что сама пьеса… могла задеть кое-кого за живое. Лично мне все равно, но некоторым, возможно, не понравилось бы, что их секреты выставляют на всеобщее обозрение под видом дурацкой игры.

– Что вы говорите? Игра в убийство… не была целиком выдумкой? – заинтересовалась Филлида.

– Именно это я и говорю. Я и ему это высказал, и еще то, что баловаться с разглашением грязных секретов и поиском скелетов в шкафу – опасная затея.

– Включая ваши собственные скелеты? – осведомилась Филлида.

Мистер Брикстон отмахнулся от нее, как от назойливой мухи.

– Все знали, что мы с Клиффом поругались из-за спектакля. В этом никакого секрета нет. Присмотритесь лучше к другим персонажам – и в прямом, и в переносном смысле. У Клиффа тоже секреты имелись, знаете ли. Выставляешь на свет чужие – жди, что ответят тем же.

Филлида кивнула, но не была готова отпустить его так легко.

– Когда вы вошли в гостиную, чтобы подготовиться к началу Игры в убийство, там никого, кроме мистера Уоксли, не было?

Мистер Брикстон вздохнул, как человек, терпение которого на исходе.

– Да, именно это я и сказал. Уже несколько раз.

Она проигнорировала его сарказм. Пусть поиграет, он же актер!

– Вы видели кого-то, кто мог находиться там до вашего прихода? Вы же входили и выходили не через двустворчатые двери, а через боковую дверь?

– Верно. Дверь, которой мы пользовались, вела в «закулисье» и в «артистическую уборную» – так их называл Клифф. Эта дверь выходит в небольшой служебный коридор между гостиной и библиотекой, ведь библиотеку мы использовали как свою приватную артистическую. Как я говорил, Клифф был очень щепетилен и серьезен в отношении своих спектаклей. – Выражение лица мистера Брикстона стало ехидным. – С прискорбием вынужден заметить, что он инсценировал собственное убийство.

– Вы не видели, перед тем как вы в последний раз зашли в гостиную, кто-нибудь входил туда или выходил в коридор? – настаивала Филлида.

– Право, не припомню. Все были в библиотеке – то бишь в артистической, – но то и дело выходили, кто за выпивкой, кто привести себя в порядок. Я не следил, никак не думал, что это нужно. С какой стати? Это была всего лишь игра. – Он с мученическим видом возвел глаза к потолку.

– Как вы думаете, кто мог желать смерти мистера Уоксли? – спросил констебль.

Мистер Брикстон посмотрел на констебля Гринстикса, словно только что обнаружил его присутствие.

– Почему вы спрашиваете меня? – отрезал он. – Это ваша работа, не так ли?

– Но вы, несомненно, кого-то подозреваете, – мягко вставила Филлида. – В конце концов, как актер, вы должны уметь анализировать характеры ваших персонажей.

Похоже, мистер Брикстон был более податлив на лесть женщины, чем на вопросы мужчины-следователя, потому что откинулся на спинку кресла и небрежно закинул ногу на ногу.

– Что ж, давайте поразмышляем. Возьмем сэра Келлера. Он ведет себя, как будто может купить нас всех, но так ли он состоятелен, как хочет казаться? Он утверждает, что опоздал из-за «спустившего колеса» и что ему пришлось добираться попуткой, но я слышал, как шофер сказал, что подобрал его на вокзале, а не у сломавшейся машины… Но зачем ему врать? Может, он спустил не только шину?.. – он сделал эффектную паузу, затем продолжил: – Теперь директор школы – ну это просто тупой чурбан. Ведет себя так, будто мы его ученики, раздает указания направо и налево. Не думаю, что у него хватило бы ума и сообразительности провернуть убийство на глазах у всех. Однако мотив у него имеется, и еще какой. Вы же знаете, что Клифф собирался выделить школе солидную сумму, – но я не представляю, зачем это ему. Он рассказывал, что ненавидел «Фитчлер», пока учился там. К тому же, – губы мистера Брикстона искривила ехидная улыбка, – он утверждает – то есть утверждал, – что вообще не помнит этого типа… как его там? Дэнли? Дарнли? Нет, Дадли-кто-то…

Филлида следила за его путаным повествованием, но констеблю Гринстиксу потребовалось уточнение.

– Что-что? Вы говорите, мистер Уоксли не знал мистера Дадли-Гора?

– Я сказал, что он утверждал, будто не помнит его со школы, но этот директоришка распустил слух, что они старые друзья, – растягивая слова, проговорил мистер Брикстон. – Так вот, спросите себя, зачем Клифтону Уоксли выделять кучу денег школе, директора которой он не знает и которую в детстве ненавидел? – Он взглянул на Филлиду, приподняв бровь.

«Надо признать, – подумала Филлида, – что он довольно искусно отводит от себя подозрения».

– Полагаю, у вас есть причина, по которой миссис Форртэ тоже могла совершить убийство? – небрежно бросила она.

– С ходу ничего не приходит в голову, но мотив наверняка есть. У других участников этой чертовой Игры в убийство была причина прикончить Клиффа Уоксли – у нее, несомненно, тоже.

– Какой же мотив у миссис Уоксли? – спросил констебль. – Деньги, полагаю?

– Их у Клиффа куры не клюют, – только и сказал мистер Брикстон и поставил бокал. – Так