Под знаком совы - Марина Серова

Присутствие Ветрова на записях само по себе ни на что не указывало. Как главный администратор, он имел полное право находиться в клинике в нерабочее время. Но хронология и его действия вызывали вопросы. Он последним покинул здание перед потопом, и, что важнее, дверь была открыта, когда мы приехали на звук сирены. Это могло быть простой забывчивостью. Или расчетом – чтобы кто-то мог беспрепятственно войти или выйти? Однако Сергей пробыл в компании на дне рождения достаточно долго и приехал к Ане домой буквально следом за Галей. В теории у него могло быть время вернуться, но это было бы очень рискованно.

Мотивы оказались неясны. Крайне туманными выглядели версии с поджогом или умышленной порчей – зачем администратору гробить бизнес, который кормит? Месть? Но тогда зачем оставаться на виду и участвовать в разборе последствий?

Чтобы найти нить, я открыла сканы документов, предоставленных страховой службой и бухгалтерией «Вертикали», которые Элла скинула на флешку. На экране ноутбука выстроились папки: «Акты осмотра», «Фотофиксация ущерба», «Описи поврежденного имущества», «Бухгалтерские выписки за последний квартал», «Договоры с подрядчиками».

Я начала методично, как сортировщик, отсекать лишнее. Акты осмотра и фото – это констатация факта, они не давали мотивов. Описи поврежденного имущества были более интересны. Я открыла файл по кабинету Ани. Список был длинным: монитор Apple, системный блок, дизайнерский стол и кресло, три папки с чертежами проекта аптеки, образцы материалов… И вот оно – почти в конце списка, скромной строчкой: «Папка с финансовыми отчетами за I–II квартал 2023 года. Бумажный носитель. Полное повреждение, восстановлению не подлежит».

Финансовые отчеты. Не самые последние, но и не древние. Те самые, по которым можно отследить движение денег, проверить счета, найти нестыковки. Их уничтожение водой могло быть очень удобно для того, кто хотел скрыть какие-то операции. Пожарная система сработала точечно, именно над столом, где они лежали.

Нет, конечно, все эти же отчеты можно найти и в электронном виде. Только вот… если нет серьезных подозрений на какие-то махинации, делать это никто не будет. Запросы в ведомства, вся эта волокита…

Мысль, возникшая как туманное подозрение, начала обретать контуры. Я свернула опись и открыла бухгалтерские выписки, а затем – папку с кадровыми документами. Начала изучать прошлое Сергея Ветрова.

Резюме и трудовая были приложены. Он работал в «Вертикали» чуть больше двух лет. Не с самого начала. Пришел, когда клиника уже была на подъеме, и быстро занял ключевую должность, отвечая за администрирование, закупки части расходников и взаимодействие с клиентами, оплачивающими наличными. До этого – опыт работы администратором в сетевой стоматологии и, что интересно, в автосервисе премиум-класса. Разные сферы, но везде – доступ к деньгам и товарно-материальным ценностям.

Я вернулась к бухгалтерским выпискам, сосредоточившись не на общих цифрах, а на деталях. Меня интересовали регулярные некрупные, но частые операции. И я стала замечать странности. Раз в две-три недели фигурировали платежи на счета нескольких ООО-«однодневок» с размытыми формулировками: «Услуги по дезинфекции», «Хозяйственное обслуживание», «Консультационные услуги». Переводы – 30, 40, 50 тысяч рублей. Не криминальные, чтобы привлечь внимание аудитора, но за полгода набегала солидная сумма. Названия этих фирм мне ничего не говорили, но их шаблонность была красноречива.

Затем я посмотрела на отчеты по розничным продажам косметики и средств для ухода. Были периоды, когда в системе фиксировалась продажа дорогого крема, но в приложенном кассовом чеке (скан которого был в деле) эта позиция отсутствовала или была заменена на что-то дешевое. Разница – в 5–7 тысяч рублей. Таких случаев было немного, но они были. Системная, а не разовая ошибка.

И последний штрих: я нашла несколько счетов от поставщиков расходников (иглы, шприцы, салфетки), где единичная цена была завышена на 10–15 % по сравнению со среднерыночной. Не критично, но опять же – системно. И под всеми этими документами стояла либо подпись Ветрова, как ответственного за закупку, либо именно он был контактным лицом.

Картина складывалась тревожная и четкая. Я откинулась на спинку стула, глядя на мелькающие цифры. Мои детективные догадки обретали форму идеи о систематических хищениях. Не громкое разовое преступление, а тихое, методичное выкачивание денег из бизнеса по капле. Схема была проста: завышение счетов, фиктивные услуги, манипуляции с розничной выручкой. Ветров был не вором-одиночкой, а скорее «кровососом», уверенным в своей безнаказанности.

И тогда вопрос о потопе заиграл новыми красками. Уничтоженные бумажные отчеты могли содержать неудобные для него детали, которые он не успел или не смог подчистить в электронной версии. Потоп мог быть не причиной проблем, а их следствием. Не попыткой навредить Ане, а попыткой замести следы собственных махинаций, воспользовавшись удобным случаем – сбоем в системе, который можно было списать на техническую неисправность.

У меня теперь была не просто подозрительная запись с камеры. У меня была финансовая улика и мотив. Ветрову есть что скрывать. И возможно, он был готов на многое ради этого. Я вздохнула, сделала большой глоток остывшего кофе и решила проверить Ветрова в соцсетях. Его профиль оказался довольно скудным – пара аватарок, минимум друзей, ничего личного. Я стала искать по списку его друзей, по геолокациям из редких постов, по названиям учебных заведений, которые он указывал. И тогда в одном из старых открытых альбомов какого-то провинциального техникума (Ветров, судя по всему, оттуда) я нашла кое-что необычное.

Это была групповая фотография, снятая лет десять назад, судя по одежде и качеству снимка. Молодой, еще без седины на висках, более упитанный Сергей стоял в заднем ряду среди сокурсников. А в первом ряду, слегка присев, с неловкой улыбкой, с прямой густой челкой, закрывающей половину лба, сидела девушка. Элла. Узнать ее можно было с трудом. Русые неяркие волосы, лицо более округлое, полноватая фигура в простеньком свитере. Она выглядела совершенно обычной, неяркой, разительно непохожей на ту стильную, стройную и уверенную в себе женщину, что сейчас стояла в кабинете Ани рядом с Антоном. Я увеличила фото. Да, это определенно она. Взгляды Сергея и Эллы на снимке не пересекались, они стояли далеко друг от друга, но факт налицо: они были знакомы. Причем давно. Гораздо раньше, чем и Элла, и Ветров появились в «Вертикали».

Я понимала, что старое знакомство могло быть простым совпадением. Но в контексте разворачивающихся событий эта случайность начинала казаться странной. Одно дело – прийти в новую компанию. Совсем другое – оказаться в ней вместе со старым знакомым по учебе, который, как теперь выяснялось, мог быть причастен к хищениям. Это создавало новую сложную связь между